Усердно трудясь, он не забывал следить за огнём и замирая, прислушивался к обстановке, за границами света. Мозг, сам по себе предлагал множество вариантов защиты от новой напасти: Самострелы и всевозможные ловушки. Но на самострел можно и самому напороться, а на роль живца в ловушке, сгодится только Сашкина тушка. Поэтому ничего дельного не придумав, он решил, что самой подходящей защитой на сей момент, будет огонь и броня, а если вдруг на пути повстречается тварь, её сразу же без раздумий, надо уничтожать.
Аккуратно, вырезав два добрых куска, Сашка без передышки, спаял один из них лодочкой и привязав к кормовой части второй отрез, спустил лодку на воду. Лодка, будучи без противовеса и по причине торопливого изготовления была несимметричной, постоянно заваливалась на бок, набирала воду и тонула. Сашка накидал на дно камней и теперь посудина немного покачиваясь, пришвартованная к берегу вторым отрезом, ожидала своего капитана. Капитан, немного постояв, поглядев и послушав, припаял факел на нос лодки, затушил костры, и осторожно забравшись в посудину, разгрёб под ногами камни. Оттолкнувшись копьём от берега, посудина подхваченная течением, медленно тронулась вниз по реке. Привязанный отрез погрузился в воду и волочась по дну словно якорь, тормозил движение. Сашка держась за борта, устроился поудобней, освободил дно от камней оставив пару штук под сидение и теперь улыбаясь крутил головой по сторонам.
«Теперь можно расслабится, тварь запаха и следов уже не найдёт и можно даже поспать, выключив свет. Но остаётся ещё одно важное, незаконченное дело, соли у нас валом, а рыбы нету. Непорядок! Сейчас отплывём маленько и будем швартоваться к берегу. Вон там за валуном, форели машут нам хвостами и плавниками. Эй капитан ты куда поплыл? Мы здесь! Да, я сейчас рыбки, погодите немного!» Валял дурака, довольный капитан. Несколько раз изменяя место стоянки, Сашка запасся небольшим количеством рыбы и теперь подобрав якорь повыше, двигался на подходящей скорости, при этом потроша и подсаливая улов. В этот раз благодаря якорю, лодку не крутило, она ровно шла по центру реки и лишь в пологих поворотах, приходилось поправлять траекторию, отталкиваясь копьём от берега.
«Привет звёздочки! Как же давно я вас не видел!» Негромко радовался Санёк, проплывая мимо своего убежища под скалой. В этот раз, на белый свет, он показался ночью, что не сильно но тревожило: Проклятый тарантул, никак не хотел выползать из головы и теребил извилины колючей лапкой.
«Дурак, надо было изрубить его в капусту, пока он барахтался получив болт в башку. Что ж теперь, ушами то хлопать. Сейчас огонь распалишь, в темноте запросто срисуют, твари.» Беспокойно ругался мозг, а Сашка радовался возвращению, игнорируя свой трусливый генератор бредовых идей. Он был просто рад, увидеть это тёмное небо и вдохнуть свободного от спёртых стен, воздуха.
Чуть не прозевав своё стойбище и чудом не уйдя в открытое море, Сашка наконец добрался до своего диванчика, распалил костёр и тщательно закопавшись в камни, тяжело и тревожно уснул. Несколько следующих дней, Сашка забросив работу над экипировкой, стаскивал ближайшие валуны и расширял особняк, оборудуя в нём запасные скрытые лазейки и оборонительные, подпольные ниши. В общем, к возможному нападению, он основательно подготовился.
«Осталось только кольями всё загородить и повещать на калитке, надпись «Дикобразина» тогда точно никто не сунется.» Оценил он свои труды. Но что делать, когда жить только начал? Немного успокоившись, Сашка и сам стал готовится к очередному походу, точнее к полёту и по возможности личному нападению на мерзкую арахниду. Опять начались долбёжно-плавильные работы, пластинчато-накладного характера и соединительно-шарнирного типа. В результате, у мастера получились неплохие чешуйчатые штаны с наручнями, схожие конструкцией и типом крепления с основной бронёй. Так же была модернизирована и облегчена броня со шлемом. В итоге дожевав последний ломоть мяса, трудяга облачился в изумительного качества сапожки.
Всё было как надо, только штаны, как всегда требовали тщательной притирки, а для того чтобы их снять, требовалось расстегнуть кучу ремешков. Но это не проблема, безопасность превыше всего.
На переделку доспехов, у мастера ушёл месяц, а может и больше. Сашка иногда забывал делать прожоги, в своём примитивном календаре и так как истинное календарное число, было давно потерянно, не особо заморачивался над этой проблемой. Вечерами, Сашка уже немного осмелев, совершал длительные прогулки по речному берегу. Охотой добираясь до каменной насыпи под скалой, он устанавливал сигнальные растяжки, изготовленные из верёвки и прутика. Сработанные устройства обозначали бы то, что по его следам рыщет кто то большой, но сигналов опасности пока не было и Сашка неторопливо изучал, прилегающую к особняку территорию.
Так же не спеша, велась работа по изготовлению лётного устройства. От притянутых пластов аккуратно отрезались тонкие лоскуты и так же бережно, сшивались и спаивались воедино. В результате, сколько не шей получался треугольник. Вот впялилась в мозг, эта треугольная форма крыльев ящера и никак не хотела что то изменять в более прогрессивный конструктив. Сашка и сам понимал, что с таким крылом если и полетишь, то хорошо побегать уже не получится. Но факт того, что он летал с треугольным, тяжёлым, кожаным приспособлением, заставлял возвратится к этой допотопной форме.
Наконец закончив с вышиванием, Александр снял штаны с сапожками и заткнув за пояс кортик, попёрся на аэродром. Как и в первый раз, он осторожно и медленно изобразил взмахи, с различных позиций рук и сделав сильный выдох, начал резко хвататься за воздух. Почувствовав хорошую опору в подмышках, Сашка как вёслами загребал густое, невидимое пространство. Он будто цеплялся за ветки и лез на дерево. Посмотрев под ноги он увидел, что довольно неплохо поднялся над землёй. Уже начав ликовать и горланить песню про пламенный мотор, он почувствовал, что руки до ломоты налились кровью, взмахи стали медленными, слабыми и неуклюжими. Взмахи уже не возносили его вверх, а толкали назад к земле. Сашка горизонтально зафиксировал руки и вытянув ноги назад стал планировать. Немного расслабленные руки, теперь отдыхали держась на плотных слоях. Сашка попробовал рулить и подкручиваться, изменяя положение рук, но только попытался делать взмахи для набора высоты из горизонтального положения, как его высотомер показал значительную потерю данного параметра и Сашка стал быстро приближаться к земле. Обратно расставив руки, он поймал воздушную твердь и выровнял горизонт, при этом значительно потеряв и без того небольшую скорость. Немного покружив над логом, Сашка погладил ногами траву и сделав несколько шагов мягко остановился.
«Да, уж. И что же теперь не хватает? Наверно я очень жирный и не хочет меня небо принимать.
