Витя огляделся: банда Гвоздя, пожалуй, была в сборе. По крайней мере те, кого он знал, уже пришли. Значит, Валька с Гуней чего-то не поделил. Дело обычное, они с детства враждовали с компанией пацанов из соседнего квартала. Последнее время ими командовал этот самый Гуня. Витька думал, что теперь эта вражда прошла, но оказалось, что нейтралитет легко может быть нарушен. Возможно, что Валька с Гуней теперь в чем-то конкуренты, по масштабам столицы живут-то они бок о бок.
Стрелка была назначена на пустыре — нейтральной территории, где в детстве они иногда играли, а иногда дрались. Гвоздь сказал правду, переговоры отправились вести сам Валька и Зыря, а от противника вышли Гуня и его подручный. Витька с остальными, как и гунинская братва, держался в тылу. Шварца такой подход вполне устраивал, влезать в валькины дела ему вовсе не хотелось. Меньше знаешь — меньше отвечаешь.
При разговоре Гуня сильно жестикулировал, а Гвоздь отвечал отрывисто, а руки держал в карманах. Красноречие противника разбивалось о непримиримое упорство Вальки. Гуня уже слюной брызгал. Вдруг он выхватил откуда-то из-за спины нож и ударил с широким размахом. Гвоздь, словно ждал, отпрыгнул назад, а Зыря зазевался, и лезвие разрезало ему кожу на груди. Судя по мгновенно выступившей крови, это была не просто царапина. Зыря скосил глаза вниз и упал. Обе банды бросились друг на друга. У некоторых в руках мелькали ножи и дубинки.
Витя в два прыжка оказался рядом с Гвоздем, который, ловко финтя, уходил от размашистых ударов. Видно, что Гуня учился орудовать ножом по дешевым американским фильмам. Витька обогнул Гвоздя слева, поставил блок правой, а левой коротко ударил в челюсть. Гуня шагнул назад, тряся головой от неожиданности. Валька без претензий уступил место боя. Гуня снова бросился вперед, но новый противник уже не уворачивался. Витька перехватил руку с ножом и вывернул ее болевым приемом. Гуня взвыл, разжал кисть, а сам упал на колени. Витя рубанул ладонью в точку за ухом, и противник плюхнулся носом вперед.
— Шварц, сзади! — предупредил Валька.
Витька обернулся и увидел летящую в голову дубинку. Он успел подставить руку и пнул нападающего наугад. Тот попытался ударить снова. Витя нырнул вперед и ударил в солнечное сплетение. На секунду он оглянулся и увидел, как Гвоздь стоит над телом Гуни и целится, чтобы побольнее ударить ногой. Гуня, кажется, стал приподниматься. Рассматривать сцену было некогда, еще один парень из вражеской бригады норовил приложить Витьку цепью. Драка кипела уже несколько минут, но тут завыла сирена и к пустырю подкатила милицейская машина.
— Атас!
Шпана бросилась врассыпную, инстинктивно придерживаясь направления каждый на свой двор. Милиционеры не торопились ловить пацанов, пока не подъехала подмога. Зачем сдуру нарываться на перо разгоряченного сопляка, пусть он лучше добежит до своего подвала и там успокоится. Хотя двое самостоятельно двигаться уже не могли.
— Валька, пошли, — Витя пробегал как раз мимо склонившегося над Зырей вожака.
— Погоди, Шварц, помоги. Он, кажется, просто с перепугу грохнулся, — Гвоздь оглянулся на неторопливо приближающихся милиционеров. — Бери его под руки.
В смелости Вальке не откажешь. Зыря действительно пришел в себя и лупал глазами вполне осмысленно. Витька подхватил раненого товарища и вместе с Гвоздем поволок его прочь. На пустыре остался лежать только оглушенный Гуня. Его свои бойцы бросили.
— Ты куда?! Давай на улицу.
Скрывшись от ментов за углом дома, Валька оставил приятелей на обочине, а сам вышел на дорогу. Витька встряхнул Зырю.
— Ты как?
— Нормально, — прошептал тот, стараясь не смотреть на кровавое пятно. — Я, наверное, много крови потерял.
Гвоздь встал посреди мостовой и заставил остановиться первую же машину.
— Пацан, ты чего под колеса лезешь?! Жить надоело? Так я сейчас выйду! — заорал водила.
— Заткнись, а то я тебе язык укорочу, — красноречивым жестом Валька сунул руку в карман.
Водила сразу обмяк.
— Да я ничего, ребята.
— Дверь открой! — скомандовал Гвоздь и махнул Витьке.
Витя дотащил Зырю до машины.
— Вы чего, парни? У меня дел полно.
— В больницу поедем, — распорядился Валька, садясь рядом с водителем и все еще держа руку в кармане. — Какая тут ближайшая?
— Пятнадцатая — травма. Это через два квартала, — вспомнил Витька.
— Слышал? Поехали!
Автолюбитель молча выполнил приказ, решив с этими психами больше не спорить. У приемного покоя Валька машину отпустил. Они втащили Зырю в помещение и положили на скамью. Навстречу им выпорхнула медсестра.
— Что с ним?
— Ножом полоснули.
— Игорь! — крикнула девушка дежурному врачу.
Из-за перегородки появился парень в белом халате, Витьке показалось, что они почти ро весники.
Врач равнодушно глянул на пациента.
— Небольшое кровопускание, только кожу зашить.
— Вы уверены? — переспросил Витя.
— Да я таких каждый день вижу. Если бы глубоко зацепили, то ваш приятель давно бы уже отключился, а он все соображает, да?
— Да, — тихо отозвался Зыря, закатывая глаза.
— Переложите его на каталку.
Друзья выполнили просьбу врача.
— Как ваши имена? — спросила медсестра, — я должна зарегистрировать, кто доставил.
— Пошли, Шварц, — Гвоздь потянул Витьку за рукав, — без нас разберутся.
Медсестра, привыкшая к подобному поведению, за ними не последовала. Она и спросила-то просто для проформы. На крыльце Валька закурил.
— Спасибо, что помог, Шварц.
— Пожалуйста. Теперь мы в расчете?
— Да ты не бойся, стрелки редко бывают, тем более с такими разборками. Обычно мы мирно расходимся.
— Я не боюсь.
— Понимаешь, Витек, у меня с Зырей дела есть незавершенные, я хочу, чтобы ты мне помог. Все, как ты просил, бизнес легальный. Будешь зырину долю получать, пока он не выпишется. Поможешь?
— А потом — в расчете?
— Конечно.
— Ладно, договорились.
15
Подполковник был настолько любезен, что на своей машине отправил Ларионовых домой. Даниил Иванович остановил машину напротив двора. Разъезжать по нему на милицейской машине даже дед Даня счел нецелесообразным.
— Как тебе это удалось? — спросила Ксанка, едва машина с мигалкой отъехала.
— Позвонил кое-кому, — туманно сказал прадед. — Лучше вы мне объясните, как вас занесло в отделение, да еще с обвинением по двум статьям?
— Дед, ты же знаешь, я нож с собой не ношу, — сказал Степка.
— А драка была?
