— На западе Ялта. На востоке Судак. А на северо-западе Симферополь.
— Только не Симферополь, — замотал головой Кравцов и, видя мой немой вопрос, пояснил: — Там моря нет. Он чуть ли не в центре полуострова.
— Кто о чём, — вздохнул я, хотел было предложить поехать в Севастополь, помня, что там вроде бы есть не плохие и вполне подходящие для моих нужд строения. Но вовремя остановился.
На дворе был прекрасный семьдесят восьмой год двадцатого века. И в этом времени Севастополь был полностью закрытым городом, так что разрешение на съёмки там было бы выбить крайне тяжело, если вообще возможно.
А раз так, то…
— Товарищи поисковики. Отставить размышления, а вместе с ними грусть и печаль. Продолжаем поиски здесь — в Алуште. Давайте только воды холодненькой побольше купим, а то сушняк замучил, и продолжим, — скомандовал я и поиски продолжились.
Моё неистовое упорство и лень в конечном итоге сыграли нам на руку и принесли свои плоды. Совершенно случайно мы нашли необходимое для съёмок здание — местный Дом Культуры, которому в ближайшее время предстояло стать в моём фильме цивильной гостиницей. На время конечно, но тем не менее.
Осмотрел его и пришёл к выводу, что после покраски и побелки фасад заиграет новыми красками и для моего проекта вполне подойдёт.
Решив эту проблему, перешли к решению следующей…
Пляж выбрали в противоположном от моего дома конце города. Осмотрел его расположение, прикинул, как и где будут стоять трибуны с празднующими горожанами, наметил, откуда будет производиться съёмка, и сам для себя утвердив это место, записал его координаты себе в блокнот.
Следующим пунктом был поиск трибун. Их решили арендовать у не большого футбольного стадиончика, рядом с которым мы проезжали уже несколько раз. Сейчас никакие переговоры с теми, кому они принадлежат, я вести не хотел, надеясь в дальнейшем повесить решение этой задачи на плечи столь дружелюбно ко мне настроенного Горкома.
Также нами были найдены ещё два места, которые будут служить баром и кафе-мороженным. В баре, главный герой за игрой в боулинг, познакомится с местными работягами, что оттягиваются после рабочего дня, катая шары. А в кафе «Пингвин» главный герой будет раз за разом, день за днём, пытаться охмурить главную героиню.
Естественно, с кафе-мороженным, никаких проблем не было — заведение как заведение. Его и дооборудовать толком было не надо.
А вот со столовой, которую мне предстояло переделать в бар с шестью дорожками для боулинга, я был уверен, что придётся повозиться. А если учесть, что оборудования для того самого боулинга в СССР этого времени вряд ли производится (иначе этот вид досуга был бы распространен по всей стране), то морока предстояла серьёзная. Становилось очевидным, что необходимое оборудование, придётся покупать из-за рубежа.
— Ну, да ничего! Мы не привыкли отступать перед трудностями! — сказал себе я и сделал запись в блокноте: «Боулинг!» А потом дописал: «Мать его…»
Во второй половине дня, найдя основные места для будущих съёмок, вернулись домой.
Кравцов предложил пойти окунуться, но я отказался от этого, сказав, что искупаюсь позже, а пока хочу переписать начисто сценарий.
— Позже уже ночь будет. А завтра утром мы улетаем, — напомнил мне телохранитель.
— Вот именно. А завтра мне надо этот сценарий уже Мячикову с Лебедевым показать. Чтобы они его в Москве провели по инстанциям и утвердили, пока я космическую фантастику снимать буду.
— Ну, как хочешь. Если что, я буду на пляже, — сказал тот и убежал купаться.
Ну, а я умылся и, взяв из шкафа в кухне пару бутылок, пошёл к себе в комнату. Закрыл за собой дверь, сделал добрый глоток, взял рукопись в руки и оценил её объём. В отличие от сценария фантастического фильма, этот сценарий получился довольно массивным и составлял около семидесяти страниц.
— Что ж, не плохой черновик. Теперь это надо переписать набело, — хмыкнул я, опустился на стул и принялся за работу.
Час. Другой. Третий. И вот сценарий выправлен и доработан с учётом местности и найденных сегодня зданий.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Отставил в сторону третью пустую бутылку и, икнув, тяжело вздохнул.
