многое, чтобы его любили также, и он на несколько секунд позволил себе зависть в адрес того, кому писалось это послание.
Еще не подозревая, что завидует самому себе.
* * *
Сомнения закрались в его голову, когда Роланд стал чаще ловить на себе ее взгляды. Обычно Рея наблюдала за ним украдкой в библиотеке или на занятиях, и поначалу Ротмант решил, что она мысленно проклинает его через зрительный контакт. Но когда их взгляды пересекались, она краснела и смотрела куда угодно, только не на него, делая вид, что увлечена чем-то другим, и это вызывало в нем одновременно и опасения, и надежду.
Их тренировки проходили реже и короче, а разговоры сводились к самочувствию девушки и дежурным вопросам. Рея отстранилась от него, и он увеличил дистанцию между ними, но легче почему-то не становилось, и мысли то и дело возвращались к ней. Ротмант хранил ее стихотворение, наполненное любовью и болью, и перечитывал раз за разом, и крохотная вера теплилась в груди Роланда, подпитываемая нежными взглядами Реи, обращенными к нему. Лишь к нему одному.
На очередное занятие по артефакторике для девятого курса он шел как на иголках. Послание Реи в кармане плаща обжигало кожу, и Роланд призвал всю свою выдержку, чтобы появиться в классе перед учениками с хладнокровным выражением лица. Знал бы Саймон, каких сил ему это стоило, когда мозг плавился от мыслей, а тело поглощала целая гамма противоречивых чувств.
Он намеренно выбрал дальний проход, чтобы не искушать себя приближением к ней, но его метод не подействовал. Роланд ощутил на себе ее взгляд среди прочих, как только вошел в кабинет, и артефактора моментально бросило в жар. Святая Лорелея, за что ему это наказание?
— Многие думают, что изучение любовных амулетов в вашем возрасте чревато последствиями, — глубоким низким голосом заговорил Ротмант, поворачиваясь лицом к студентам. — Однако я считаю, что годы не показатель ума, и недалекие маги могут прибегнуть к изготовлению связующих артефактов даже в престарелом возрасте.
Роланд бросил на учеников такой предостерегающий взгляд, что у присутствующих желание подложить кому-то амулет любви отпало навсегда. Он резким движением выдвинул нижний ящик стола, доставая из него розово-голубой кристалл, и легкое фиолетовое свечение окутало студентов, пока Ротмант своевременно не накрыл минерал полоской плотной ткани.
— Я расскажу вам о свойствах Кристалла сердца и его влиянии, чтобы в преддверии одного из самых бессмысленных праздников — Дня единения душ — вы смогли избежать попадания под действие любовных чар, — он поджал губы, глядя на Генри и Эбби. — Хотя, возможно, некоторым из вас это не нужно.
Он цепким взглядом уловил движение за партой Реи, которая внимательно слушала его, и идея использовать девушку для личных целей родилась в голове сама собой.
— Мисс Уайт, вы не будете так любезны подойти ко мне и продемонстрировать свойства кристалла вашим однокурсникам? — вопреки вежливой просьбе, в голосе Ротманта отчетливо читались нотки сарказма.
Рея удивленно моргнула, но все же неуверенно встала из-за парты и подошла к столу, нервно теребя манжет рубашки. Роланд вздернул подбородок и откинул ткань со сверкающего минерала.
— Дотроньтесь до него, — скомандовал он, и студенты замерли в напряжении.
Нетвердым шагом девушка приблизилась к кристаллу, тревожно закусывая губу, и с опаской коснулась пальцами острого выступа на минерале. Ее ментальный щит трещал от напряжения, вот-вот готовый распасться на мелкие кусочки и обнажить перед Роландом, владеющим телепатией, самые сокровенные тайны. Она училась боевой магии и охотно вступала в бой с артефактором на тренировках, но испытывать на себе действие какого-то кристалла растерялась. Пока девушка сомневалась, цвет минерала поменялся с розоватого на темно-серый, и она, прикрыв глаза, прониклась подступающими воспоминаниями, которые смешивались с приятными фантазиями и видениями. Рея ощутила дуновение ветерка и легкое щекотание лодыжек волнами моря, а после тяжесть гребня на голове, которым мама любила закалывать ей волосы в детстве. Затем образы сменились, и острое лезвие меча обожгло кожу девушки около ключицы, в нос ударил запах мускуса и потертой кожи, а на языке осел легкий металлический привкус крови. Ею же перепачкался белый букет роз, перевязанный красной лентой, и у Реи отчетливо закружилась голова от сменяющихся картинок перед глазами. В следующее мгновение грубые мужские руки надели на ее плечи камзол, по пуговицам которого она определила одеяние отца, и в груди заметно потеплело. Кристалл уже не казался ей опасным, а наоборот манил не выпускать его из рук, и Рея придвинулась ближе, повинуясь силе артефакта.
— Друзы кристаллов сердца встречаются в основном в Озарисских горах, и их можно узнать по красно-белым вкраплениям и особому фиолетовому мерцанию. Их настоящий цвет до сих пор не определен, потому что он меняется от любых прикосновений к минералу и не возвращается в прежнее состояние. Главное свойство кристалла заключается в том, что он способен вызывать видения — самые сокровенные и желанные, но он никогда не показывает людей. Только то, что с ними связано, — объяснил Ротмант, нахмурившись, и вырывая студентку из пелены дурмана щелчком пальцев. Рея вздрогнула и отступила, будто проснувшись ото сна.
— Я слышала шум волн, чувствовала присутствие матери и отца рядом, и еще… — она прикрыла глаза, погружаясь в палитру фантазий и силясь понять, что скрывалось за третьим видением. — Там был букет белых роз, перевязанных красной лентой. В крови.
Его словно ударили под дых. Кассандра обожала белые розы и, не долго думая, выбрала их символом предстоящей свадьбы с Роландом, которой было не суждено состояться. Он болезненно поморщился, пытаясь сохранить лицо, и напряженно провел рукой по волосам, торопливо накрывая кристалл тканью. Роланд мог списать образы Реи на совпадение, если бы не терзающие его сомнения и стойкое ощущение неправильности происходящего. Ее стихотворение заиграло для него новыми красками, и в памяти моментально всплыли строчки, которые он выучил наизусть.
«Дым сигарет вдыхать».
«И в черном омуте тону».
— Сядьте на место, — отвернувшись от Реи, процедил Ротмант и начал выписывать на доске ингредиенты для любовного артефакта.
Резкая перемена поведения мужчины в отношении нее заставила Рею насторожиться и поспешно вернуться за парту. Ее щеки пылали то ли от стыда, потому что запах мускуса и прикосновение меча в видениях определенно ассоциировались с Роландом, то ли от обиды на реакцию артефактора, и девушке оставалось
