Глава 16. Подношение полной Луне
Величием Мананы туземцы называли полнолуние, как несложно было догадаться. Через три дня Мишу собирались принести в жертву, следуя за очередным безумным обычаем, как это не раз случалось уже в истории. Вообще во всей ситуации была заложена какая-то забавная ирония. Когда-то люди тоже жили в пещерах, даже был такой термин «Пещерный человек», но потом они из пещер выбрались, создали примитивные орудия труда, приручили огонь, начали заниматься разведением домашнего скота и земледелием, произошла настоящая аграрная революция, потом были многолетние периоды войн и пандемии, которые могли посоперничать с войнами в смертоносности, крестовые походы, инквизиция, охота на ведьм, отмена крепостного права и рабства, промышленная революция, технологический расцвет цивилизации. И куда это все привело? Обратно в пещеру!
Были и свои плюсы в том, чтобы оказаться жертвой для подношения. Мишу теперь кормили не 1 раз в день, а целых три, при этом ему подавали наиболее жирные и мясистые рыбины. Полученную энергию он использовал для восстановления ресурсов своего тела. Но даже этого было недостаточно. Он включил обратно боль, мозг получил болевые сигналы из разных частей тела, быстро все это проанализировал и пришел к неутешительному выводу — Миша был серьезно травмирован, его внутренние органы, ткани и кости заживали слишком медленно. Он мог лишь надеяться, что у него хватит сил на одну попытку побега и продумывал свои действия.
Скорее всего, его должны были отвести на пляж к месту, где упокоился с миром Лахесис. Таким образом, он будет близко к воде. В нужный момент он освободится. Сил разорвать веревку ему должно будет хватить. При необходимости он вырубит стражников сильными точечными ударами по уязвимым местам. Если потом у него получится добраться до воды, он сможет мобилизовать все силы и заплыть как можно дальше, а при необходимости он задержит дыхание и нырнет, как можно глубже, где его не сможет достать ни один туземец. Он будет плыть, плыть и плыть, пока не окажется так далеко от пляжа, что его будет невозможно догнать. Что же он будет делать потом? На этот вопрос у него еще не было ответа.
Иаго принес ему на завтрак одну толстую рыбину. Он больше не пытался притворяться и строить из себя Мишиного друга. Мише такой подход был больше по душе. Уж, лучше настоящий враг, чем лицемерный друг. Иаго приходил к нему, разумеется, не просто так. Он все еще пытался выяснить у Миши какую-то информацию о происхождении его кожи.
— Величие Мананы приближается. Если ты не расскажешь ничего, тебя просто убьют. Будь умнее этого и расскажи мне свой секрет. Тебе что жалко?
— А как именно меня будут убивать?
— Зачем тебе это знать?
— Просто любопытно.
— Если я тебя расскажу об этом, ты расскажешь мне секрет? — Иаго с надеждой заглянул Мише в глаза.
— Возможно.
— Насчет этого не переживай. Тебя убьют как рыбу, которой ты когда-то был. Привяжут к камню и забросают копьями.
— Разве рыбу привязывают к камню, прежде чем бросить в нее копье? — Миша играл с ним.
— Эээ нет, — Иаго удручено мотал головой, — Но… но и ты ведь тоже больше не рыба, — нашелся он и принял позу победителя, — Теперь ты расскажешь мне свой секрет?
— Не думаю.
— Но ведь ты сказал, что расскажешь!
— Я такого не говорил. Я сказал «Возможно», что означает и «да» и «нет» в различных обстоятельствах.
— Нет, ты просто меня обманул, — обвинительным тоном заговорил туземец.
Миша со многим мог смириться и на многое закрыть глаза, но только не на обвинение во лжи.
— Никто тебя не обманывал. Ладно, я расскажу тебе секрет.
Иаго присел на корточки и подобрался к нему поближе, приоткрыл рот и приготовился внимательно слушать, чтобы не пропустить ни слова.
— Все дело в повышенном меланине и улучшенной клеточной структуре, которая противостоит губительной солнечной радиации.
Иаго не понял ни единого слова, радостный блеск в его глазах сменился на гнев.
— Думаешь, что это смешно? Я ничего не понял из того что ты сказал.
— Ты просил поведать тебе секрет. Я его поведал. Уговора о том, что я буду объяснять его значение не было.
— Тэвзис нагшвели! — громко выругался Иаго. Так на их языке они называли рыбью желчь.
Он встал, сделал несколько шагов по кругу и вновь обратился к Мише:
— Можешь объяснить значение слов, которые ты сказал.
— Могу. Но это вам ничего не даст, потому что ты снова ничего не поймешь.
— А ты попробуй.
Миша, недолго подумав, начал с вступления в молекулярную биологию. Иаго хватило на две минуты:
— Ты просто смеешься надо мной! Теперь я понимаю, почему вас изгнал Гонедзи. Вы самовлюбленные, напыщенные нагшвели. Я предложил тебе жизнь вместо смерти, но ты сам отказался от нее! Манана все видит и все поймет, когда мы принесем тебя ей в жертву.
Иаго круто развернулся на сто восемьдесят градусов и, поднимая в воздух песчаную пыль, зашагал прочь. Он приносил Мише рыбу, как и положено, 3 раза в день, но больше не пытался заговорить. Так и наступил последний день перед полнолунием. И когда солнечный свет стал тускнеть, в пещерах начались приготовления к праздничному вечеру. Да, для туземцев это было самый что ни на есть праздник — принести в жертву своего далекого родственника, чтобы получить его кожу и больше не бояться солнца. Они верили в то, что это обязательно случится, и потому были особенно радостны в тот вечер.
Публика стягивалась в центральную часть пещер, где связанный по рукам и ногам уже месяц сидел Миша. Впереди всего племени шел вождь со своей свитой, после него мужчины, потом женщины и дети. Они обступили Мишу со всех сторон, и вождь вышел вперед, чтобы произнести торжественную речь. Миша прекрасно понимал все, что он говорил. Как ни крути общение с Иаго принесло свои плоды.
— Много, очень и очень много величий Мананы назад Гонедзи изгнал нас из глубокой воды, потому что наши женщины не знали приличий и были плохо воспитаны, — он сплюнул себе под ноги, женщины в заднем ряду траурно запричитали, —