Нужно сказать, работа над этим новым супермегашедевром изрядно вымотала меня. И произошло это не только потому, что я зачастил в кухонный шкаф, не только потому, что приходилась сильно изменять оригинал, адаптируя его и приближая под условия СССР 1978 года. Но и потому, что пришлось очень напрягать мозги и очень сильно думать, вспоминая очерёдность сцен оригинала. Этот фильм, в своё время я просмотрел не один десяток раз, но, тем не менее, всю картину по памяти восстановить было крайне сложно. И если бы я не был столь гениален и Васин, что, в общем-то, одно и то же, то вряд ли бы справился с этой задачей, всего за два дня. Но я старался, как мог. Я надеялся, что у меня получится создать сценарий, не прибегая к «читу» в виде подсказки из сети Интернет. И у меня, естественно, получилось. И получившийся конечный результат, на мой взгляд, оказался весьма неплох.
Отметил окончание работы очередным добрым глотком, убрал копию сценария себе под стол и, взяв в руки оригинал, собрался отнести его Мячикову в гостиницу.
Однако разу сделать я это не мог. Вначале мне нужно было сходить на пляж и забрать с собой Кравцова. У меня с ним была договорённость — вне дома, куда я туда и он. Поэтому необходимо было сходить на пляж.
Но сделать я это не успел.
Как только потянулся к ручке двери, ведущей из комнаты, так почти сразу же услышал громкий женский крик, доносящийся со двора:
— А-а!
А затем ещё один женский крик.
— Ой! Ай! Мамочки!!
«Бабушка, мама и Оля», — тут же сообразил я, и сердце моё бешено заколотилось.
«Какая же сволочь могла напасть на женщин⁈» — в мгновение ока пронеслась мысль, и злость налила всё тело.
— Убью всех нахрен!! — прорычал я и бросился вон из комнаты.
Глава 25. Ниндзя и мутант
Не теряя ни секунды, бросил сценарий на кровать и, распахнув дверь, выбежал в коридор. Шаг, ещё один, прыжок и вот я у двери. Резко дёргаю за ручку. Слишком резко. Нельзя было этого делать. А потому, срываю дверь с петель, и она с кусками дверной коробки падает на пол. Но сейчас мне не до этого. Сейчас я готов рвать противников зубами, не считаясь ни с числом, ни с силой врага.
Выпрыгиваю на улицу и, собираясь нанести мощный сокрушительный удар ногой первому попавшемуся отморозку, покусившемуся на мою семью. Чтобы эффект был более значимый, при выпрыгивании громко кричу:
— А-А-А!!! А-а, ик!!!
— А-А!! — тут же начинают вторить мне две женщины — мама и Оля, которые прячутся за спиной бабушки.
Бабушка же в этот момент…
Она удивлённо посмотрела на меня и спросила:
— Ты-то чего орёшь? Тоже что ль крыс никогда не видел и тоже их боишься?
— Э-э, — крис? В смысле — крыс, ик⁈ — икнул ниндзя-убийца и посмотрел в ту сторону, куда смотрела мама и Федина невеста.
Там под кустом зелёного растения (забыл, как оно называется — «гибискус» что ли⁈), так вот, под этим гибискусом (что ли), действительно притаилась здоровенная крыса.
— Сашка, не подходи. Вдруг прыгнет и укусит, — предупредила мама, продолжая стоять за бабушкой.
— Ага! Саша, не надо, — согласилась с ней Оля.
— Да что она вам сделает-то? Обычная крыса, ик. Только серо-коричневая какая-то и большая, — успокоила всех бабуля, посмотрела по сторонам и буркнула: — Вот сейчас я ей оглоблей дам разок, она и убежит.
— Если оглоблей дашь, то она не убежит, ик, а скопытится, — проанализировал ситуацию великий укротитель зверей и, подойдя на шаг ближе к животине, присел на корточки.
Крыса была странная. Мало того что у неё хвост был какой-то другой и немного пушистый, расцветка пёстрая, так ещё и размером она была с кошку.
— Что-то не похожа она на обычную крысу. Уж больно упитанная, — усомнился я и предположил: — Может бобёр какой-нибудь, ик?
