Мертон был рад побыть с Чарити наедине.
– У вашего отца светлая голова, он может быть просто мудрым, когда рассуждает о реальном, а не потустороннем мире.
– Вы допускаете, что он прав?
– Можно проверить – есть, правда, только один способ.
– Вы хотите сказать: спросить мисс Монтис?
– Нет. Я собираюсь вскрыть могилу и посмотреть, кто… или что… лежит в гробу рядом с Мег.
– На это нужно разрешение властей.
– Разумеется. Я не собираюсь делать из этого тайны. Напротив, придам максимальную огласку предприятию. К сожалению, кузену Алджернону вопроса не задашь, его уже нет в живых, а маман не знает имени той дамы. Мне кажется, что она была актрисой из Лондона. Алджернон имел много знакомых среди актеров.
Чарити горестно вздохнула.
– Мне жаль вашу бедную матушку. Должно быть, замужество с лордом Мертоном было для нее тяжелым испытанием.
Мертон взглянул на нее с беспокойством.
– Все это было давно. С того времени Мертоны изменились, мы стали лучше. Но призраки из прошлого не оставляют нас в покое.
– Хорошо, что есть мой отец – он поможет разобраться с ними. И еще заставит вас поверить в их существование, Мертон.
– На меня производит большее впечатление его здравый смысл. Он распутал эту темную историю с похвальной быстротой и проницательностью. Не исключаю даже, что его версия реальна.
Их разговор был прерван звуком приближающихся шагов.
– В Оружейной комнате спокойно, – доложил Вейнрайт. – Пойдем наверх, Чарити, – нехорошо утомлять хозяина.
Мертон предпочел бы, чтобы Чарити продолжала его «утомлять», но вежливо пожелал гостям спокойной ночи и проводил их до двери грустным взглядом.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
На следующее утро лорд Мертон спустился к завтраку с намерением обсудить результаты ночных размышлений и стратегию будущих совместных действий. Накануне вечером он уже успел частично посвятить Вейнрайта в свои планы, когда заходил в его комнату по другому делу. Когда Мертон вошел в утреннюю гостиную, ему сразу бросилось в глаза, что Чарити и Льюис сидят рядышком, почти касаясь склоненными головами. Они поспешно отодвинулись и с виноватым видом посмотрели на него – от них не укрылось его неудовольствие. Чарити испугалась, что Мертон не разрешит ей участвовать в намечаемой операции по разоблачению мошенников.
– Вы сказали им? – спросил Мертон Вейнрайта.
– Да, это я сделал в первую очередь. Они согласны, что план удачен: негодяи попадут в собственную ловушку! – Вейнрайт засмеялся. – Один призрак ловит другого. Буду счастлив внести свою лепту. Нужно будет разжечь такой костер, чтобы было больше дыма, – ветер разгонит запах, и огонь будет не так заметен.
– Сомневаюсь, что запах до него долетит вообще. Нужно будет подождать, пока он выйдет из дома, наш святой отец. Если повезет, то не понадобится проводить эксгумацию останков Мег, но на всякий случай я заручусь всеми необходимыми санкциями.
После завтрака Чарити прошла за Мертоном в кабинет.
– Я хочу быть Мег, – сказала она.
– Исключено. Мег будет представлять Льюис.
– Он слишком высокий и большой, никто не поверит, что это женщина.
– В темноте никто не разглядит. К тому же он не будет подходить близко.
– Я уговорю отца, если вас именно это смущает. Он не будет против.
– Я сам буду против. Неизвестно, что может случиться. Я несу ответственность за все и буду распоряжаться сам, – сказал Мертон более резко, чем намеревался. Но подвергать опасности молодую девушку – этого он допустить не мог. Если с Чарити что-то произойдет… – Вы останетесь в Кифер Холле.
– Мертон, как вы можете быть таким безжалостным! Разрешите хотя бы пойти с вами на кладбище.
Мертон заколебался, она поняла это и продолжала просить еще более настойчиво:
– Ну, пожалуйста, тысячу раз пожалуйста, – не унималась Чарити.
– Ну, хорошо, – сдался Мертон наконец. – Но вы должны оставаться в стороне. Я не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось.
Девушка признательно улыбнулась.
– Наконец-то вы сказали приятную вещь, Мертон.
– В самом деле! Я и не заметил.
– Пока вы не изменили мнение, я уйду, а вы подумайте и согласитесь, чтобы я была Мег, мне так хочется сыграть ее. Я получу истинное удовольствие.
– Вы просили только разрешения принять участие в походе на кладбище!
– С такими несговорчивыми джентльменами надо действовать по-умному. Уинтон предложил хороший метод – просить больше, чем хочется.
– Позволю себе заметить, мисс Вейнрайт, что вы настойчивая женщина и умеете добиваться своего.
– Спасибо, принимаю комплимент, – сказала она и, сделав реверанс, выбежала из комнаты.
Мертон смотрел ей вслед, нерешительно потирая подбородок. Итак, она и Льюис нашли общий язык, у них складываются довольно близкие отношения. Это может вызвать нежелательные затруднения.
В десять Мертон съездил в Истли, чтобы получить официальное разрешение на эксгумацию останков Мег Монтис и ее младенца.
К полудню все домочадцы были посвящены в план, когда собрались в Голубом Салоне. Леди Мертон была посвящена в замысел раньше. Она тут же послала за Сент Джоном, который примчался и прямо с порога заявил протест.
– Неужели вы не можете урезонить Мертона, мистер Вейнрайт? – сказал он, надеясь приобрести союзника. – Одному Богу известно, каких еще приведений это может накликать в дом!
– Вряд ли появятся новые духи, – произнес Вейнрайт задумчиво. – Мег с младенцем и так уже терроризируют дом, хотя мне не удается пока вступить с ней в контакт. Может быть, они так скорее успокоятся. Все будет сделано в рамках приличий, преподобный отец, не волнуйтесь.
– Обещаю, – подтвердил Мертон. – Только посмотрим и зароем. Договорюсь, чтобы копали завтра поздно вечером, когда станет темно и все будут уже в постели. Около полуночи.
– Как интересно! Я обязательно приду. Не отговаривай, Мертон, не откажусь ни за какие коврижки.
– Это не публичное зрелище, Льюис, – настаивал брат. – Будут только рабочие, которым придется копать, я и посторонний свидетель, назначенный магистратом. Я предложил мистера Вейнрайта, они согласились.
– Рад оказать услугу, – поклонился Вейнрайт. – Никогда нельзя знать – в таких случаях могут происходить сверхъестественные вещи. Потревожить могилу – это не простое дело. Викарий тоже может пригодиться, – предложил он, глядя на Сент Джона.
– Я не приму участия в этом святотатстве, это значило бы дать добро вашему ужасному замыслу, – ответил Сент Джон. – Еще раз твердо заявляю, что я решительно протестую. Право же, Мертон, можно проявить элементарное уважение к желаниям вашей матери.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
