Читаем без скачивания История с «летающими тарелками» - Эно Рауд

— Так где же шляется наш разбойник? — спросил отец Рихо.

Наступил решительный момент. Сейчас надо было выкладывать правду.

— Он уехал на Чёртово болото, — сказал Юрнас неуклюже.

— Что?! — Рыук-старший уставился на Юрнаса. — Ты что, парень, насмехаться надо мной пришёл?

— Нет, — сказал Юрнас очень тихо. Взгляд его неподвижно держался на пряжке брючного ремня Рыука-старшего.

— Как ты сказал? Куда он уехал?

Марью успела вмешаться.

— Юрнас вовсе не виноват, — торопливо объяснила она. — Рихо действительно уехал на Чёртово болото. Наш сосед, который живёт в доме напротив нас…

В пять минут Марью рассказала всю историю.

Поправка, внесённая Марью, направила мысли Юрнаса в совершенно неожиданное русло.

«Ах вот как, — размышлял он. — Телепатические силы всё-таки были вызваны, но, поскольку я подумал: «Провались ты ко всем чертям в болото!», им не осталось ничего другого, как отправить его на Чёртово болото. В общем-то, моё пожелание было выполнено довольно точно…»

— Та-ак. Что же теперь делать? — вслух подумал отец Рихо, когда Марью кончила говорить.

13

По правде говоря, Рихо и сам не знал, почему он бросился наутёк из сада Марью. Неожиданное появление Юрнаса словно бы лишило его возможности мыслить. Когда он перескакивал через ограду, у него мелькнула было мысль, что, пожалуй, нет смысла так постыдно удирать, всё равно его разоблачили… Но, набрав разгон, он уже не мог остановиться, А позади послышались крики этого раззявы Юрнаса. «Кроме Юрнаса, меня никто не видел, — думал Рихо. — Главное — немедленно скрыться. А там пусть попробует доказать, что видел меня в саду. Так и окажется в дураках!»

Рихо выбежал на улицу. Куда же спрятаться? В сад на противоположной стороне улицы? Нет, там голо, прятаться негде. Но, словно по заказу, перед домом напротив стоял грузовик с крытым кузовом. В один миг Рихо перемахнул через борт и забился в самый дальний угол.

Мы уже знаем, как изумило ребят внезапное, бесследное исчезновение Рихо. Знаем, что грузовик уехал. Когда мотор заработал, Рихо испытал серьёзное искушение выпрыгнуть из кузова. Может, и выпрыгнул бы, вспомни он в тот момент о дедушкином юбилее. Но он думал совсем о другом, и у него не было ни малейшего желания смотреть в глаза Юрнасу, Марью, Кярт, даже Пеэтеру. И он решил дождаться более подходящего момента, чтобы покинуть грузовик.

О дедушкином юбилее Рихо вспомнил лишь тогда, когда отъехал от посёлка километров на десять. Но удобный момент всё не наступал. Через посёлок водитель проехал на приличной скорости, не притормозив ни на одном перекрёстке, и Рихо счёл, что уж лучше снова поболеть «красной оспой», чем оказаться надолго закованным в гипс. По шоссе машина, само собой разумеется, помчалась в неведомые дали ещё быстрее. Мимо проносились скирды сена, люди на полях… Время от времени тявкали у обочины дороги деревенские дворняги. А грузовик продолжал мчаться с жуткой скоростью.

Рихо окрестил эту роковую поездку «дорогой смерти». Один за другим мелькали километровые столбы, и с каждым разом сердце Рихо сжималось всё больнее. Вскоре его уже будут ждать дома. Белую рубашку мать выгладила ему ещё утром. По меньшей мере неделю говорили дома о дедушкином юбилее. Даже с острова Сааремаа приедет тётя Хельми с сыном. А он, Рихо, мчится неведомо куда. И когда кончится эта поездка, тоже неизвестно.

А что, если набраться смелости и подать водителю знак? Постучать по кабине или закричать? Но вдруг тогда вся эта история примет ещё худший оборот? «Зайцев» не любят ни в поездах, ни на пароходе, ни в автобусе, и вряд ли водителю грузовика понравится, что у него в кузове едет «заяц»…

Двадцать пятый километровый столб.

Проклятый Юрнас! И надо же ему было сунуться в тот куст сирени! Что он там, надеялся коростеля увидеть, что ли? Считает себя замечательным мастером подкрадываться, а сам наступает прямо на человека! Рука до сих пор болит! Из-за раззявы Юрнаса и заварилась такая каша… Хотя… Если посмотреть подальше назад, то… И дёрнуло же его затеять эту дурацкую историю с «вбиванием клина»! Вот с чего всё началось. Да ещё пожелал выставить других дураками! И кто же оказался в дурацком положении? Словно месть судьбы…

Если подумать серьёзно, с этим клином вообще вряд ли бы что-нибудь вышло. Похоже, ватага Меэлика крепко подружилась с этой Кярт. А Пеэтер… Эх, слишком мягкий у него характер. Ну неужели этот чёртов ящик на колёсах никогда не остановится?

