— Х-хорошо, — зубы Рязанцевой выстукивали барабанную дробь, а руки дрожали, как у неврастенички. Не чувствуя под собой пола, она шла по плохо освещаемым коридорам, вдыхая специфический тюремный запах. От витавших в воздухе «ароматов» её затошнило, перед глазами поплыло, замельтешили размытые оранжевые круги.
— Стой, — приказал надсмотрщик.
Рязанцева послушно остановилась, ошарашенно рассматривая двух медбратьев в белых халатах с каталкой, поджидавших их у поворота.
— Ложись.
Время на раздумья у неё не было. Юркнув на холодную каталку, она увидела, как один из медбратьев накрыл её сверху простынёй. Страх когтистой лапой поглаживал её по спине, под халатом потекли прохладные ручейки пота.
«Так же меня повезут, когда я умру — положат на каталку, накроют тряпкой, а от чего я умру, как говорится, вскрытие покажет!»
Обычно в подобных ситуациях справиться с волнением девушке помогал мрачный ёрнический юмор, но в этот раз в голову полезли всякие крамольные мысли. Ей нестерпимо захотелось сдёрнуть с себя эту пропахшую медикаментами простынь, соскочить с каталки и бежать, куда глаза глядят, но страх перед всесильным бандитом Смолиным парализовал несчастную Рязанцеву, стирая под ноль последние ростки здравого смысла.
«Мама, зачем…Меня поймают и посадят…»
В ушах приговором загремели пистолетные выстрелы, откуда-то издалека донёсся остервенелый лай собак. Игры в крутую девчонку закончились, на кону стояла не только свобода Алексея Смолина, но и её собственная жизнь.»
«Всё. Будет. Хорошо» — застучало отбойными молотками в висках Рязанцевой. Вслушиваясь в торопливый грохот кованых ботинок конвойного, сопровождающего медбратьев в сторону лазарета, она почувствовала во рту металлический привкус крови — прокушенная губа саднила и кровоточила.
«Я смогу. Всего-то один укол. Я смогу.
— Вылезай, — услышала она хриплый осторожный шёпот. Сильные узловатые пальцы сорвали с неё простыню; Анжелика неуверенно спрыгнула с каталки, но, не удержавшись на дрожащих ногах, упала на каменный пол, сильно треснувшись коленкой.
— Действуй.
Расширенные до предела глаза Рязанцевой зафиксировали двух обезьяноподобных охранников, безучастно разглядывающих невысокую фигурку Анжелики. Юркнув в палату, Рязанцева ослабевшими пальцами нащупала в кармане халата шприц с уже заранее приготовленной инъекцией.
— У тебя меньше минуты.
— Да, — беззвучно прошелестела Анжелика, отыскивая взглядом кровать, на которой лежал Алексей. При виде избитого Смолина на глаза Анжелики навернулись слёзы. Вся нерешительность мигом улетучилась при одном лишь взгляде на бледное непроницаемое лицо этого железного человека.
— Потерпи, Лёшенька… — прошептала Анжелика, склоняясь над ним. Заплывший глаз Смолина по-прежнему оставался закрытым, а здоровый едва смог сфокусироваться на побледневшей от волнения Рязанцевой. Точным, профессиональным движением Анжелика вытащила шприц, закатала рукав застиранной выцветшей тюремной робы Смолина и вколола ему в вену укол.
— Пашка, сынок… — только и сказал Алексей, проваливаясь в чёрную бездну. На миг, всего лишь на один миг глаза его стали ясными, но сознание тот час покинуло его. Анжелика опустила ему веки, пощупала пульс, удовлетворённо кивнула конвойным, выбежала из палаты и улеглась на каталку, делая отмашку рукой.
— Валим! — скомандовал конвойный медбратьям, и снова скрип колёс, топот ног по коридору, заскорузлый тюремный запах …
Анжелика не помнила, как она оказалась в кабинете врача, в царстве нашатыря, йода и хлороформа. Происходящее воспринималось ей через призму непрерывного страха, не только за жизнь Смолина, но и за свою собственную, которую она так опрометчиво поставила под удары судьбы. Рязанцева беспомощно посмотрела на конвойных, переводя бегающий взгляд с одного, на другого тюремщика.
— Что теперь?
— Через два часа обеденный перерыв. Дальше — по сценарию, — хриплый шёпот охранника напугал Рязанцеву ещё больше, нежели содеянное ей преступление.
— А что Смолин?
— Не твоя печаль. Для всех Смолин умер! Работай, как работала. И приди в себя. Не пались. Всё. Отбой.
Сообщник вместе с медбратьями удалился, оставляя Рязанцеву в одиночестве. Девушку колотила крупная дрожь. Из памяти всплыли слова Виталия Круглова.
«Таким образом, Лёху признают мёртвым, повезут на вскрытие, там и будет сымитирована констатация его смерти. Маску на лицо нам изготовит один хер с «Мосфильма», с этим вопрос решён. Найти бомжа, по комплекции похожего на Лёху, не проблема, маска будет сидеть, как влитая, да и не будет Белов копать так глубоко, Зима верно всё рассчитал. Все, кто надо — подкуплены. К сожалениа, на это ушли почти все наши бабки, но Зима должен разъяснить тему с бизнесом Ежова, так что бабло будет обналичено, а затем переведено на его расчётный счёт в немецком банке».
— Господи, помоги…
Рязанцева подошла к шкафу, вытащила из сумки зеркало и проверила свой грим.
«Страшная, как смерть!» — констатировала она, разглядывая чужое отражение измождённой, потрёпанной жизнью женщины.
«Ничего, скоро всё закончится, а там, пластика, несколько смен паспортов и здравствуй, свобода!»
Спрятав зеркальце, Рязанцева достала из шкафчика с медикаментами перекись и промыла себе прокушенную губу. Гель, который ей вкачали в Оренбурге в одной закрытый частной клинике по наводке Зимовского, делал её похожей на дешевую проститутку из отечественного порнофильма.
«Какая гадость!» — поморщилась она.
Мысли её путались, хаотично наскакивая друг на друга.
«Главное, дождаться обеда и под каким-нибудь предлогом покинуть здание тюрьмы!» Анжелика нервно прошлась по комнате, хрустя суставами пальцев. Ко всему прочему её волновал вопрос сможет ли Смолин выжить после инъекции, или же его сердце навсегда перестанет биться.
«Риск, что Лёха откинется, есть, но минимальный!» — пришли на ум слова Круглого. Звук открываемой двери заставил Анжелику подпрыгнуть на месте.
— Васнецова, ты здесь? — в кабинет заглянула её непосредственная начальница, тучная женщина с красным, как свёкла лицом. — Отлично, не пришлось искать тебя, посиди-ка ты тут.
— Зачем? — Рязанцева напряглась. — Мне сейчас как раз уколы делать.
— Приказ директора тюрьмы.
— Не понимаю, какой приказ, у меня работа.
— Вот-вот должен приехать какой-то начальник из ФСБ, он хочет задать тебе пару вопросов.
— Хорошо, — деревянным языком пробубнила Анжелика, провожая бессмысленным взглядом начальницу до двери.
