и настороженно оглянулся по сторонам, принявшись вытирать лезвие своей старушки о шерсть убитого им турса.
— Похоже, все умчались… Туда, вперёд… — Мирослав, натягивая меховую куртку, указал в сторону горного плато, куда и вело извилистое ущелье.
— Тогда потопали, как ехали! Нам надо-таки разведать, что там впереди! Да и без коней мы в лучшем случае лишь к утру воротимся в Караим, так что выбора у нас особо нет! Чую, нечто страшно интересное нас впереди ожидает!.. Конечно, не такое страшное, как разгневанная Злата на пороге дома с поварёшкой в руках, но всё же…
— Шёл бы ты, засранец рыжий… — раздражённо буркнул уязвлённый Яромир. Похоже, вместе с шапкой княжий воевода заодно лишился и чувства юмора.
— Иду уже, иду… И хорош дуться, аки мышь на крупу! Тоже мне!..
— Я не дуюсь!
— А что ты делаешь?
— Думу думаю…
— А-а-а… Это же в корне меняет дело! Ну и как, надумал чего?
— Да есть мыслишка! Навязчивая такая… А точнее, жгучее желание навалять одному здоровенному самодовольному обалдую!..
— Я с ним, случаем, не знаком? Хотя бы шапочно?
— Вот ты-то как раз его прекрасно знаешь!
— Да ты что⁈
— Агась!.. Не могу вот только определиться, бороду надрать этому увальню нахальному сначала или задницу!.. Хотя какая разница, с чего начинать, если они обе у него — одного, рыжего цвета… — Яромир, насмешливо прищурившись, слегка покосился на Ратибора.
— Одышка замучает, дружище… Не потянешь ведь!
— А я Емельяна подключу к этому нелёгкому дельцу…
— Ого! А вот это уже серьёзная заявка на победу!..
— И ещё Марфушу твою о помощи попрошу! Уж втроём-то мы тебе точно накидаем!..
— Понял! Сдаюсь без боя…
— Пока мы с Емелей тебя за руки держать будем, Марфа скалкой по копчику охаживать начнёт…
— Не продолжай, умоляю, а то у меня сразу защемило чуть пониже спины, как представил себе эту жуткую картину… Говорю же, что сдаюсь! Не видишь, что ль, уже вовсю размахиваю своими белыми исподними портками с княжеского флюгера… Ибо такой ядрёный состав я не потяну, как ни крути! Уж лучше в одну рожу против оравы йотунов выйти…
— То-то же… Не уверен, кстати, что твои подштанники исподние до сих пор белые…
— На свои порточки нижние лучше посмотри, последний раз в Мирграде стиранные… А вообще, ты страшный человек, Яромир, ты знаешь это?
— Надеюсь, ты сейчас не мордаху мою имел в виду, рыжий шмель?..
— Надейся, гусак русый…
— Дайте мне пару минут, — прервав столь занимательный диалог своих приятелей, Мирослав быстро достал охотничий нож из-за пояса и склонился над первым из йотунов. — Трофеи уж больно ценные! Забрать надобно!..
Глава 15
Логово
Время неторопливо перевалило за полдень. Трое ратников не спеша двигались вперёд по извилистому ущелью, не теряя при этом бдительности и держа оружие наготове. Вскоре наткнулись они и на своих рысаков; те испуганно мчались в обратном направлении, и друзьям стоило немалого труда остановить их. Ещё сложнее было заставить их ехать назад: пугливо фыркая, они то и дело норовили развернуться да поскакать прочь, подальше от этого зловещего места.
— Что-то их напужало впереди… — молвил тихо Мирослав. — И что именно, мы скоро выясним, ибо как раз туда и ползём…
— Надеюсь, это будет весело! — хмыкнул по-простецки Ратибор. — С диким рёвом, мясом и кровью…
— Наверняка, — проворчал до сих пор всё-таки немного дувшийся на рыжего приятеля Яромир. — Усё как ты любишь…
— Зря ты нахохлился, Яр, — бросил ему осуждающе Мирослав. — Мы сами не раз нашего рыжего потапыча, помнится, похоже подначивали! Вот обратка и прилетела… Жизнь, она такая, — справедливость любит…
— Я не нахохлился, — глухо прокряхтел тот в ответ. — Просто прорабатываю варианты, как можно избежать смерти лютой от карающего половника моей ненаглядной…
— Надень кастрюлю на голову в качестве защиты, — усмехнулся добродушно Ратибор, не ставший далее подначивать своего товарища, видя, что тот не особо в настроении.
— Чтобы она на ней, как на барабане каком, дробь черпаком выбила⁈ Нет уж, увольте… — слабо улыбнулся Яромир.
— Ты её задобри как-нибудь. Например, подари хреновинку какую заморскую, — Мирослав чутко прислушивался к каждому постороннему шороху, но очередных незваных гостей пока не наблюдалось.
— Да всё есть у неё уже! — Яромир досадливо отмахнулся. — Избалована с детства моя зазноба…
— М-дя, это плохо… Подари тогда ей — себя! — едва слышно рассмеялся Мирослав. — Мы бантик на тыкву твою прикрутим — лучшего гостинца ей не сыскать!
— Шёл бы ты, Мирка, в том же направлении, что и рыжий буйвол… — Яромир опять насупился и угрюмо замолчал. Видно, чувство юмора, обычно присущее русому воину, вернулось к нему лишь на краткое мгновение да вновь куда-то улетучилось.
— Похоже, сильно не в духе наш воевода последнее время, — тихо пробормотал Мирослав. — Уже даже шуток не понимает.
— Как же, будешь тут в настроении, когда тебя дома половником по хребту охаживают периодически… Клыки-то с когтями все собрал? — спросил Мирослава между делом Ратибор.
— Все, — кивнул тот утвердительно в ответ.
— Хорошо… Чую, ещё ох как пригодятся нам эти трофеи в дальнейшем! Можно, например, попробовать у Благаны на пару банок мази её чудотворной выменять. Думаю, ворожея будет не против такой сделки… Когти да клыки йотунов наверняка ценятся повыше медвежьих… — Ратибор, ехавший чуть впереди, остановился. — Похоже, мы у цели.
Кривая расщелина, по которой двигались трое приятелей, неожиданно закончилась, упираясь в некое подобие скалистого амфитеатра с несколькими ярусами неправильной асимметричной формы, с десятком зияющих в нём то ли проходов, то ли пещер, расположенных достаточно хаотично и уходящих вглубь недр горного плато. Вздымалось это необычное природное образование метров на пятнадцать вверх, не меньше. По его центру располагалась огромная выгребная яма, шибко напоминавшая собой здоровенное мусорное ведро; источала она сильное зловоние. Очень похоже, именно сюда из пещер спускались справить свои естественные потребности таинственные обитатели, а также скидывался прочий мусор вроде обглоданных костей зверей да птиц.
Привязав коней к двум чахлым деревцам, росшим чуть поодаль от входа в это странное сооружение матушки-природы, воины крадучись, с оружием наперевес двинулись вперёд. Когда трое витязей зашли внутрь, они на минуту остановились, удивлённо осматриваясь.
— Какое причудливое
