09:43 — запуск процедуры реновации.
09:44 — критический сбой в питании системы…
Восстановление питания…
повторное сканирование…
!Биологическая смерть организма!..
09:45 — Запуск процедуры экстренного восстановления.
09:48 — Восстановление проведено успешно.
09:48 — запрос на проведение клеточной реновации… Одобрено.
09:50 — клеточная реновация проведена успешно.
Шэнли перешел в режим редактирования и убрал все записи в промежутке между 09:43 и 09:48, вышел из режима администрирования. После чего вошел в него снова, еще раз вызвал журнал и убедился в том, что все записи от сбое были удалены безвозвратно. После чего он тщательно протер сканер, стирая отпечатки и продолжил заниматься уборкой помещения.
* * *
За пластиковой дверью комнаты прислуги слышались порывы надвигающейся ссоры.
— Вы два придурка. Вы хоть понимаете, что вы наделали? Мы сегодня от боли все чуть не умерли. И все ради чего? Чтобы украсть какую-то книгу из библиотеки? — Майк отчитывал Женю и Шэнли, периодически понижая голос, чтобы их никто не услышал.
Все ребята в комнате обступили Женю и Шэнли и вычитывали их.
— Да, точно. Я утром сегодня перекручивал мясо на кухне. Потом словил приступ боли и очнулся лицом в мясорубке. Хорошо, что сработала защита от дурака и мотор отключился. А то стоял бы сейчас тут без носа и бороды.
— Простите, но это было необходимо сделать, — оправдывался Шэнли. Он сам прошел через вспышку убийственной боли этим утром и прекрасно понимал их чувства.
— Необходимо, необходимо. Предупредить было нельзя, чтобы мы подготовились?
— Мы не хотели ничего говорить, чтобы не выдать себя. Два человека и так слишком много для сохранения секрета.
— И что не выдали? Весь комплекс знает, что с шейхом что-то случилось сегодня. И мы, и бабы его тоже.
— Не переживайте. Я подтер все следы. Он ничего не узнает, — попытался успокоить всех Шэнли.
— Да что ты говоришь. Вон Женя сам говорит, что даже 2 человек много для сохранения тайны. А что ты будешь делать, когда 49 человек знают о том что произошло? Рано или поздно Шейх узнает обо всем и тогда нам всем не поздоровится.
— И что он сделает? Убьет нас всех? Кто в таком случае будет готовить ему пожрать и подчищать за ним? — высказался Женя и ощутил приступ мигрени. Нужно было выбирать не такие негативно окрашенные слова, — да и вообще уже все сделано, так что нечего переживать о том что случилось. Расслабьтесь и живите дальше. Если что мы возьмем всю ответственность на себя.
— Так вы можете объяснить, зачем вам потребовалась какая-то несчастная книга? Что скучно стало и читать приперло?
— Я не могу сейчас сказать, — нерешительно проговорил Шэнли.
— Что снова эти разговоры про тайны на двух человек?
— Нет, Женя тоже ничего не знает. Просто доверьтесь мне. Мы сделали это для всеобщего блага.
Ребята начинали успокаиваться. В какой-то степени они даже чувствовали себя хорошо от того что так произошло сегодня. Эти злость и негодование по отношению к Жене и Шэнли заставили их почувствовать себя живыми.
— Ладно, так уж и быть мы закроем на этом глаза. Но если вы соберетесь снова сделать всем больно, то будьте добры нас об этом поставить в известность. Иначе я за себя не отвечаю, — Майк развернулся и лег в свою кровать. Остальные последовали ее примеру.
Шэнли забрался под одеяло и вытащил из-под подушки белую нейрокнигу. Тончайшие экраны ее страниц толщиной в одну десятую миллиметра на вид и ощупь были неотличимы от обычной бумаги. Арабские символы волнистой прописью ложились черным по белому. Шэнли не знал, что они обозначали, но собирался это выяснить.
Глава 15. Начало вымирания
Чжан Вей очнулся на полу в своей спальне, его отбросило от кровати на несколько метров. Он ударился спиной о толстое панорамное окно и остановился на месте. На носу и губах он ощущал присутствие чего-то мокрого и липкого. Он вытер лицо тыльной стороной ладони и обнаружил на ней кровавый рисунок. Его мозг только что переживший смерть, все еще цеплялся за виртуальный опыт, ему требовалось время, чтобы проанализировать все чувственные образы и осознать, что он вернулся в единственную подлинную реальность, где он по-прежнему был живым.
Чжан Вей медленно поднялся на ноги. Былые резвость и прыткость куда-то запропастились, в его движениях ощущались медлительность и скованность свойственная старикам. Он с трудом разогнул закоченевшую спину и не узнал собственную спальню. Она была завалена хламом до самого основания. Как будто кто-то вломился туда, пока он проводил время в нейровселенной, поставил себе цель выпотрошить все шкафы и вывалить наружу все их содержимое, и у него это получилось.
Мозг, наконец, восстановил управление над всеми органами чувств и Чжан Вей познал старый новый мир при помощи вестибулярного аппарата. Дом сильно тряхнуло, он ударился затылком о стекло и упал вперед на колени. Решив, что перемещаться на выпрямленных ногах было опасно, он остался на четвереньках и в позе младенца повернулся лицом к окну.
Понять, в какой ситуации он оказался, было непросто. Окно было забрызгано водой, на улице было темно, хотя был все еще день. Все небо затянули свинцовые тучи, не пропускавшие свет. Из-под днища дома вспыхивали белым светом двигатели. Китайский дракон швыряло из стороны в сторону с бешеным усилием и только благодаря искусной работе системы стабилизации ему удавалось удерживать дом в горизонтальном положении. В стекло нещадно бил ветер, размазывая по нему какие-то немыслимые количества дождевой воды. Было похоже, что китайский дракон оказался в самом центре сильного океанического шторма. Чжан Вей и представить себе не мог, как бы ему повезло, будь это правдой. Океанический шторм был бы для него настоящим подарком.
Резким порывом ветра дом отбросило на несколько сотен метров в сторону, и Чжан Вей наконец получил возможность увидеть истинное положение вещей. Прямо по курсу в километре от него вырос массивный водный столб. Суженный к низу, он расширялся в верхней части и упирался в темные грозовые тучи, словно черпая из них силу. Гигантский водный смерч соединил в себе
