Читаем без скачивания Слишком редкая, чтобы жить, или Слишком сильная, чтобы умереть - Юлия Шилова

...Тот зимний день помню не очень хорошо. Было около девяти вечера, но зимой темнеет очень рано. Я поставила машину на стоянку и пошла к своему подъезду. Мама с дочерьми была в своей квартире, которая находилась недалеко от моей, а я этой ночью решила дописать роман. Я шла к подъезду, смотрела на красивый пушистый снег и чувствовала себя счастливой... Я научилась быть счастливой от элементарных вещей и даже от того, что пошел долгожданный снег и все деревья оделись в роскошные белоснежные одежды. Я ловила снежинки в ладони и, как только они таяли, тут же ловила новые. На моем лице сияла безмятежная улыбка, а в глазах лучилась радость оттого, что вокруг тихо, хорошо и спокойно.

Открыв подъезд магнитным ключом, я вошла внутрь, дождалась лифта и только собралась нажать кнопку, как в лифт заскочил молодой человек, хотя двери уже почти закрылись. Я тысячу раз прокручивала этот эпизод в памяти, чтобы, наконец, понять, как я смогла один на один остаться с незнакомцем в лифте. И только потом, при общении с правоохранительными органами, удалось установить, что он ждал меня долго под лестницей. Двери лифта закрылись, и меня даже не успела охватить паника. Все произошло слишком быстро. Незнакомец, так молниеносно заскочивший в лифт, не дал возможности мне опомниться и заставил меня потерять сознание всего лишь от одного удара по голове. Так нанести удар может только тот, кто увлекается восточными единоборствами. Прыжок, и высоко поднятая нога ударяет в висок, из которого тут же хлынула кровь. Я сползла по стенке лифта вниз, а затем почувствовала, как сознание полностью меня покидает, и упала на пол. Иногда я все же приходила в сознание, но от сильнейших ударов ногами по голове теряла его по новой. Он гонял лифт вверх и вниз несколько раз.

А затем... Затем я помню, как пришла в себя – совсем ненадолго. Незнакомец сдернул с моей шеи косынку, сел на корточки, расстегнул верхние пуговицы на моей, залитой кровью, норковой шубе и взял мою тонкую длинную шею в свои могучие сильные руки.

– Что ж ты, девка, такая хрупкая, а такая живучая?! На тебе же места живого нет, жизнь не уходит. Жить хочешь? Оно и понятно. Да только хрен у тебя это получится. Все мы там будем...

Мужчина нервно рассмеялся и принялся сжимать мою шею. А мне... Мне совсем не было больно. Просто в глазах вновь стало темно и где-то там, в подсознании, промелькнула мысль, что меня уже нет. А быть может, почти нет. Где-то там бурлит жизнь, но меня в ней уже нет. Сегодня меня не стало, и эта жизнь бурлит без меня. Я уже почти не дышала. Хотела одного – чтобы это как можно быстрее закончилось. Как можно быстрее...

И никакого трагизма, никаких образов, все слишком банально... Я видела смерть, и она совсем не торжественная. Люди так видоизменяются, когда умирают. Смерть уродует. Господи, какая же я буду страшная, когда меня найдут в этом лифте...

Судьба сама все решит. От нее не уйти и ее не обмануть. Боли нет. Просто вокруг темно, доносятся еле слышные голоса. Я иду по извилистому тоннелю, и голоса отдаляются. Они там, где виден яркий свет, а я, наоборот, ухожу от яркого света. Я как-то странно иду. Слишком легко... То ли парю, то ли плыву... Где-то вдалеке мерцает свеча... Я иду и понимаю, что меня там ждет Олег. Он уже истосковался по встрече. Протягивает ко мне руки и дает понять, что ТАМ СПОКОЙНО... Я вижу родное лицо и ускоряю шаг, а затем начинаю бежать, широко разведя руки. Но вдруг кто-то резко меня останавливает, когда Олег уже совсем рядом. Я отмахиваюсь, но меня через силу разворачивают к яркому свету. Я вырываюсь и вновь бегу к Олегу. Но спотыкаюсь, больно падаю и чувствую, что тело перестает меня слушаться. ВОТ И ВСЁ...

Врачи сказали, что я родилась в рубашке. Для меня это не новость. Я это знаю.

После произошедшего я не досчиталась сущих мелочей, которые чуть было не стоили мне жизни, – кошелька, серег, мобильного телефона. Несмотря на то, что все было подстроено под грабеж – эта версия все же рассматривалась не как основная. Уж больно жестоко для грабежа... Меня просто убивали. Если бы лифт не открылся и случившееся не увидели соседи, у меня бы не было шанса выжить. Именно они спугнули преступника.

К удивлению врачей, я смогла полностью восстановиться и вернуть прежний внешний вид. Единственное, за что я по-настоящему переживала – нос. Он был полностью раздроблен. Не осталось ни одной целой косточки. Но современная хирургия творит чудеса, и мой нос ничем не отличается от того, который я имела до страшного вечера.