Словно в ответ на отчаянные мысли Рихо машина замедлила ход. Ещё. И ещё. Не дожидаясь полной остановки, Рихо соскочил на гравий дороги. Однако грузовик не остановился, он свернул вправо и медленно покатил по изрезанной колеями просеке. Здесь возле дороги росли редкие деревья, а дальше раскинулся унылый болотный пейзаж. На повороте дороги указатель — «Чёртово болото».

Ворчание мотора постепенно затихало и, наконец, совсем перестало слышаться. Рихо остался один.

Ему доводилось ездить с отцом по многим дорогам; так он побывал в некоторых удалённых уголках своего района, но на Чёртовом болоте Рихо очутился впервые. И что стоило этому проклятому грузовику поехать, например, в сторону дедушкиного дома? Тогда можно было бы послать родителям телеграмму: дескать, он уже прибыл на юбилей, пусть родители поспешат. Так нет же, грузовик, как нарочно, завёз его на болото, где до самого горизонта ни души, ни дома, ни вообще каких-либо признаков присутствия человека. Только вороны каркают на вершине кривой сосны, словно насмехаясь или злорадствуя.

Долго ли он будет стоять тут как столб? Надо что-то предпринять. Где-то же должна быть, например, автобусная остановка. Но тут же Рихо вспомнил, что оставил кошелёк дома. Та-ак. Автобус отпадает. Значит, вся надежда на попутную машину…

Рихо медленно пошёл обратно по дороге, которая привела его сюда. Чего теперь спешить! Пешком он доберётся до дому, в лучшем случае, к полуночи. Сколько отсюда до дому? Километров тридцать, а то и больше. Последние минут десять перед тем, как грузовик свернул на болото, он уже не следил за километровыми столбами. Ну, допустим, тридцать пять. Пешеход делает пять километров в час. Кроме того, остановки для лёгких передышек. Ничего себе прогулочка!

Через некоторое время Рихо догнала женщина на велосипеде, притормозила и спросила:

— Молодой человек, не знаешь, в пуусалуской лавке переучёт уже окончился?

— Я нездешний, — ответил Рихо.

Женщина понимающе кивнула и покатила дальше.

Теперь Рихо знал, что где-то впереди находится пуусалуская лавка. Возле неё может остановиться и какая-нибудь попутная машина. Словно сами по себе, его ноги задвигались быстрее.

14

Рихо шагал по дороге усталый, голодный, теряющий надежду. Ноги гудели и казались бесчувственными. Рихо всё чаще присаживался отдохнуть у обочины. Но после каждой передышки идти становилось всё труднее.

В пуусалуской лавке переучёт окончился, но пользы от этого для Рихо не было ни малейшей. Единственная машина, остановившаяся у лавки, ехала совсем в другую сторону. Пока Рихо ждал попутную машину, запах свежих пирожков с повидлом, доносившийся из лавки, вызвал у него такой аппетит, что он счёл за лучшее двинуться дальше. Лавка осталась далеко позади, но заманчивый запах долго не покидал его ноздри. Рихо шагал и представлял себе праздничный стол на дедушкином юбилее. Холодец, и желе, и ломти ветчины, и всё такое… И крендель. Нет, крендель, пожалуй, не прибудет вовремя. Родители наверняка не уедут к деду без сына… Но как же? Последний автобус, по-видимому, уже ушёл…

Позади послышался гул мотора. Может быть, повезёт? Машина ещё не была видна, а Рихо уже замер с поднятой рукой на обочине. Может, остановится?

Не остановилась.

Это был мощный грузовик с кирпичами в кузове. В просторной кабине сидел только один водитель.

«Ведь вот же какие есть люди! — негодовал Рихо. — Знают, конечно, что у мальчишки денег нет, и прибавляют газа, словно не их дело».

Пришлось шагать дальше.

А что сейчас дома? Сначала, конечно, злились, ясно… Теперь, надо полагать, беспокоятся. Чем сильнее беспокоятся, тем меньше злятся. Это хорошо. А когда они увидят, что их сын жив и здоров, беспокойство и тревога в свою очередь сменятся радостью. А когда люди радуются, с ними легче иметь дело. Это тоже ясно.

Снова послышался шум машины, теперь впереди.

Встречные машины не интересовали Рихо. Пусть едут куда хотят. У него другое направление.

Но что это?

Машина снижает скорость. Это такси. Отцовская машина! Рихо узнал её по номеру. Кто же работает на ней в такое позднее время?

Завизжали тормоза.

В открытое окошечко глядел отец. Он сам был за рулём. И никакой радости, что сын нашёлся, не отразилось на его лице.