теперь делать? — Альфред, заводила, получивший от психованного новичка по яйцам, одним вопросом привёл все рассуждения, цензурные и не очень, к общему знаменателю.
Вопрос был серьёзный и требовал размышлений. Размышлять у драчунов получалось не очень, если это не касалось учёбы. Там-то всё просто и понятно: дают задание — читаешь и делаешь. Если знаешь, как. Не знаешь — ищешь информацию, читаешь и делаешь. А по таким ситуациям учебников не завезли.
— Правила мы всё-таки нарушили, — сказал наконец кто-то. — Могут и выгнать.
— Его тогда тоже должны выгнать, — задиристо ответил другой. — Он тоже нарушил!
— Он вообще-то защищался, — возразил третий.
И понеслось…
— Это он на нас напал! Мы вообще его не трогали, мы к Медведевой рванули!
— Она же записывала, ты что, думаешь, она эту запись не предъявит⁈ Он же её жених, она его покроет!
— Да какой он жених, ни клана, ни…
— Вот именно, что ни клана, ни… Зачем Медведевым этот королевский сыночек, который будет одеяло на себя тянуть?
— А зачем ему медведевское одеяло, своего мало что ли?
— Ну ты тупооооой… В том и дело, что у них так заведено — клан матери в золоте купается. А клан отца имеет только то, что с королевства получает! То есть шиш и полшиша сверху. Достало, видимо, нищебродствовать, раз обычай нарушили.
— Какой обычай? — не понял Альфред.
— Так Гарсия же только на Реалах женятся, ты что, не знал? — на него уставились семь пар ошарашенных глаз. Вокруг некоторых ещё были заметны зеленоватые следы кровоподтёков.
Альфред не знал. И у него появилась нехорошая мысль.
— Так, погоди, — начал он. — У этих чокнутых испашек две фамилии, так? У Винса — Гарсия Реал. Отцовская и материнская. Но у его отца тоже Гарсия Реал. И у деда.
— Ну.
— Закрылки гну! — рявкнул Альфред. — Смотри, что выходит. Винс — первый пилот академии.
— Уже нет.
— Заткнись и не перебивай. Медведев дочь отдаст только за первого пилота. Винс стал первым пилотом — стал женихом. Так?
— Так.
— Но он должен жениться на какой-нибудь девице из Реалов. Традиция. Так?
— Так.
— Прилетает этот марсианин, в первый же день вышибает Винса из топа. Так?
— Ты не такай, достал. Говори нормально.
— Я и говорю… Так вот, в тот же день шестёрка Винса обещает нам золотые горы, если мы этого новичка переломаем. Что это означает?
Повисла тишина, в которой почти физически слышно было, как скрипят мозги.
— Это получается, что новичок работает… на Реалов? — выдохнул наконец кто-то.
— Воооот, — протянул Альфред. — А из этого следует, что мы влипли. Если Реалы схлестнулись с Гарсия из-за брака, который очень выгоден Гарсия, но угрожает Реалам потерей влияния… То нас сотрут и не заметят.
— И что делать? — повторил кто-то вопрос Альфреда.
— Сторону выбирать, — уверенно ответил тот. — Если новичок на Реалов пашет, и мы к нему присоединимся, то не прогадаем. Реалы нас прикроют.
— А если нет? — прозвучал закономерный вопрос. — Может, он за кого-то ещё, кому медведевское наследство нужно?
— То и здесь в проигрыше не будем, — всё так же уверенно отмахнулся Альфред. — Если это кто-то другой, и мы примкнём к их человеку, нас прикроют те, кто за ним стоит.
— А если вообще сам за себя?
— Тогда этот парень нужен Медведеву. Ему же лучший требуется, забыли? Ну так нам самая тема его поддержать. И тогда за нас вступится папочка Снежаны. А вот если останемся в стороне — кому мы вообще тогда нахрен сдались?
— То есть ты серьёзно предлагаешь идти на побегушки к тому, кто тебя отметелил? — возмущённо спросил кто-то.
— Нас, — поправил Альфред. — Нас девятерых. Ты много тут видел народу, кто так способен отделать девятерых не слабых парней? О чём это говорит?
— Что он псих, — буркнул недовольный.
— Что его очень серьёзно готовили, — поправил Альфред. — А это значит, что место он не отдаст. А если мы к нему примкнём, может, он и нас так научит? И кто тогда посмеет нас так кидать, как этот хлыщ винсентовский?
Стало тихо. Наёмники думали.
— А если он нас пошлёт? — прозвучал вопрос.
— Тогда пойдём к Комарову, — вздохнул кто-то ещё. — «Волкам» нужны люди.
— Которые всей толпой не смогли одного заломать? — презрительное фырканье.
— И это ещё одна причина, чтобы научиться у Марса, — задумчиво сказал Альфред. — Будем уметь драться хоть вполовину так хорошо, как он — нас с руками оторвут в любой ЧВК… Итак?
— Надо выяснить, где его искать…
Спустя три минуты медблок опустел.
Ещё спустя четверть часа они уже выходили к фонтану, у которого в последний раз видели того, кого они хотели найти.
— … убивать, — донеслось до Альфреда.
Это слово выдохнул парень, из-за спины которого выглядывали две девичьи головки — белоснежная и жгуче-чёрная. Альфред вскинул ладони:
— Мир! Мы не драться пришли!
* * *
Я моргнул. Что? Не драться? А чего тогда потеряли здесь всей толпой? Тоже отдохнуть захотели?
Я не отпускал боевой режим, готовый ответить на нападение, но первым не атаковал, внимательно глядя на парней. Впереди шёл заводила, он же и выкрикнул: «Мир!»
И вроде вчера их было девять?
Очень интересно… И не только мне — Снежка и Александра сначала притихли, потом ломанулись смотреть, что происходит. Или им там неуютно друг с другом рядом находиться?
— Что нужно? — спросил я, не давая девушкам вывернуться у меня из-за спины. Пусть хоть кошачью войну на коготках в тылу друг другу объявляют, но пока я не буду уверен, что они в безопасности, никто вперёд не выйдет.
— Разговор есть, — сообщил заводила и взглядом указал на девиц у меня за спиной. — Только без них. С глазу на глаз перетереть надо.
— Даже не вздумай! — зашипели мне сразу в оба уха. — Без свидетелей они с тобой…
— Слышал я как-то про одного мужика, — вполголоса сказал я, чуть повернув голову, чтобы было понятно — я говорю для Снежки. — Он сказал что-то вроде: «Не меня заперли с вами — это вас заперли со мной». Без свидетелей они окажутся в
