её заслуга.
— Иди ко мне, моя хорошая, — поманил я её пальцем и она тут же запрыгнула на кровать, устроившись рядом со мной, и начала жалобно пищать тычась своей небольшой головой мне в руку.
— Спасибо тебе, — погладил я выдру — Чтобы я без тебя делал, моя маленькая.
Выдра довольно пискнула, и заснула рядом со мной под мои поглаживания.
Мама пробыла со мной ещё несколько часов, но потом в палату зашёл лекарь и ей пришлось уйти. Он порывался выгнать и Грозу, но тут уже вмешался я.
— Это мой фамильяр, и благодаря ей я в принципе выжил. Так что она останется здесь.
Видимо врач что-то такое услышал в моём тоне, так как просто махнул рукой, дескать пусть остается. Он быстро меня осмотрел и довольно хмыкнул.
— У вас поразительная регенерация, ваша светлость, даже не думал что такое возможно. С такой раной как у вас не выживают, а даже если случается чудо, то период восстановления длится очень долго, вплоть до полугода.
Кажется я догадывался кому я должен быть благодарен за это. Видимо мой Тотем вложил очень много сил в моё возвращение.
— А у меня сколько он продлится? — спросил я, одновременно с этим пытаясь прислушаться к своему телу.
— Не меньше недели, я думаю. Вы будете здоровы уже через три дня, но на всякий случай мы продержим вас ещё несколько дней, чтобы убедится, что всё в порядке.
Я кивнул, погружаясь в свои мысли. До сих пор у меня из головы почему-то не выходил портал на Изнанку, откуда лезли твари. Было в нём что-то неправильное, но я всё никак не мог понять что. Вот так погруженный в свои мысли я и уснул и проснулся от стука в дверь.
— Войдите, — крикнул я, пытаясь приподняться на кровати.
Дверь открылась и внутрь вошёл Юрий Милославский собственной персоной. Жандарм выглядел плохо, весь помятый, какой-то бледный, словно кто-то слил из его организма несколько литров крови.
— Добрый день, князь, рад видеть вас живым и невредимым.
Ого, впервые он назвал меня князем. До этого он всегда говорил юноша.
— Добрый день, господин Милославский, спасибо на добром слове.
— Для вас теперь Юрий, — он придвинул стул и сел рядом с кроватью — я наконец-то увидел, что вы не просто неразумный юнец, а настоящий князь. Моё почтение.
Жандарм склонил голову в поклоне, а я чуть не поперхнулся. Тем временем он продолжил.
— Благодаря вашей самоотверженности город пострадал не так сильно как мог. Я уже направил информацию нужным людям, так что готовьтесь, скорее всего вас вызовут в Москву.
Не было печали, блин. Вот только поездки в Москву мне не хватало для полного счастья сейчас. Я скривился, но тут же попытался натянуть улыбку на лицо. Но жандарм всё прекрасно заметил.
— Вижу вы не особо рады новости, можно узнать почему?
— Честно? Не люблю пустую трату времени. А поездка в столицу сейчас для меня не очень полезна. Лучше бы я потратил это время на решении своих проблем, их у меня до сих пор хватает в достатке.
— Но позвольте, в столице мы можете завести полезные связи в высшем свете, а это вам никак не помешает.
— Юрий, вы же понимаете что это не так работает, — усмехнулся я — любые связи строятся на взаимовыгоде, а мне пока нечего предложить нашим аристократам. Поэтому я и говорю что поездка в Москву сейчас для меня бесполезна.
— А когда будет полезна?
Я задумался. Прикинув всё в голове я понял что мне нужен минимум месяц чтобы мой артефакторный цех начал выдавать серийную продукцию.
— Через месяц, — ответил я — не раньше.
— Хорошо, тогда через месяц мы поедем с вами в Москву. А теперь к плохим новостям.
Милославский нахмурился, а у меня засосало под ложечкой.
Глава 18
— Прорывы были созданы искусственно, — медленно сказал Милославский, наблюдая за моей реакцией.
А я, услышав это, почувствовал как по спине пробежал целый табун мурашек. Теперь всё встало на свои места, и я понял почему мне показалось, что с порталом на Изнанку что-то было не так.
