Скоро Дхем кончился, и войско уперлось в реку Касука. Или Ломами, я не разобрал. Колонна встала. Я подождал, пока уляжется пыль, отер пот с физиономии и высунулся наружу по пояс. Строй сбился, все толпились на берегу, что-то выкрикивая.
Ни одного командира на панцире уже не было.
– Эй! – крикнул я в толпу наемников. – Что там стряслось?
Но никто меня не услышал. Тогда я вылез из черепахи и двинулся к месту скопления соратников-таха. Те во главе с предводителем столпились на пологом берегу реки и шумно призывали к себе колоссальный плот, который отплыл от другого берега и теперь направлялся в сторону армии освободителей.
– Давай греби, макака!
– Шевели граблями!
– За вами крокодил гонится!
Такими словами воины подбадривали двух гоблинов, что толкали плот шестами. Наверное, это были чертовски смешные шутки, потому что каждую из них сопровождал взрыв хохота.
– Это что за река? – спросил я у ближайшего гоблина. Тот имел на плече невообразимо древний арбалет, весь в позеленевших медных пластинах, с источенным жуками прикладом, зато оборудованный земным оптическим прицелом. По-видимому, этот воин служил снайпером.
– Касуку, – ответил снайпер с удивлением. – Ты не местный, что ли? То-то я смотрю, у тебя кожа какая-то бледная, будто ты больной.
– Точно, Касуку! – покивал я. – Как я сам не догадался? А почему мы выбрали эту дорогу?
– Спроси лучше у командарма. Но я думаю, потому, что на правом берегу деревень больше, есть где подкормиться. И лес там погуще, с воздуха нас не сразу заметят. К тому же здесь брод, глубина всего два роста. А в других местах до четырех доходит. Стратегия! Как твое имя, человек?
– Федор.
– Я Джадог. Будем знакомы! У меня семья в Мувропе осталась, а я вот к Черному Шаману в армию подался, на заработки. Метикалы хорошая штука! Тут много парней из Мувропа. И тувлюх один есть.
– Да, метикалы – отличная валюта, – поддакнул я. – Значит, ты мувр?
– Сам ты мувр, – обиделся гоблин. – Мувропец!
– А тувлюхи – это кто? Не первый раз слышу, но встречать не доводилось.
– Я тебе лучше анекдот расскажу, чтобы ты быстрее понял. Спросили тувлюха, какой народ самый глупый. «Мувропцы, однако!» – «Да почему же?» – «Да вот приехал к нам один и стал с моей женой спать. Я ему – мол, дурак, это же моя жена! Не понимает, однако».
И Джадог зареготал, сверкая крупными желтыми зубами.
Тут плот преодолел реку и уткнулся в берег. Запыхтела черепаха Шамана и скоро встала посреди «судна». Тысячник Боксугр помахал армии. Сотник Рож проскочил вслед за черепахой и пристроился возле ее округлой кормы, чтобы хоть здесь быть поближе к высшим командирам.
Толкать плот стали уже четверо гоблинов, и поэтому переправа прошла в два раза быстрее. Я догадался, что таким способом вождь таха намерен форсировать Касуку вместе со всеми своими бойцами. Процесс, похоже, предстоял долгий, и я решил наведаться в бронечерепаху. Вдруг там найдется хотя бы один съедобный плод.
Но люк оказался опущен и застопорен изнутри.
– Что за дела? – удивился я. – Я же его не запирал.
– Там твой соперник засел, – с доброй улыбкой ответил Зак. Орк расположился в тени панциря и неспешно поедал ананас. – Он сказал, что его зовут Квакваса и он в полном праве править черепахой, потому что угнал ее у эльфов. И пусть Зийла даже не выступает, женщина. Хоть она и десятник.
– Эй, ты мой плод схватил? – возмутился я. – Отдай командиру, рядовой.