В больнице, глядя в окно на черные силуэты деревьев, размышляла о том, что где-то существует смерть. Наблюдая за прощальным разгулом зимы, смотрела в небо и просила у Бога здоровья и сил. И Бог услышал мои молитвы, вернув мне здоровье и жизненно необходимые силы. Я встретилась с демоном лицом к лицу, и он не смог взять надо мной верх. Теперь я должна все забыть и продолжать жить. Продолжать жить... Легко сказать...

Я часто думала о том, что никогда и ничего не сделала в жизни плохого. Никому... Разве только всегда отстаивала свою честь и не изменяла чувству собственного достоинства.

Первым, кого я увидела в больничной палате, придя в себя, был мой бывший муж. Он стоял с огромным букетом цветов и заметно нервничал.

– Откуда ты узнал, что со мной произошло? – спросила я.

Он помолчал. Положил букет на кровать и только тогда с обидой в голосе произнес:

– Не успели мы расстаться, как ты стала жертвой грабителя. При нашей совместной жизни не наблюдалось ничего подобного, – бормотал он.

Я не могла не обратить внимания на то, что в его взгляде не было даже капли жалости. Его даже не смутило то, как я выгляжу...

– Хочешь сказать, во всем, что со мной произошло, виновата я сама?

– Шляешься где-то по ночам, когда нормальные женщины сидят дома вместе со своими мужьями.

– Это произошло не ночью, а вечером. Просто зимой рано темнеет.

– Какая разница?! Наверное, сама спровоцировала грабителя.

– Чем?

– Длинными сапогами, тонкими чулками и коротким полушубком.

– Будь я так одета, перед тем, как избить, он бы сначала меня изнасиловал.

– Юль, ну что с нами творится???

– С кем с нами? Мы уже давно каждый сам по себе.

– Но ведь мы неплохо жили. Ты сознательно разбила нашу семью. Меня выгнала, как бродячего пса. Просто открыла дверь, выставила вещи в коридор и попросила больше не появляться! Ты развалила нашу семью и избавилась от меня, как от ненужной и надоевшей вещи, – уже в стотысячный раз упрекал меня бывший супруг.

– И ты сразу ушел искать утешения к другой женщине.

– Ты же прекрасно знаешь, это только до того момента, пока ты позовешь обратно.

– Я никогда тебя не позову.

– Но почему?

– Потому что мне страшно начать жить так, как жила раньше... Не хочу больше играть в счастливую семейную пару и врать себе. Я и подумать не могла о том, что ты предложишь мне жизнь, выкрашенную в цвет боли и ненависти. Я была тебе просто удобна.

– У меня не получается жить и знать, что ты не моя. У меня без тебя ничего не получается. В глазах темнеет, когда о тебе думаю.

– Именно поэтому ты меня «заказал»?

Бывший муж залился алой краской и глянул на меня испуганно:

– Юля, ты что такое говоришь?!

– Я тебе жизнь говорю. Вот только одного не пойму. Ты меня покалечить хотел, чтобы на меня больше в жизни никто не взглянул, и вновь ко мне якобы из жалости пришел в надежде, что я буду на тебя молиться? Или все же хотел убить? Мне как-то больше верится во второй вариант. Мужчине иногда проще отпустить женщину в том случае, если она мертва, чем знать, что она жива, но будет жить независимо от него. Некоторые не любят терять то, что совсем недавно безраздельно им принадлежало. От любви до ненависти один шаг.

– Да как ты могла подумать?!

– Пошел вон!

Бывший муж выскочил из палаты, я скинула его букет на пол, закрыла глаза и в очередной раз подумала о том, ну почему, когда я расстаюсь с мужчинами, они не отпускают меня с легкой грустью, а ТЕРЯЮТ РАЗУМ И КОНТРОЛЬ НАД СОБОЙ.

В этот же день я придумала маленькое кладбище людей, которые мне были когда-то дороги. Я огородила его кованой красивой оградкой из своей памяти, посадила чудесные ароматные розы, а на вход повесила довольно внушительных размеров замок. На этом кладбище у меня лежит бывшая подруга, мой очень хороший друг, моя первая юношеская любовь и мой бывший второй муж. Иногда, когда мне хочется навестить дорогие мне могилы, я открываю амбарный замок, привожу могилки в порядок, сажаю цветы, протираю запылившиеся фотографии, наливаю всем по рюмке водки и, чтобы никого не обидеть, насыпаю полные чашечки карамели. На могилке своего бывшего мужа я посадила помидоры и огурцы. Он всегда мечтал, чтобы я занималась домашним консервированием.

На этом кладбище тихо, красиво, птички поют. Тут лежат люди, которые были мне по-своему дороги и которые когда-то сильно меня обидели или причинили мне душевную боль. Я никогда не выясняю отношения, потому что не приемлю разбирательств. Просто вычеркиваю из жизни, из памяти и хороню на своем кладбище. Конечно же, в реальной жизни они живы. Идут своей дорогой, которая уже никогда не пересечется с моей. Они строят планы, общаются с друзьями, справляют праздники, встречают будни, но не могут знать, что для меня они умерли и я успела похоронить их на своем маленьком кладбище. Пусть они живы, для меня они мертвые.