в народном хозяйстве, так и в армии.
— И кто же, позвольте узнать, снабдил вас правами ревизора? — на сей раз слово взял Важинский. Последние полгода ЗИС изрядно лихорадило из-за проблем связанных с постановкой на конвейерное производство новейшего лимузина ЗИС-101, должного стать первым советским автомобилем, специально созданным для обслуживания руководящего состава партии и страны, отчего и так не сильно покладистый характер Евгения Ивановича испортился вкрай. Больно уж новым и действительно тяжким делом стало освоение в массовом производстве конструкции столь сложного в изготовлении автомобиля и его комплектующих. Тот же 8-цилиндровый двигатель, к примеру, никак не желал избавляться от целого сонма детских болячек и вдобавок требовал иметь на своей сборке слесарей высочайшего класса, найти которых под каждым встречным кустом на удивление не удавалось. Больно уж высока была конкуренция среди работодателей в полнящейся всевозможными заводами Москве. Плюс к этому добавлялась не проходящая беда с вечно гонящими брак подрядчиками. Вот и выплескивал он накопившееся негодование через подобный подход к общению с окружающими — вроде и не грубил, но давал человеку понять, что тот прежде должен доказать своё право отнимать драгоценное время аж целого «ЕГО»! Он бы даже вовсе не поехал на данное заседание, если бы до него не была предварительно доведена информация о том, что главной темой обсуждения станут двигатели ЗИС-а. Это пустить на самотек Важинский уже никак не мог. А то кто-нибудь там, в верхах, нарешает что-то немыслимое, а претворять потом в жизнь ему!
— Товарищ Ворошилов, — спокойно посмотрев в глаза решившему было взбрыкнуть главному конструктору ЗИС-а, совершенно нейтральным голосом произнес Геркан. И этого более чем хватило! Ведь ссылаться на имя наркома обороны, не имея на то его согласия, виделось всем присутствующим смерти подобно. Чай не дворовой алкашней являлись, чтобы бросаться столь громкими словами исключительно для большего форсу и по пьяной лавочке. — Его персона вас устраивает, товарищ Важинский? — а это уже была маленькая месть со стороны Александра. Попробовал бы кто тут сказать, что его хоть в чём-то не устраивает Климент Ефремович! К тому же, официально он действительно был «благословлен» на данное мероприятие главным человеком в РККА. Но стоял за всем этим, конечно же, Сталин, с которым у краскома прежде вышел очень непростой разговор касательно назревших проблем отечественного автомобилестроения. Благо хоть приняли, выслушали и даже поспособствовали, тем самым благословив на новые свершения.
— Более чем, — постаравшись не выдать своих чувств мимикой лица либо же тембром голоса, что едва не дал петуха, степенно кивнул в ответ Евгений Иванович.
— Вот и замечательно! — слегка улыбнулся Александр. — И раз уж мы разобрались с имеющимися у меня «верительными грамотами», предлагаю не тратить время понапрасну и перейти сразу к сути вопроса. А именно к обсуждению прискорбного факта отсутствия в стране своего серийного автомобильного двигателя, как для новой боевой сухопутной техники, так и для грузовиков более солидной грузоподъемности, нежели ныне изготавливает ЗИС. Ярославский ЯГ-6[1] в расчет брать не будем, как в силу его тихоходности, так и скромного масштаба производства, никак не соответствующего потребностям страны. Хотя самим фактом своего существования он наглядно дает нам понять, что, как минимум, 5-тонный грузовик народному хозяйству и армии крайне необходим. — Да, в угоду политической конъюнктуре все предыдущие годы со страниц того же журнала «За рулем» населению СССР внушали, что именно легкие грузовики являются единственным верным направлением развития советского автопарка. Делалось это не только по причине отсутствия внутреннего массового производства более грузоподъемных машин, но и в силу отсутствия дорог с твердым покрытием, способных выдержать те же 10-тонные ЯГ-10. Страна попросту не была готова к началу эксплуатации столь тяжелой техники, отчего и внушали людям то, функционирование чего хоть как-то могло обеспечить молодое государство рабочих и крестьян. Однако время шло, возможности и потребности транспортной инфраструктуры Советского Союза тоже потихоньку возрастали. И вот настал момент, когда всяческие гонения на большегрузы сошли вовсе на нет, а подобных машин на дорогах страны так и не появилось в потребных количествах. Как не появилось и производства достаточно мощных агрегатов для приведения их в движение. Тех самых агрегатов, что так недоставало конструкторам военной техники, дабы идти в ногу со временем, но при этом не делать новые боевые машины изрядно дорогостоящими и при этом оторванными от прочего народного хозяйства.
— Позвольте, — убедившись, что никто более не горит желанием брать слово, отозвался со своего места Константин Андреевич Шарапов. — Но раз уж вы собрали здесь именно нас, то, должно быть, находитесь в курсе ведущихся нами разработок. — Право голоса в этом вопросе ему давал хотя бы тот факт, что Константин Андреевич являлся создателем целой серии новейших мощных шестицилиндровых автомобильных моторов, что могли похвастать аж 75-процентной взаимозаменяемостью своих частей и комплектующих, не смотря на то, что работали на совершенно разном топливе: бензине, дизеле, древесном газе. Заметку об этой серии моторов Геркан вычитал в апрельском номере журнала «За рулем» за 37-ой год, после чего и задумался насчет возможности заполучить то, что требовалось ему здесь и сейчас, но обойтись при этом малой кровью. Пока не стало поздно. Ведь того же Шарапова уже совсем скоро ждал арест и неизвестность будущей судьбы, впрочем как и многих прочих из числа присутствующих. Во всяком случае, память о будущем подсказывала краскому именно подобный печальный исход. И это было неприемлемо, поскольку самым пагубным образом сказывалось на появлении на свет столь необходимой лично ему техники. Ведь, хоть он и принял решение покинуть Советский Союз, это вовсе не означало, что напоследок следовало гадить везде и всюду. Нет! Скорее наоборот! Следовало оставить о себе исключительно хорошую память в верхах, дабы ежели когда-нибудь потом его каким-либо образом обнаружили советские разведчики, не стали бы мстить за побег с родины. А часики-то тикали! А время неумолимо убегало вперед и заставляло Александра ускоряться в его собственных проектно-изыскательных работах, что не могли получить путевку в жизнь без успешной работы собравшихся тут людей.
— Совершенно верно, товарищ Шарапов. Я в курсе, как существования двигателей марки «Ш», созданных под вашим непосредственным руководством в стенах НАТИ, так и работ ваших коллег-двигателистов с ЗИС-а над дизельным мотором Д-7 и более мощным вариантом силового агрегата от трехтонки, — не стал скрывать своих знаний Геркан, поскольку здесь и сейчас этого не требовалось вовсе. — И я, как конструктор боевой техники, и, как заместитель начальника Автобронетанкового управления, безмерно благодарен всем вам, товарищи,
