Мертон улыбнулся:
– Мама хочет, чтобы прошлое оставило ее в покое. Именно для ее спокойствия все это и делается.
– Что вы докажете, даже если останков ребенка в могиле не окажется? – спросил Сент Джон. – Это только подтвердит, что ребенок похоронен в другом месте. Или вы хотите перекопать все кладбище?
– Не согласен с вами, – сказал Мертон. – Надпись на плите утверждает, что сын похоронен вместе с матерью. Если младенца там не окажется, это будет означать, что он не был похоронен. Мы должны исходить из убеждения, что труп ребенка не оставили поверх могилы. Иными словами, это будет доказывать, что сын Мег не умер.
– Конечно умер! – воскликнула мисс Монтис. – Я присутствовала при родах. В моих руках это создание испустило последний вздох. Я нашла Мег на лугу, совершенно одну, – поспешно добавила она.
– Если это так, то он лежит в могиле с матерью. Тогда их перезахоронят и дело с концом.
– А если нет? – спросила леди Мертон.
– Тогда придется принять меры, мама. – Мертон посмотрел пристально на викария, затем перевел взгляд на мисс Монтис и снова обратился к матери: – Пожалуйста, не беспокойся. А сейчас прошу меня извинить, надо поговорить с рабочими и выяснить, кто завтра вечером будет свободен. Пойдем, Льюис.
Братья поднялись, поклонились и вместе вышли. Когда они отошли от двери на значительное расстояние, Льюис сказал:
– Возьму лошадь, спрячусь за конюшней и посмотрю, куда пойдет Сент Джон.
– Лучше иди пешком, – посоветовал Мертон. – Если он не пойдет сразу к Неду, посмотри, куда направится, и иди в лес – последи за Недом. Если они встретятся или передадут записку, дай знать.
– Мне только наблюдать или остановить Сент Джона?
– Только наблюдай. Важен сам факт, что они поддерживают связь. И потом, Льюис, как понять, что ты инструктировал мисс Вейнрайт, как подъехать ко мне? – он сердито посмотрел на брата.
– Ну и что же, Джон? Почему ей не пойти с нами? Ты ничего не разрешаешь. Становишься как отец, всеми командуешь…
– Отец бы дал тебе хорошую затрещину за наглость. Давай, выметайся отсюда и берись за дело, негодяй.
Вейнрайт тоже вскоре вышел из гостиной вместе с дочерью.
– Лорд Мертон разрешил зайти в его комнату, может быть, удастся вызвать на разговор поющую монахиню, – объяснил он остальным.
Они не пошли наверх сразу же, а заглянули к Баготу, который согласился взять на себя роль наблюдателя. Как они и подозревали, леди Мертон вышла почти вслед за ними и поднялась наверх. Мисс Монтис осталась в гостиной наедине с Сент Джоном. Все шло по плану.
– Как ты думаешь, выйдет что-нибудь из этой затеи? – спросила Чарити отца.
– Если мы на правильном пути, должно получиться. Что бы ты сделала на месте мисс Монтис или Сент Джона, если бы тебе грозило разоблачение? Ты бы постаралась положить в могилу скелет ребенка, так?
– Но как? Где найти его?
– Трудно, но не невозможно. Где-то поблизости, наверное, были захоронены младенцы.
Багот откашлялся:
– Можно для этого использовать кости животного. В поместье часто хоронят собак. В темноте не разберешься – никто не будет рассматривать кучу костей, завернутых в сгнившие тряпки.
– Как это ужасно звучит! – испуганно воскликнула Чарити.
– Да. Но не так ужасно, как то, что они делают с бедной леди Мертон. Я знал с самого начала, что в ее комнате не было никакого призрака – мы это докажем. Пока же моя репутация под вопросом. Напишу для Общества статью, чтобы они приняли к сведению возможность подделок.
Чарити сказала:
– Пойду наверх, займусь изготовлением парика. Боюсь, что придется пожертвовать круглой шляпой – нужна форма, чтобы приделать к ней волосы. Мертон сказал, что у вас есть желтая шерсть, Багот.
Старый слуга подал ей моток шерсти, спрятанной в чайнике.
– В детской есть кукла – возьмите вместо ребенка, – добавил он.
– Не забудь запереть дверь, Чарити, – предупредил Вейнрайт. – А то мисс Монтис разнюхает наш секрет. Сидит, наверное, как на иголках, бедняжка. Пусть это будет ей уроком. Пойду к поющей монахине.
Чарити предостерегающе посмотрела на него:
– Мертон действительно дал мне разрешение, дорогая, был крайне любезен.
Они пошли наверх вместе, продолжая обсуждать план. Вейнрайт, как Чарити и ожидала, не очень противился ее участию.
– Если Мертон считает, что опасности нет, я не против, – сказал он без особого интереса.
Присутствие мисс Монтис за ланчем не давало возможности обсудить детали; но после ланча Вейнрайты и братья Декастеланы удалились в сад под благовидным предлогом. Они прогуливались по освещенным весенним солнцем аллеям, окруженным тополями, затем спустились к фонтану.
– Сент Джон не пошел сразу к Старому Неду, Джон, – сказал Льюис. – Уехал домой на двуколке, а потом вернулся пешком. Они сидели в доме около часа.
Мертон сказал:
– Я видел, как Сент Джон обходил кладбище, – наверное, искал, где бы стащить кости ребенка. Но не думаю, что он на это решится, – слишком заметно.
Вейнрайт спросил:
– Как вы думаете, Мертон, что они будут делать, когда вы их разоблачите?
– Сент Джону придется поменять род занятий – он не годится на роль священника. С его образованием он найдет другую приличную работу, например, преподавание. Что касается мисс Монтис, то пусть решает маман, но под этой крышей она не останется.
– Очень рад это слышать. Если помните, я сразу сказал, что у нее нехорошие помыслы, – напомнил Вейнрайт.
– Это я помню, – кивнул Мертон и подумал, что Вейнрайт умный человек, когда не садится на своего любимого конька.
– А Старый Нед? – спросил Льюис. – Без нашего отшельника Кифер Холл много потеряет.
– Может быть, он станет настоящим отшельником, – предположил Мертон. – Надо подождать – мы не знаем, в какой степени он замешан в этом деле. Но мои картины вернутся на их старое место в доме, а винный погреб я запру надежно. Мой лучший кларет! Еще чего?
– Сдается мне, Мертон, что это вас волнует больше всего остального, – насмешливо заметила Чарити.
– Отнюдь. Больше всего меня бесит то, что они сделали с маман.
Сад благоухал весенними ароматами и казался самым неподходящим местом для обсуждения мрачных событий Кифер Холла. Мистер Вейнрайт вскоре почувствовал, что в нем проснулся непреодолимый охотничий азарт и повернулся, чтобы взглянуть на аркады.
– Слышали? – спросил он, поднося ладонь к уху.
– Я ничего не слышал, думаю, что Чарити и Льюис слышали не больше меня, – ответил Мертон.
– Неужели никто не слышал жалобного пения? Оттуда, со стороны аркад? Поющая монахиня! Я должен пойти посмотреть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
