Ренар вспоминал события этого вечера в мельчайших подробностях. После того тело предводителя было с почестями упокоено в море, он сразу же отправился в путь. И по пути не раз вспоминал слова этого человека, пророчество астролога которые едва ли не с точностью совпадали с тем, что привиделось ему самому. На сей раз возникли особенно чёткие картины. Это произошло, когда он уже подъезжал к Парижу. Пришлось оставить лошадь и идти пешком. Она внезапно занемогла. Его любезно согласился подвезти один крестьянин. Телега была забита мешками, но тем не менее ему досталось местечко на самом краю. Устроившись на краю телеги, он сразу же погрузился в глубокие раздумья. Думал ли он, уезжая три года назад из родного дома, что станет одним из тех, кем восхищался? И не только, но и возглавит орден «Белого Единорога»?
Конечно, нет. Эта поездка казалась ему увеселительной прогулкой. Возможностью проверить свои силы на деле. Побывав в нескольких десятках стычках, он сумел заслужить уважение, но и понятия не имел, к каким последствиям это может привести. Готов ли он к таким переменам в жизни?
Сейчас уже поздно задавать этот вопрос, — с некоторой грустью думал Ренар, — изменить больше ничего нельзя. Теперь все только и делают, что смотрят на меня и слушают, что я им скажу. Все эти люди зависят от моих поступков, и я не могу не оправдать их надежды. Но у него оставалось ещё одно дело, которое он был обязан завершить. По этой причине, он и решил отправиться домой.
Следовало попрощаться с родителями и…с ней. При мысли о Изабель из груди Ренара помимо его воли вырвался судорожный вздох. Он не знал, что ей сказать и как он сможет ей всё объяснить. Но сказать надо. Она ведь наверняка ждёт и готовится к помолвке. Он сам считал дни до их встречи и вот такое…
Следовало отвлечься от тяжёлых мыслей. Когда Ренар думал о Изабель, он переставал замечать происходящее вокруг. Он мог не заметить опасность под самым своим носом. Так и произошло когда они проезжали через лесистую местность. Откуда — то, неожиданно возникли трое грязных людей вооружённые топорами. Спустя мгновение появился всадник с мечом в руках. Они окружили телегу и угрожая оружием стали требовать чтобы они покинули телегу и вывернули все карманы. Ренару понадобился один короткий миг для того чтобы оценить реальную угрозу.
Разбойники, меньше всего ожидали от него каких- либо действий. Поэтому, они даже с места не успели сдвинуться, когда он перекатившись через телегу, подскочил к всаднику и схватив за руку державшую меч, быстро опрокинул на землю, выхватил оружие и быстро вскочил в седло. Сразу после этого он двинул лошадь на разбойников. Те издавая душераздирающие крики бросились прочь. Он даже не подумал их преследовать. Вместо этого он повернул голову ожидая активных действий со стороны поверженного противника. Но того и след простыл. Хозяин лошади сбежал.
Только хруст веток за густыми рядами деревьев указывали на его присутствие. Убедившись, что крестьянину ничего более не грозит, Ренар ещё раз поблагодарил его и тут же пустил вновь приобретённого коня в галоп. Наблюдая за шлейфом пыли на дороге, крестьянин только и мог изумлённо качать головой. Он сам даже не успел испугаться разбойников. Настолько быстро всё произошло. Ренар же гнал коня в сторону дома. К счастью, ничего более не преграждало ему путь.
Хотя и встречу с разбойниками едва ли можно было считать преградой.
Спустя час у Ренара болезненно сжалось сердце. Показались стены родного дома. Чем ближе он становился к нему, тем хуже себя чувствовал. А ведь не так давно он так мечтал здесь оказаться.
Вот и ворота. Их успели отворить. Видимо его успели заметить со стен крепости. Не успел он въехать во двор, ка увидел родителей. Герцог и герцогиня Д'Эгийон широко улыбались наблюдая за его приближением. Ренар на ходу соскочил с седла и бросился в объятия матери. Она целовала его и беспрестанно шептала нежные слова. Это могло продолжаться целую вечность если б не фигура отца. Ренар отошёл от матери и крепко обнялся с отцом.
— А ты возмужал, изменился, — с трудом сдерживая свои чувства, произнёс герцог с гордостью оглядывая своего сына. Ренар решил сразу же обо всё сказать. Так было бы лучше для всех.
— Нам надо поговорить, — оглядывая родителей виноватым взглядом, заговорил Ренар, — я уеду сегодня…
— Как сегодня? — герцогиня совершенно растерялась услышав эти слова. Герцог же устремил на сына удивлённый взгляд.
— О чём ты говоришь? Ты не можешь уехать. Мы готовились к вашей помолвке. Изабель только и ждёт твоего приезда. А ты говоришь об отъезде.
Ренар устремил на отца красноречивый взгляд. Тот начал понимать…
— Ты стал одним из них, — догадался он. На его лице появилось радостное выражение. Они с герцогиней обменялись понимающими взглядами. После этого вновь раздался голос герцога. — Это событие совсем не повод отказываться от удовольствия побыть дома. Тебе известно, что я сам принадлежу к ордену и твоя мать…
— Ты не понимаешь…впрочем неважно. Просто я должен отправиться в обратный путь уже сегодня.
— Да что с тобой такое? — герцог не на шутку разозлился. — Приезжаешь после стольких лет отсутствия и говоришь об отъезде. Тогда зачем вообще ты приехал? Разбить нам сердце?
Не только герцог, но и герцогиня смотрели на него с откровенным недоумением. Они думали что слова сына не более чем шутка. Как ещё они могли отнестись к его словам? Всё было давно решено. Все ждали. И вот, всё рушится на глазах.
— Где она? — спросил у матери Ренар.
— В саду, — ответила герцогиня, понимая, кого именно он имеет в виду.
Выждав мгновение, Ренар направился на розыски Изабель. Он не желал тянуть с разговором. С каждым мгновением, он всё яснее чувствовал, что ему сложно находиться в родном доме. Всё оставалось родным, но странным образом начало меняться. Даже родители. Он понимал, что причина в этих переменах заключена в нём самом. Но от понимания этой истины становилось ещё тяжелее. Родители следовали за ним. Оба выглядели совершенно растерянно и даже не знали, что и думать. Втайне оба надеялись, что это всего лишь лёгкая прихоть Ренара. Даже если не принимать в расчёт их чувства, была ещё Изабель. Они знали, как сильно он любит её. Он просто не мог уехать. Он не должен был уехать.
Ренар ещё издали услышал её голос. Вернее, это был смех. Счастливый смех. Мгновением позже он увидел и её. Она была не одна. Рядом с ней находился Сервитер, человек который день ночь охранял Изабель от всех и всего хотя она сама и не подозревала об этом. Изабель воспринимала Сервитера как доброго друга. Вначале, она позволила ему находиться рядом с собой, лишь уступив просьбам герцога, но потом сдружилась с молчаливым спутником. Зная что он никогда и ничего, никому не скажет, она в его присутствии говорила обо всём что только могло взбрести ей в голову. Даже сейчас, когда Изабель напрочь не замечала того, что с небольшой горки спустились трое людей и направляются прямо к ней, она с пылом и радостью вела оживлённый разговор с немым слугой. Сервитер всё время улыбался, слушая её речи. Отчего шрамы приобретали ещё более угрожающие формы. Но она уже привыкла ко всем этим гримасам. Они ничуть её не смущали. Её речь лилась без конца.
