В дверь постучали короткой нервной россыпью тихих ударов, будто разбрасывали горох. В комнату вошла Елена. Она ступала, едва касаясь пола узкими ступнями в трогательных черных балетках, словно опасаясь оставить за собой следы.
– Вы просили прийти меня первой, не так ли? – произнесла она, нервно сжимая в руках мокрый от слез носовой платок.
– Да-да, присаживайтесь, пожалуйста! – Сыщик встал и придвинул к ней стул. – Как вы просили. Запишем ваши показания – и вы сможете сразу же вернуться к детям.
Елена едва заметно кивнула, присела на краешек стула и слегка выпрямила спину. Взгляд ее прояснился.
– Задавайте ваши вопросы.
– Ну что же, давайте начнем. Это вы первой обнаружили труп доктора?
Елена вновь сжалась, ссутулилась и тихо произнесла:
– О да. Это… Это было ужасно. Я… – Не договорив, она приложила к глазам обвязанный крючком голубой платок и всхлипнула.
– Позвольте налить вам чаю, – сказала Мари, придвигая к ней чашку. – Это поможет вам успокоиться.
– Да, постарайтесь взять себя в руки, – мягко проговорил сыщик. – Чем быстрее мы все запишем, тем быстрее вы освободитесь. Расскажите, как это произошло?
– Да-да, простите. – Елена сделала глубокий вдох и быстро сказала: – Я спустилась к завтраку первой. Я с вечера ужасно себя чувствовала и всю ночь спала очень неспокойно. Окончательно проснулась тоже рано, еле дождалась времени завтрака. Муж еще спал, дети тоже. Очень хотелось кофе. Все равно мне было уже не уснуть, вот я и решила подождать внизу, пока все проснутся…
– В котором часу это было? – уточнил сыщик.
– О, дайте припомнить… – нахмурила лоб Елена. – В начале десятого утра. Проснулась я еще раньше, около семи. Я ждала начала завтрака, чтобы выйти из номера.
– Значит, тело вы обнаружили сразу же после того, как спустились в столовую?
– О да, конечно… – снова всхлипнула Елена. – Конечно, я сразу же заметила его… Он лежал прямо перед камином, в такой ужасной позе…
– Вы не трогали тело?
– Нет, что вы! Я даже не подходила к нему близко! Я так испугалась. Я сразу начала кричать, и тут же прибежали другие гости…
– Кто именно?
– О, думаю, сначала мой муж… А потом все остальные.
– Скажите, а окно было уже разбито, когда вы спустились в залу? – вмешалась Мари.
– Окно? – растерянно повторила за ней Елена. – Ах да, конечно, окно. Честно говоря, я и не заметила. Я ведь не видела ничего, кроме того ужасного зрелища… – Она на секунду умолкла и попыталась взять себя в руки. – Да, я думаю, окно было уже разбито, когда я пришла. Было ужасно холодно.
– А это не вы, случайно, смахнули книги и статуэтку с полок? – спросила Мари.
– О нет, совершенно точно не я! Я и не подходила к полкам. Я спустилась с лестницы, подошла к столикам, увидела доктора – и больше не двигалась с места, пока не пришли другие гости!
– Расскажите, пожалуйста, в подробностях, что вы делали сегодня ночью.
Елена удивленно взглянула на сыщика.
– О, это простая формальность, – быстро добавил он. – Мы все понимаем, что это несчастный случай, но правила есть правила.
– Как пожелаете. Но я уже все вам рассказала, мне нечего добавить. Я всю ночь провела у себя в номере. Как я уже говорила, мне нездоровилось. У меня с вечера болела голова. Я рано уснула, но всю ночь спала неспокойно.
– Хорошо. Вы не слышали ничего странного ночью или под утро?
– Странного? Нет, ничего. – Елена на секунду задумалась. – Но на втором этаже все равно не слышно того, что происходит внизу. Если только это не концерт привидения, как вчерашней ночью, – слабо усмехнулась она, – или чьи-то громкие крики. Но этой ночью было тихо.
– Подумайте хорошенько, совсем ничего? Может быть, вы слышали, как доктор Коста выходил из номера? Хлопающие двери?..
Елена задумалась.
– Увы. Ничего не припомню. Возможно, кто-то ходил по коридору, я слышала шорохи. Но я, знаете, и не прислушивалась особо. У меня болела голова, и я просто хотела заснуть.
