мне помочь в критический момент не превратится в магического инвалида. Уже сейчас она занималась тем, что лечила мои каналы, а значит завтра — послезавтра я вновь смогу использовать магию. Я уже собрался нанести следующую печать, но потом задумался. Да, при помощи печатей я смогу ускорить своё развитие, но нужно ли это мне? Лучше я пройду сотни битв, убивая тварей, чем стану липовым архимагом. Ведь главное не магическая сила, а то как ты добрался до вершины. Я вышел из медитации и выругался. А ведь я чуть не совершил одну из самых больших ошибок в своей жизни.
— В конце концов никто не мешает использовать остальные печати позже, — тихо сказал я в пустоту — да, так будет даже лучше.
И погладив напоследок Грозу, я провалился в глубокий спокойный сон.
Утром меня разбудили новые гости. В мою палату ввалились Лопухины: брат и сестра. Инга нисколько не смущаясь, подошла ко мне обняла.
— Привет, герой, весь город только о тебе и твоём французе говорит.
— И тебе привет, Инга, смотрю на тебя и понимаю, что твой брат был не прав, когда говорил, что я не похож на аристократа. По сравнению с тобой я им всё-таки являюсь.
Девушка нагло ухмыльнулась.
— Братец всего лишь нудит, как всегда, не стоит обращать внимания на это. И я веду себя очень даже прилично.
— Ну да, да, — ехидно заметил Алексей — прям эталон дворянки. Надо маме рассказать, она точно оценит.
Девушка улыбаясь подошла к брату, и без размаха врезала ему в живот. Парень охнул и согнулся пополам.
— Братец, — елейным голосом сказала она — только попробуй испортить мой образ идеальной дочери и я превращу твою жизнь в кошмар. Ты меня понял?
— Понял, — просипел Алексей — вот и зачем ты вернулась в Минск? Сидела бы в своей Москве, мучала бы там знатных отпрысков.
Я смотрел на их перепалку и улыбался. Было видно что они всё-таки привязаны друг к другу, как бы не пытались это скрыть.
— Ребят, я конечно очень рад что вы ко мне пришли, но разве на улицах уже безопасно?
— Уже да, — ответила Инга — знатные рода подключились к заварушке и перебили всех тварей. В любом случае тварь с Изнанки не способна жить тут больше двух суток, так что передохли бы сами в конце концов.
Вот оно как. Признаться этот момент я как-то пропустил мимо себя. Тогда выходит, что если бы не я с Жаком, то цель прорыва была бы достигнута, а так мы помогли магам и большинство тварей мы истребили.
— Кстати, а что за громилы у тебя под дверью? Твои гвардейцы?
— Нет, это люди Юрия Милославского.
Услышав имя главного жандарма Минска, Инга нахмурилась, а Алексей поёжился.
— Страшный человек, — после недолгого молчания сказал Алексей — отец пару раз встречался с ним. Каждый раз, когда этот жандарм приходил к нам, у меня мороз по коже пробегал от его близости.
— Это потому что ты слабак, братец, — фыркнула Инга — но то, что Милославский опасен, тут ты попал в точку. И как наш Герман умудрился завязать дружбу с таким человеком?
Вопрос вроде был задан безразличным тоном, но я прекрасно видел что девушке очень интересно. Но вот отвечать я не собирался и просто пожал плечами.
— Повезло, оказались общие интересы.
— Ну да, — задумчиво сказала она — так ведь и бывает.
С Лопухиными я пообщался минут двадцать, в основном говорили о ситуации в городе. Они мне рассказали, что в город введены войска на случай повторных прорывов.
— Не понимаю как это возможно, прорывы так часто не происходят в одних и тех же местах.
При этом Инга смотрела на меня будто ожидая какой-то реакции, и надеясь, что я что-то знаю про это. И хоть девушка была права, я и правда знал почему власти так делают, но вот делится этим я не хочу. Не уверен что Милославский оценит, если я расскажу про то, что прорывы искусственные. А ссорится с ним пока что не входило в мои планы.
— Ну, властям лучше знать что и как делать. В любом случае нам с вами это никак не мешает, а обычные люди будут чувствовать себя в безопасности, зная что их есть кому защитить.
— Может ты и прав, вот только вся эта ситуация очень странная. Первый раз такое вижу.
