Серафов, а Карн и бог мщения рвали последних мантикор на части, Локи сошелся с Охотником. Бог огня невзначай подумал, что колесо истории, похоже, сделало полный оборот, хотя он никогда бы не думал, что будет биться насмерть с собственными творениями.
Давным-давно, когда Древние Боги еще были в силах творить настоящие чудеса, он создал Эйвинда, первого Охотника, чтобы тот выслеживал скальдов, которые по наущению проклятых христианских миссионеров вплетали в дивные скандинавские саги чуждые им мотивы. По правде говоря, Эйвинд сам пришел к богу огня: он просил Локи о помощи на старом полуразвалившемся капище, молил и заклинал дать ему сил сразить своих врагов, но так, чтобы не пролить их крови, ибо в противном случае он будет изгнан. Локи недолго ломал голову над этой задачей, он знал много тайн, попавших в его руки прямиком из седого прошлого этой планеты. И коварный бог рискнул, он провел жестокий ритуал, изменив саму сущность Эйвинда. Скальд перенес нечеловеческие муки и поэтому перестал быть человеком. Локи назвал свое детище Охотником, Карателем Лимба, идеальной машиной для убийства, от которой невозможно спрятаться.
Но было два нюанса, с которыми бог огня, позднее не раз экспериментировавший с созданием других Охотников, так и не сумел справиться. Во-первых, Охотник терял память – он не помнил ни своего имени, ни прошлой жизни, знал лишь, кого ему нужно убить и шел к этой цели. А во-вторых, чтобы Локи мог сделать из человека Охотника, бедняга сам должен был об этом попросить. И никоим образом нельзя было подталкивать человека к роковому решению, иначе ритуал заканчивался плачевно.
Кто сотворил этого Охотника, Локи не знал. Но не удивился, ведь он не особенно бережно хранил свои секреты, да и не мнил себя самым умным из богов, так что кто-то другой вполне мог просто повторить его эксперимент. К счастью, он точно знал, как получить сведения о создателе этой смертоносной машины. Но для этого требовалось сначала убить тварь, и тут могли возникнуть проблемы, ибо этих чудовищ творило поистине ужасное колдовство, пришедшее из времен, о которых не помнил даже Всеотец. Колдовство скиамантов.
Он выплеснул пламя в Охотника еще на подходе, метров за тридцать. Искрящийся фейерверками оранжевый фонтан окутал крону дерева, мгновенно обратив ее в пепел. Но Охотник уцелел – он высоко прыгнул, выполнил сальто и приземлился прямо перед Локи. Бог ожидал этого, поэтому монстра встретила разветвленная огненная молния, неуловимой вспышкой сорвавшаяся с пальцев Локи.
Охотник среагировал мгновенно, поднырнув под несущееся навстречу пламя, но шкуру на загривке все же припалил. Правым клинком он атаковал прямо перед собой, и одновременно нанес горизонтальный рассекающий удар левым. У Локи не было возможности уклониться от обоих ударов, поэтому он пригнулся, а навстречу колющему выставил свой зачарованный щит. Меч Охотника не сломался (хотя бог огня честно на это рассчитывал), он ударил прямо в центр щита, отскочив от него с глухим звоном. Локи тоже отбросило на пару шагов.
Охотник снова бросился в атаку, Локи ушел от нескольких ударов, откатился в сторону и внезапно контратаковал, щедро бомбардируя врага огненными шарами. Монстр проявил чудеса гибкости, но блещущие в неистовом танце безумные искры подожгли его шерсть в нескольких местах. Тварь взревела, закрутившись на месте, сбивая огонь.
И все же неведомое создание теснило бога. Охотник наступал, а Локи пятился, лишь изредка атакуя, но чаще просто уворачиваясь от стремительных лезвий или блокируя их щитом.
Внезапно небо разорвали ослепительные вспышки, дюжины две, не меньше. Карн мгновенно понял, в чем дело. Ангельский десант! Двадцать Начал под предводительством двух Серафов точно золотые молнии ударили в землю, оставив за собой шлейфы испаренного воздуха. Они намеревались атаковать Эрру, Рокеронтиса и Тота, когда те как раз разделывали последнего Серафа из предыдущей партии. Карн застыл в нерешительности. Кому помочь?
– Ему помоги! Мы справимся! – проревел бог войны, разламывая золотистый шлем противника голыми руками. Затем он вновь материализовал свой меч и всадил его в шею Ангела, с силой надавив сверху. В багровые небеса ударил фонтан золотой крови, орошая Эрру и землю вокруг.
Судя по адскому пламени, что бушевало в глазах Эрры, с новыми врагами он намеревался справиться в одиночку, поэтому Карн сорвался с места и побежал в ту сторону, где все еще полыхала крона огромного дерева, сожженного Локи. В этот момент Охотник стоял к нему спиной, поэтому парень без лишних раздумий прыгнул вперед, выставив перед собой клинок Мурамасы. Огненная Тень внутри клинка оглушительно завыл, предвкушая кровавый пир. Как-никак, Охотник – экзотическое блюдо!
Но тварь в последний миг его почуяла и, пропустив от Локи сноп огня в правое плечо, кувыркнулась в сторону. Шерсть на Охотнике снова вспыхнула, однако он избежал удара самурайского клинка, который мог стать для него роковым.
Локи и Карн атаковали вместе. Короткие клинки Охотника (которые были короткими лишь для него, тогда как для обычного человека вполне могли сыграть роль полноценных полуторников) так и мелькали, а порой Карн даже не замечал их. Однако и его собственный меч шелестел в воздухе подобно крыльям колибри, хотя парень знал, где находится оружие лишь потому, что направлял его удар. Человеческие глаза не могли воспринимать такую скорость, и он всецело положился на ощущения.
– Моди… фицированная… версия, – в три приема выдохнул Локи. Он начал уставать, пот градом катился по лицу, но темпа бог не сбавлял. Карн был свеж и готов к бою, так что на данный момент они успешно противостояли Охотнику. Правда разочаровывал тот факт, что у них никак не получалось его ранить. Лишь однажды лезвие Мурамасы слегка коснулось шеи монстра, а богу огня удалось еще раз поджечь тварь, впрочем, не нанеся ей серьезного вреда.
А потом Охотник сделал финт ушами. Проигнорировав выпад Карна, который прошил его правый бок насквозь, он обрушил оба клинка на Локи. Бог огня шагнул назад, прикрываясь щитом, и когда клинки соскользнули с несуществующего металла, хитрая тварь без замаха ударила противника навершиями мечей в лицо, обоими сразу. Локи, не ожидая такого удара, не сумел защититься. Его отбросило на десяток метров, он дважды перевернулся в воздухе и, упав плашмя на землю, застыл. «Вряд ли убит, скорее оглушен», – спокойно подумал Карн, вырывая клинок их плоти Охотника и смещаясь ему за спину.
Остальные боги были связаны боем с Ангелами, и даже если видели произошедшее, не успевали быстро придти на помощь Карну, так что парень мог рассчитывать только на себя. В яростной атаке он дважды резанул
