стен Иосиф остановился. С виду поблизости не было ни одного входа куда-либо. Но епископ коснулся стены, и та стала отъезжать в сторону. Только приглядевшись, можно было заметить в ней отверстие для ключа. С виду же, для тех, кто не знал о потайном входе, невозможно было догадаться о нём.
Так вот где скрывается от него Гертруда! Сам бы он ни за что её не нашёл, несчастная беглянка могла сгореть в случае пожара, а он никогда бы об этом не узнал! Что же он чуть не натворил!
Оказавшись с ним вдвоём, Иосиф стал ждать появления Марты, но женщина отчего-то не спешила.
Артур между тем огляделся, с досадой отмечая, что Гертруды здесь нет.
— Ты решил обмануть меня? — дрожащим от ярости голосом спросил король.
— Где она? — теряя терпение, повторил он то, с чем пришёл.
Марты всё не было. А ведь он так просил, чтобы она не медлила! Тут же закрыла дверь, оставив их одних в ловушке.
Делать нечего. Пришлось начинать без неё.
— Артур, — отбросив все фамильярности, обратился к нему епископ.
— Ты можешь убить меня прямо сейчас. Только это вряд ли поможет тебе найти Гертруду. Я обещаю указать точное место, где она находится. Но взамен ты должен отречься от власти, которая не принадлежит тебе по праву. Поверь, это единственный шанс спасти твою душу.
От подобной дерзости святого отца Артур несколько секунд остолбенело молчал. Потом ухмыльнулся зловеще.
— Я думаю, мне не придётся отрекаться, мои люди заставят тебя выложить всю правду за пять минут. Иосиф, ты действительно думаешь, что вот так запросто можешь шантажировать меня и тебе за это ничего не будет?
— Артур, твоё правление не закончится добром. Опомнись! Оглянись вокруг! Народ недоволен бесчинствами, что ты устроил. Он поднимается. И поверь, за ним стоит великая сила. Простые люди против войны. Против бесчисленных казематов, которые ты воздвигаешь. Против лютых казней над слабыми и беззащитными. Рано или поздно тебе придётся отвечать за содеянное и тогда уже не жди пощады от своего народа.
Артур его почти не слушал. Его мысли были заняты Гертрудой. Куда же подевалась его любимая змея? И почему в монастыре почти никого нет? Где его обитатели? Мятежники, если и были, куда подевались они?
Он мог позвать своих людей на подмогу и используя пытки, заставить говорить этого святошу. Но что будет, когда он найдёт Гертруду? Она непременно узнает, что он сделал с её крёстным и разозлится. Артуру этого не хотелось.
Если даже он убьёт Иосифа, слух об этом дойдёт до неё.
Выходит, лучше его пока не трогать.
Но как узнать правду?
— Я даю тебе последний шанс. Говори, где она, и мы не причиним вам никакого вреда.
— Нет, — спокойно ответил Иосиф.
Так спокойно, что стало понятно: ни за какие коврижки он не выдаст свою крестницу.
Возможно, он и сам не знает, где скрывается Гертруда.
Артур пошёл прочь из тайной комнаты, лихорадочно соображая на ходу, куда направиться ему на этот раз. Возвращаться ни с чем во дворец ему не хотелось. Тот словно опустел без любимой. А что, если наведаться на остров Смерти? Он давненько не нём не был. Посмотрит, как продвигается строительство новых острогов. Заодно и развеется.
Решено.
— К причалу, — коротко бросил он солдатам, поджидавшим его.
Иосиф всё ещё стоял посреди тайной комнаты, когда туда заглянула Марта.
— Марта, почему ты не заперла нас? — со вздохом спросил святой отец у неё.
— Простите, отец Иосиф. Я не смогла оставить Вас наедине с этим извергом.
— Я так и понял, — грустно улыбнулся он, приобняв её за плечи и выводя в коридор.
— Пойду подам знак монахам, чтобы возвращались обратно. А ты пока начни собирать на стол. Все наверняка голодны, как волки.
Глава 30, в которой Эдгар отправляется за внуком вдогонку
Эдгар хорошенько перебрал виски прошлой ночью. Он смутно помнил вчерашний день, проведя его с преданным другом, — стаканом, почти не покидая своей комнаты. Его ужасно расстраивало поведение Артура. Злополучное оружие всё ещё не пришло. Бездействие стало почти невыносимым. Ему, старому вояке, не терпелось как можно скорее напасть на Хитрых Лисиц. Но от него мало, что зависело. И это было неприятно капитану. Свою досаду и злость он заглушал проверенным средством. С виски время шло побыстрее, он мог хоть как-то отвлечься, периодически проваливаясь в тревожный сон.
В последнее время Эдгар увлёкся крепким напитком, сам не заметил, что перестал засыпать без него.
Голова нещадно болела, ужасно хотелось пить. Кряхтя, он сполз с кровати, на которой ворочался до этого беспокойным сном. Ему снова снились кошмары. В них он раз за разом находил то спящего внука с запечёнными от крови ранами на запястьях; то ему виделся последний изумленный, как у ребёнка, взгляд Генриха, подло убитого им на корабле много лет назад.
Да что с ним такое творится? Неужели это и есть муки совести, проснувшейся ближе к старости?
Но он всегда поступал правильно, как считал нужным. Розовые сопли — не про него. Трезвый ум и твёрдый рассудок — вот что правит на этой земле, заставляет двигаться смелых и удачливых вперёд. Он всё сделал как надо, расправившись с прежним правителем Белых Лилий. Скоро их королевство одержит верх над Хитрыми Лисицами. У них будет много свободной земли, пригодной для разведения овец. Да и овцы уже будут. На полях врага их просто не счесть.
Нужно лишь расшевелить внука, чтобы довести дело до конца. Поговорить с ним, открыть, наконец, глаза на эту чертовку, что не стоит и мизинца самого Артура.
Все предыдущие разговоры о предмете своего воздыхания Артур резко обрывал на корню, не давая деду и шанса высказаться на счёт прохиндейки. Раньше он себе подобного не позволял. Не дерзил и не спорил с Эдгаром. Гертруда оказывает на него дурное влияние. Из-за неё Артур словно лишился рассудка, буквально бредит этой девкой.
Но теперь всё будет, как скажет Эдгар. Пора прекращать эту комедию и возвращать Артура к реальности, какой бы жестокой она не казалась. Эдгар поговорит с ним, как мужчина с мужчиной. Объяснит простую вещь, — она сбежала, значит, никогда не любила и так и не смогла полюбить его.
Конечно, внуку будет больно выслушать горькую правду. Зато он переболеет раз и навсегда. Снова станет решительным и мужественным. Вернётся к государственным делам, и они выиграют войну с Лисицами.
Утолив жажду в горле холодной водой и наспех приведя себя в порядок,
Эдгар направился в комнату