Поговорив с нами ещё минут пять, Инга попрощалась и ушла, и я остался с Алексеем.
— Сильно потрепало? — спросил он, кивая на перевязанную шею.
— Прилично, но лекари говорят что регенерация у меня отличная и я иду на поправку.
— Может всё-таки попросить отца, чтобы он тебя осмотрел? — парень явно переживал насчет меня — ты же знаешь, он не откажет.
— Знаю, друг, знаю. Вот только твой отец глава рода, а не мой личный лекарь, чтобы по каждому зову прибегать ко мне. Да и не нужно это, я и правда хорошо себя чувствую.
— Ну смотри, если что ты мой номер знаешь.
— Однако небольшая просьба у меня всё-таки есть. Поможешь?
Лопухин серьезно кивнул и придвинулся ближе.
— Конечно помогу, можешь говорить. Сделаю всё что в моих силах.
— Ничего такого делать не надо, — улыбнулся я — просто узнай, что с Викторией Львовной. Я не видел её с вечера прорыва, и боюсь что с ней что-то произошло.
Лопухин усмехнулся.
— Узнаю. Ничего сложного в этом нет, я всё равно еду сейчас в академию. Позвоню как только буду там.
— Спасибо.
— Тогда выздоравливай как можно быстрее, иначе моя сестра будет приходить к тебе каждый день.
И хохотнув он покинул мою палату с довольным видом.
До вечера меня больше никто не беспокоил, и в основном я занимался медитацией и играл с Грозой, которая скрашивала моё одиночество. Лопухин и правда отзвонился и рассказал что Вика срочно уехала в Москву. Эта новость меня не обрадовала, ведь девушка даже не попрощалась со мной. И я очень сильно надеялся что она вернется.
— Не переживай, — сказал мне Лопухин — она всё равно вернется, ведь она твоя учительница. Никуда не денется от тебя твоя красавица.
— Вызвать тебя на дуэль что ли? — задумчиво спросил я — Может тогда ты перестанешь так нелепо шутить.
— Связь плохая, ничего не слышу.
Лопухин сбросил звонок, а я задумался. То что Вика уехала с одной стороны даже хорошо, ведь если судить по последним событиям, в городе нихрена не безопасно. И я не хочу чтобы в одной из таких стычек девушка погибла, один раз она уже прошла по краю.
Ещё несколько часов я медитировал, печать работала на ура, восстанавливая мои каналы, и уже завтра я вновь смогу применять магию. Несмотря на вроде простое занятие, я сильно устал и почти уснул, когда услышал скрип оконной рамы. Гроза, сопевшая рядом, тут же открыла глаза и зашипела. По её шерсти пробежали небольшие молнии, мой фамильяр явно готовился к бою. Я дотянулся до меча, который был возле кровати, и аккуратно вытащив его из ножен, прижал к себе Грозу.
— Тшш, не спугни их, — тихо сказал я выдре и малышка и правда успокоилась.
Я был уверен, что за мной пришел не один человек и оказался прав. В палату влезли сразу двое, причем от обилия артефактов они светились как лампочки.
Я прикинулся спящим, внимательно вслушиваясь в ночную темноту.
— Это он? — спросил один из них, доставая небольшой кинжал, от которого так и несло магией смерти.
— Да, — ответил второй — быстро делаем работу и уходим, за дверью жандармы дежурят.
Я дал им приблизится почти вплотную и резко встал выкинув руку с мечом вперед, целясь одному в голову. Он, конечно же, среагировал, вот только я и не планировал его убивать таким простым движением. Наоборот, мне нужно было его только отвлечь, а дальше в дело вступила Гроза. Поднявшись на задних лапках, она шарахнула по нему сильной молнией, так что все его защитные артефакты оказались бесполезны, и он упал на землю с огромной дырой в груди. В палате запахло сгоревшим мясом и озоном. Второй нападающий не растерялся и метнул в мою сторону несколько ножей, которые я с трудом, но отбил. Последний правда по касательной задел мою левую руку чуть выше локтя. Но больше он не успел ничего сделать, потому что я метнул меч. И хоть он попытался уйти с линии атаки, мой клинок тут же сменил траекторию и пригвоздил его к стене при этом не убив. Это было важно, ведь я хотел сдать его в руки Милославскому.
Мой несостоявшийся убийца что-то прохрипел, но мне было плевать. В комнату ворвались люди
