всей силы. Не знаю, что было хуже для меня в тот момент: узнать, что все было ложью или понять, что ребят убил один из наших. — И что мы теперь будем делать?
— Я что-нибудь придумаю. В любом случае, это не твоя забота, так что продолжай свои тренировки.
— Хорошо, — мне пришлось кивнуть.
— Вот и славно, — сказал Вик, вскакивая со стола. — Иди по своим делам, а если мне что-то понадобиться, то я дам знать.
***
Вскоре после возвращения ребят наша жизнь вернулась в прежнее русло. Тея отдохнула и стала присоединяться к нам на тренировках, так что теперь все дни мы проводили вчетвером. И, если что изменилось, так это мои тренировки с Виком и Ри, которые больше не проводились. Вик вообще закрылся, стал редко появляться на людях, постоянно сидел в своей палатке. Если его видели на улице или в зале, то только в компании с Ри. Больше он никого к себе не подпускал. Все свои мысли и переживания он держал глубоко внутри.
Весь лагерь знал, что мы с Марком, Катой и Теей частенько собирались у меня вечерами. Так что, когда однажды в ночи ко мне в комнату заявился Вик, застав всю компанию в полном сборе, он нисколько этому не удивился.
— Как знал, что найду вас всех тут, — Вик даже бровью не повел. — Эл, собираешь собственный фан-клуб?
— Тебя стучать не учили? — огрызнулась я.
— Я вроде начальник, мне незачем стучать.
— Раз так, то тебе и приходить сюда незачем.
За время, проведенное с Виком, у нас выработалась определенная схема общения. Он находил удовольствие в том, чтобы задирать меня, а я не могла промолчать в ответ.
— Вик, прости, — попыталась сгладить ситуацию Тея. — Эл просто сегодня очень устала, но мы все рады тебя видеть.
— Да, да, все счастливы и довольны. А теперь сделай одолжение и закрой за собой дверь с обратной стороны, — я постаралась бросить на Вика самый уничижительный взгляд.
— Почему ты так груба? В любом случае, я пришел сказать кое-что Тее.
— Да? — она с готовностью выстроилась перед Виком, ожидая приказа.
— Вот так надо общаться с руководством, — обратился он ко мне, демонстративно сложив руки на груди, а затем повернулся уже к Тее. — Завтра днем выходим на новое задание.
— Уже завтра? Но ведь мы только вернулись.
— К сожалению, у нас не так много времени, — он безразлично пожал плечами.
— Вик, — я резко поднялась с пола. — В этот раз ты должен взять меня с собой.
— Что-то я очень сильно в этом сомневаюсь.
— Но это ведь был мой отряд и…
— Счастливо оставаться, — Вик махнул рукой и, недослушав окончание моей фразы, поспешил ретироваться.
Тея осталась стоять рядом с порогом, ее плечи поникли, а лицо стало бледным. Марк, пытаясь сгладить ситуацию, легко обнял ее. Ката же осела на кровать, а в ее взгляде сквозила рассеянность. Никто не хотел думать о том, что скоро Тее снова придется рисковать жизнью за стенами лагеря. Мое терпение заканчивалось.
Когда я выбежала на улицу, резко распахивая дверь, Вик еще даже не успел спуститься по лестнице на первый этаж. Он удивленно окинул меня взором, но потом хмыкнул и продолжил свой путь.
— А ну стоять! — мой крик не произвел никакого впечатления. — Вик, остановись!
Ноль реакции, парень просто продолжал идти дальше. Тогда мне пришлось догнать его и перегородить дорогу, но в ответ Вик подхватил меня под плечи и отодвинул в сторону, словно я была предметом мебели.
— Вик, да послушай же!
— Чего тебе? — наконец-то глухо отозвался он.
— Возьми меня с собой, пожалуйста, — и мы оба встали как вкопанные от услышанного, потому что я никогда прежде у него ничего не просила с такой вежливостью.
— Нет, там будет опасно, — хоть у Вика и дрогнул голос, но ответ остался прежним.
— Помниться, ты оставил меня в лагере как раз для того, чтобы я воевала на ровне с остальными.
— Ты еще не готова выйти наружу — фыркнул он.
— Очень даже готова!
— Если я говорю «нет», это значит «нет».
— Ты не собирался отпускать меня с самого начала, верно?
Вик замер и медленно повернул голову в мою сторону. Он был похож на ребенка, которого застукали на кухне с конфетами в руках. Забавно конечно, что взрослый человек может делать такое выражение лица, и в любой другой день я бы даже посмеялась над этим, но не сегодня. Я слишком тяжело приняла ту правду, которую до этого не хотела замечать.
— Ты держишь меня тут, но вовсе не из-за моих навыков, да? Вряд ли ты бы вообще когда-нибудь намеревался меня выпустить за стены. А все эти громкие фразы и тяжелые тренировки, все это для того, чтобы заставить остаться меня тут, в этом лагере. Что это было, жалость? Или я нужна тебе для чего-то другого? Почему ты не хочешь дать мне свободу действий?
— Все как раз из-за твоих навыков, — прошептал он.
— Каких навыков?
— Эл, не пойми неправильно. Я два раза чуть не дал тебе погибнуть. И мне было даже страшно подумать о том, чтобы выпустить тебя на войну, где ты снова балансировала бы между жизнью и смертью.
— Я знаю, когда ты врешь. Жизнь, смерть — это ведь просто отговорка, не так ли? Моя жизнь принадлежит только мне, и никому больше.
— И ты готова ее отдать за свою безумную идею! Если тебе предложат вернуть твоего парня, пожертвовав своей жизнью, то ты сделаешь это не задумываясь. Именно по этой причине я и не хочу выпускать тебя из лагеря, веришь ты в это или нет. Ты ставишь жизни других людей выше своей, взять хотя бы тот случай, когда ты спасла меня, подставившись под пулю.
— То была случайность. Я и правда не думала, что он попадет в меня.
— Вот и я о том, ты никогда не думаешь, ты просто действуешь. Эл, ты не можешь так бездумно рисковать своей жизнью, иначе получается, что я все делал зря.
— Но ты такой же, Вик! Когда ты бросился меня спасать, то сделал это без раздумий. Когда ты забрал меня в этот лагерь, то тоже не думал. Или я ошибаюсь?
— Это немного другое. У меня были свои причины на это.
— Нет, — я резко вскинула голову. — Это то же самое. Но подумай вот о чем: ты хочешь, чтобы я загнулась в этом лагере? Как по мне, так лучше погибнуть в бою, чем сидеть взаперти и терпеливо ждать конца. Я ведь и сама не смогу потом с