– Все понятно, благодарю вас.
Мари снова вмешалась:
– Кстати, Елена, простите мое любопытство, а что вы думаете о так называемом привидении и кражах?
Елена замешкалась. Она ухватилась обеими руками за теплую чашку с чаем.
– О, я ничего об этом не думаю. Глупости. Наверное, кто-то развлекается. – Она насыпала в чашку сахар и начала нервно размешивать его, пролив чай на блюдце. – Глупости, – повторила она.
– Хорошо, благодарю вас, – сказал сыщик. – И еще один формальный вопрос: были ли у вас или у вашего мужа какие-то причины желать смерти доктору?
Елена возмущенно вскинула подбородок.
– Что вы себе позволяете! Мы познакомились с этим человеком лишь пару дней назад, и никаких причин желать ему зла ни у меня, ни у моего мужа не было и нет!
– Да-да… Вы же понимаете, что я обязан задать этот вопрос для протокола. Согласен, это крайне неприятная процедура, но нам, увы, этого не избежать. Значит, никаких причин, вы говорите?
– Да, совершенно никаких.
– А что вы скажете насчет спора вашего мужа и доктора накануне за обедом? Кажется, доктор Коста мог стать на пути у изобретения Алексея?
Елена покачала головой:
– Ссора – не причина для убийства. Сколько бы ни значило это изобретение для Алексея, для всех нас, он никогда бы не лишил жизни другого человека. Даже если этот человек стоял бы у него на дороге. Он… он слишком мягкий и правильный человек, чтобы решиться на подобное.
Глаза ее блеснули. Она отодвинула от себя чашку с чаем.
– Хорошо, так и запишем. Есть ли у вас причины подозревать, что смерть доктора – не несчастный случай?
– Вы хотите спросить, не думаю ли я, что кто-то из гостей отеля намеренно толкнул доктора на каминную решетку с целью лишить его жизни? Нет, не думаю. По-моему, совершенно ясно, что доктор Коста оступился в темноте и очень неудачно упал. Он странный человек, и у него, кажется, было не все в порядке с мозгами… Вернее, с мозгами-то у него было все в хорошо, он был очень умен… Но вот с нормальным человеческим здравым смыслом, практичностью, бытовым разумом, в конце концов… Да что тут рассказывать, вы сами все видели, – Елена махнула рукой. – Он постоянно путался и оступался на ровном месте. Как бы я ни относилась к этому несносному… х-м-м… к Феликсу, в одном он прав: рано или поздно доктор все равно умудрился бы где-то разбить себе голову!
Она снова всхлипнула.
– Благодарю вас. Вы можете быть свободны. Пригласите, пожалуйста, вашего мужа.
Елена кивнула, встала и, не оглядываясь, быстрым шагом вышла из комнаты.
Сыщик в задумчивости погладил подбородок.
– Ну что вы скажете, Мари?
– Мне кажется, она знает больше, чем говорит. – Журналистка покачала головой.
Мюллер досадливо крякнул:
– И снова эта ваша фантазия… Такая милая женщина! Нет, я не думаю, что она или Алексей причастны к смерти доктора. Да и кто бы то ни было еще. Все может быть, но… Ладно уж, допросим остальных, закончим поскорее с формальностями и постараемся насладиться остатком отпуска! Зовите следующего, – крикнул он Ван Фу, караулившему за дверью.
Мари прошлась между столиков, на которых лежали книги. Она взглянула на раскрытый тяжелый том, на развороте которого были изображены медные вазы, столики с резными краями и кувшины.
– Династия Шан… Хм, хозяин питает большую слабость к Древнему Китаю… – рассеянно проговорила она. – Всюду Китай! Или это доктор Коста читал?..
Тут двери отворились, и в библиотеку вошел Алексей. Он был все еще очень бледен.
– Вы хотели меня видеть? – сухо спросил он.
– Да-да, Алексей. Вы же умный человек, понимаете, что я обязан составить протокол. У меня к вам несколько вопросов.
Алексей опустился на стул и вздохнул.
– Спрашивайте, что хотите. Нет, мне не нужен чай, давайте сразу к делу. Я хочу скорее вернуться к жене и детям.
– Как вы провели сегодняшнюю ночь?
– Как я провел… Да как обычно. Спал, конечно.
– А ваша жена?
