постоянно лежать, лучше не станет, — ее голос казался слишком грубым, как у учителей в школе. — Поднимайся! — как заведенная повторяла она, оставалось только угодить.
Аккуратно я села на край дивана, тут же повело в сторону, но Марла ущипнула меня за мочку уха, это взбодрило.
— Я выйду, чтобы не смущать.
Странная женщина, обескураживает и вводит в ступор. Точно такое же первое впечатление у меня было о Кае. Может, у них это семейное, казаться злобными гоблинами, а оказываться куда добрее, чем есть на самом деле?
Я не осмелилась доверять ногам, поэтому не стала вставать. Медленно стащила рваные тряпки сверху, осторожничала с джинсами, это оказалось сложнее всего, чем мне прежде доводилось заниматься. Сидя расстегивая замок с пуговицей, не зная, как приподняться, чтобы не причинить боль, я корячилась за пределом возможного.
Губка к телу была слишком груба, и мои догадки о том, что ею предназначалось очищать тарелки от жира, только набирали свою правдивость. Дешевое мыло сушило кожу, отвратительно пенилось и превращалось в жижу за считанные минуты, хотя обычно это происходит за несколько месяцев в мыльнице. С волосами даже не стоило пытаться что-то сотворить, на затылке пульсировала здоровенная шишка, задень ее мыльной водой — взвыла бы громче волка на луну. Закончив с процедурами, я обмоталась простыней.
— Красота, — произнес незнакомый голос, и я взмыла глаза вверх.
В проеме перед кухонным уголком стоял смазливый паренек, придерживая голову ладонью; можно было бы сказать, что он тоже лечится от болей, но запах похмелья я ни с чем не перепутаю.
— Как давно ты здесь стоишь? — я еще крепче прижала простыню к груди, хотя она и прежде все прекрасно прикрывала.
— Расслабься, — он поковылял, шурша кедами, к холодильнику. Достал бутылку воды и залпом осушил ее.
— Так когда ты вошел? — раздражалась я все больше.
— Успела, — выдохнул он, — успела ты прикрыть свои прелести. А ты чего тут? Тебя моя матушка лечит? — он отвлеченно рыскал в поисках еды, разговаривая со мной вполоборота.
— Миссис Кэмпбелл — твоя мама?
— Миссис Кэмпбелл? — посмеялся он. — Как официально. Но да, это моя мать.
— Значит, ты брат Кая, — после этих слов блондин замер.
— Он тоже тут? А я подумал, это был сон, лучше бы так оно и было, — будто он говорил это себе. — Как тебя зовут?
— Валери, — ответив, я неуютно поежилась, пыталась как можно больше прикрыться, притягивая со спинки дивана плед.
— Я Маэль, — представился он.
Имена у обоих братьев были необычными, не так часто встретишь людей с подобными. Видимо, Марла имеет богатую фантазию или просто хотела не таких, как все, детишек. С первым точно получилось!
— Кто ты для Кая? Потому что ты не его девушка точно, а дальше у меня фантазия на отрезвляющуюся голову не работает.
— Я его… — тут произошла загвоздка. Мы, конечно, сблизились, а вот ярлык повесить забыли. — Просто подруга. А почему ты решил, что я не могу быть его девушкой? — вдруг возникшая обида заговорила сама. Неужели я настолько убогая, что предметом воздыхания считать нельзя?
— Просто это тупо. Везти свою девушку домой, где ждет невеста. У тебя с логикой все хорошо? — изогнул одну бровь. — А ты не знала? — изумился он, видимо, от вида моего покосившегося рта. — Ладно, пойду. Посплю еще немного. Чувствую, перезагрузил тебя информацией.
Стоило ему скрыться в другой комнате, как входная дверь громко хлопнула, я подскочила. Это был Кай. Он ринулся ко мне и припал к моим ногам на колени. Обеспокоенно Кобра осматривал меня, разводил руками, будто пытаясь прикоснуться, но страшась этого.
— Я так перепугался, думал, не прощу себе.
— Что ты, я сама виновата, — мне было неловко встречаться с ним взглядом. — Твоя мама — прекрасная женщина, она помогла. Спасибо, что привез меня к ней.
Кай покривился, будто я несла что-то омерзительное. Но, возможно, это просто я сама выгляжу жалко.
В трейлер вошел Зверь. Уж кого, а его точно не ждала. Он громоздко вмазался плечом в косяк, полностью игнорируя меня. Его взгляд потупился и медленно растворялся в каких-то инородных мыслях.
— Кай, где мы находимся?
— В одном забытом месте, что прежде я называл домом. Обещаю, в скором времени увезу тебя отсюда.
— В скором? Ты так самонадеян? — высказался Зверь.
— Тони, давай не сейчас, — оскалился соседушка.
— Это твое настоящее имя? — обратилась я к Зверю.
— Да. Энтони, Тони.
— Приятно наконец-то познакомиться с тобой, а не со звериной сущностью.
Тони провел по своей копне волос, тревожно растрепав их.
— Валери, тебе что-нибудь нужно? — спросил Кай, он все еще «приклонялся», хорошо, что я сидела, а не стояла, а то чувство неуместности сгубило бы меня с потрохами.
— У меня нет одежды. Если вы достанете хотя бы кофту, будет неплохо.
— Можем спросить у Рейчел. Уверен, у нее есть подходящее, — высказался Тони, Кай сглотнул.
— Одежда будет, не переживай, — наконец поднялся он. — Тебе стоит отдохнуть.
Меня нервировало то, что каждый норовил усыпить или немедленно поднять. Прислушиваться к моим желаниям, видимо, никто не хотел.
*****
Кай вышел на ночную улицу, предварительно поднеся к постели Валери воду и кашу с костра, что недавно приготовил Феликс. Парень обдумывал все происходящее и видел лишь одно решение: давить на газ «Мустанга», не оборачиваясь. Только все это казалось столь же фантастичным, как и путешествие на Марс.
Кузены были взвинчены, засада не увенчалась успехом, только зря столько времени провели в тачке, накручивая себя на негатив.
— Что ты такой возбужденный? — спросил Тони.
— Зачем нужно было заговаривать о Рейчел? Тем более в присутствии Валери.
— Я думал, между вами нет любви.
— Ее и нет, — вспыхнул в возмущении парень. — Новые персонажи порождают новые вопросы, а я не хочу, чтобы она тонула в моем прогнившем прошлом. Стоит оградить ее ото всех. Слышал, что она сказала о матери? Думаю, сам отец не считал ее настолько хорошей.
— Будешь обманывать ее?
— Представь, что ты из параллельной вселенной, не самой радужной, обычной и заурядной. Ты бы хотел променять это, присоединившись к «змеиному гнезду»? — ответ был очевиден, даже не надо открывать лишний раз рот. Они бы оба продали душу, лишь бы заурядность была неотъемлемой частью их жизни, а не вот это вот все. Нахлебавшись сполна романтизма, навязанного их предками, парни бы выбрали другой путь, но было уже поздно. «Договор подписан, печати стоят. Теперь они прислужники тьмы».
22 глава
Когда-то цвет ее прекрасных рыжих волос согревал так же, как самые теплые лучи солнца. Веснушки россыпью покрывали лицо, но ничуть не затмевали зеленых глаз. Она