— Насколько же надо быть ублюдком, чтобы такое сделать. Какие цели преследовал тот, что это сотворил?
— Если бы я знал, — с горечью сказал жандарм — вполне может быть, что это просто наглухо больные уроды.
— Каким способом они смогли прорвать ткань реальности? Насколько я знаю, для того чтобы построить порталы на глубокие слои, нужно найти места, где эта ткань тоньше всего. Не верю я, что в центре Минска так было, иначе бы за этим следили специальные люди.
— Они использовали артефакты. Очень сильные и запрещенные артефакты.
Милославский достал из кармана небольшой цилиндр из непонятного металла с вырезанными рунами. Причём некоторые даже для меня были непонятны.
— Можно? — протянул я руку и Милославский дал мне артефакт.
Я решил посмотреть на него при помощи своего дара и когда мне это удалось, то я едва удержал в себе крик. Это был не просто артефакт для открытия портала, эта дрянь ещё ослабляла ткань реальности, а значит теперь прорывы в центре города могут случится когда угодно. Я тут же сообщил об этом Милославскому и увидел как жандарм подобрался словно перед прыжком.
— Ещё что можешь сказать про эти штуки? Любая мелочь будет важна, уверяю тебя.
— Тут есть руны, которые мне не знакомы. Это при том, что как артефактор, я знаю их наизусть.
Глаза жандарма радостно заблестели. Он явно почуял зацепку.
— Покажи их.
Я показал ему четыре руны, которые были мне незнакомы, и жандарм тут же достал небольшой блокнот и зарисовал руны.
— Спасибо, князь, вы мне очень сильно помогли. Я оставляю двух своих ребят у дверей вашей палаты на всякий случай.
Милославский попрощался и ушёл, а я задумался. То что кто-то может искусственно создавать прорывы, меня напрягло. А что если этот кто-то откроет такой же портал рядом с моим особняком? Мои гвардейцы неплохи, но не против такого количества тварей как вчера. Рядом что-то сонно пискнула Гроза, устраиваясь поудобнее. Перед сном я решил немного помедитировать, чтобы ускорить лечение и посмотреть что с моим источником. Я боялся что в последней атаке сжёг свои магические каналы и отбросил своё развитие назад.
По началу у меня ничего не получалось, но через десяток безуспешных попыток я наконец-то смог погрузится в транс и внутренним взором глянуть на свой источник. Странно, он был полон под завязку, а ещё я точно могу сказать, что я почти прорвался на третий ранг. Мне не хватило буквально немного, и очень хорошо что это не произошло во время боя. Иначе бы меня просто вырубило бы нахрен и скорее всего меня бы просто сожрали. Тогда вряд ли бы Барс успел что-то сделать.
А вот с каналами в теле была проблема. Из-за моей последней атаки некоторые каналы выглядели очень плохо, и примени я сейчас даже самое слабенькое заклинание, то точно бы выжег их окончательно. А это значит что пришла пора использовать некоторые приемы из своего прошлого мира. В следующий раз Тотем может не успеть, а умереть, не достигнув цели, я не вижу смысла. Потянув энергию из источника я принялся рисовать причудливые узоры рун на своей ауре. Этому меня научил один из старых магов моего отца перед смертью, и я навсегда запомнил последние слова старика. Он взял с меня клятву, что я использую это только тогда, когда буду уверен что мои родственники не узнают про это. На мой вопрос «почему?» он грустно усмехнулся и ответил медленно выговаривая слова.
— Потому что они тебя убьют, испугавшись твоего усиления. Рунные печати способны повысить уровень мага. И именно поэтому все семьи, что обладали этим секретом, были уничтожены.
Тогда слова старика сильно врезались в мою память и каждый раз когда я хотел схитрить и нанести на своё духовное тело печати, то вспоминал их и шёл дальше на полигон, чтобы через пот и кровь подойти ближе к очередному магическому рангу. Но сейчас я наконец-таки мог позволить себе использовать это.
Первая из четырех печатей легла очень хорошо, и тут же заработала, вытягивая энергию из источника. Эта печать отвечала за то, чтобы избежать перегрузки каналов, ведь одна из главных проблем мага это вовремя остановится чтобы не выжечь их. И эта печать как раз таки должна