– Он в меня попал! Пока ты прятался за броней, здешние жители закидывали меня всякой дрянью. К тому же мои командиры – Зийла, Цаво, Рож, Боксугр и Черный Шаман. Тебя в списке нет. Ты теперь вообще солдат.
– Я тебе это припомню в рапорте. Все равно поделись. Постой-ка! Что это Квакваса себе позволяет? Ты почему не пресек нарушение Устава?
– А должен был? – задумался Зак. – Вот черт, почему он мне дорог, как брат? И почему белую обезьяну Федора, который прохлаждается за рычагами, пока остальные глотают пыль, я готов поколотить сапогами? Не знаешь? – Орк радостно захохотал.
– Отставить! – скомандовала десятник Зийла. Она села рядом с Заком и отняла у него плод. – Федор не прохлаждается, а ведет черепаху. Так кто тебе там дорог, э… как тебя зовут, солдат?
– Зак Маггут, – обиделся орк. – Я пошутил, мэм. Тот нарушитель приказа, что засел в черепахе, мне не друг. Мы знакомы всего пять минут. Я осуждаю его вопиющий проступок.
– Молодец. Так скажи ему об этом вслух.
– Десятник Зийла и я приказываем тебе, проклятый Квакваса, немедленно покинуть черепаху! – с готовностью крикнул орк.
– Ни за что, – глухо прозвучало в ответ. – Я привязал себя к рычагам.
– Ну так отвяжись, – сказала Зийла.
Квакваса промолчал – видимо, крыть ему было нечем. Однако он продолжал упорствовать и даже не думал откупоривать люк. Между тем солдатская толпа на этом берегу постепенно рассасывалась. Скоро на плот должна была взойти последняя группа воинов таха, а потом и бронечерепаха, если для нее не уготовили самостоятельную переправу.
– Все, пора с этим заканчивать, – озаботилась десятник и влезла на панцирь. – Квакваса, впусти меня. Я с тобой вместе поеду, нам же переправляться надо. А снаружи я утону или крокодил сдернет.
Мятежный гоблин поразмыслил и отпер люк. Коварная Зийла немедленно вцепилась ему в большие уши и при поддержке Зака извлекла наружу, сколько бывший погонщик ни упирался.
– Я буду жаловаться командарму! – кричал тот. – Это расизм! Прихвостни эльфов человечишки опять получают лучшие специальности!
Но пришлось ему бежать к берегу. Там они с Заком последними вскочили на плот и отчалили. Удовлетворенный победой, я забрался под панцирь боевого монстра. Зийла втиснулась следом, и мы двинулись вперед. Воины таха махали нам с плота, призывая обитателей черепахи переправляться собственными силами.
– Плыть, что ли? – напрягся я.
– А то.
Я хмыкнул и задраил люк. Вообще-то любая черепаха приспособлена к преодолению водных преград, но ее нужно готовить к этому загодя. Впрочем, река не широкая. Кроме того, у этой черепахи имелись дополнительные поплавки – обтекаемые емкости по бокам, наполненные воздухом.
Вода в смотровой щели надвинулась неожиданно. Мне вдруг показалось, что мы сейчас утонем.
– Не трусь, – прошептала гоблинша и в страхе скукожилась, заодно вцепившись в мой локоть мощной хваткой. – Это плавучее животное. Даже по дну пойдет, если вдруг утонем. Но утонуть вроде не должны.
– Слыхали… – проворчал я и придавил педаль. Черепаха внезапно качнулась – это опора под ее лапами пропала в глубине реки. – Никак плывем?
– Похоже.
Зийла расслабилась и вольно прижалась к моей спине, напомнив вчерашний поход в руины. Жалко, нельзя рычаги выпустить. Хотя какого черта? Знай себе дави педаль, а черепаха сама вывезет. Однако рано я возрадовался. Триплекс почему-то стал мутнеть, уровень воды снаружи подниматься… И вот уже радостные гоблины, тыкающие в бронечерепаху пальцами, остались над поверхностью реки, а животное плавно ткнулось лапами в дно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
