А для этого нет лучшего спос-с-соба, чем устр-р-рашение. Каждый, кто сегодня полюбуется казнью, сто р-р-раз подумает, пр-р-режде чем бросит себе под ноги шкур-р-рку от овощей или любую др-р-ругую ненушную вещь. Вы только подумайте: одна отр-р-рубленная рука, а сколько от нее пользы!
— Я запрещаю вам рубить руки! Немедленно освободите этого человека!
Внутри все сжималось. Чувство тошноты усилилось. О господи, если этот несчастный станет калекой, виновата буду я. Как жить с этой мыслью?
Палач терпеливо ждал от наместника отмашки. Из толпы доносился приглушенный гул: люди шептались и переглядывались, испуганные и ошеломленные новым законом. Краем глаза я заметила, как осужденный попытался встать на ноги, но тяжелая ладонь в железной перчатке легла ему на плечо и заставила опуститься на колени.
— Это неправильно, — горячо зашептала я. — Наказание должно быть соразмерным преступлению. Я против таких варварских методов. Мы же цивилизованные люди!
— Я не человек, — напомнил дракон. — И уж тем более не цивилизованный. Что вообще означает это слово? Впер-р-рвые слышу.
— Так нельзя! Нельзя! Я требую, чтобы вы назначили другой штраф. Денежный. Не портите мне свадьбу видом крови и увечий.
Как же сложно с этим ящером! Говорят, мужчины и женщины с разных планет, но этот чешуйчатый циник и вовсе с другой галактики. У него какая-то альтернативная психология!
Супруг замолчал, обдумывая мои слова. Его острые черные ногти застучали по широкому деревянному подлокотнику кресла. До рези в глазах я всматривалась в очертания железной маски, отчаянно жалея, что не могу прочитать под ней эмоции владыки.
— Ладно, — нехотя бросил тот и поднялся с трона, величественный и мрачный, похожий в своем длинном черном одеянии на одного из всадников апокалипсиса. Его властный голос прогремел над площадью раскатами грома. — В честь нашей свадьбы по пр-р-росьбе моей великодушной жены я дар-р-рую этому жалкому чер-р-рвяку свою милость.
О господи, спасибо, спасибо, спасибо!
Мужик на коленях зарыдал еще громче, на этот раз от облегчения. Я видела, как его треснувшие, залитые кровью губы шепчут слова благодарности. Над головами людей, окруживших колодец, прокатился слитный гул одобрения. Наверное, впервые за всю историю человечества, толпа приветствовала отмену кровавого зрелища. Палач пожал плечами и опустил топор на камни брусчатки.
Владыка продолжил:
— Посему я заменяю казнь денежным штр-р-рафом. За свое чудовищное злодеяние обвиняемый обязан уплатить в казну пятьдесят золотых монет.
— Что?! Пятьдесят золотых?! — взревел помилованный и вскочил-таки на ноги, а потом с решительным видом опустил руку на каменный борт колодца. — Рубите!
Глава 17. Знакомство с императором
Не успела я толком отойти от свадьбы, как громом среди ясного неба прогремела тревожная весть. Сам император Мажкиании пожаловал в Эрлинг-Вест, чтобы поглядеть на молодую жену наместника, стоящего во главе одного из островов его обширного государства.
С самого утра замок гудел потревоженным ульем. Горничные намывали полы в коридорах, натирали столовое серебро в гостиных, бегали туда-сюда с тряпками и ведрами. С окон снимали портьеры, чтобы отнести в стирку. В прихватах меняли факелы, на стены вешали свежие гобелены.
Царила ужасная суета. Все вокруг выглядели нервными и взъерошенными, а наместник ходил мрачнее тучи. Невзирая на всю свою глубокую нелюбовь к пышным торжествам, он был вынужден закатить грандиозный пир в честь приезда владыки. Более скромный прием сочли бы неуважением со всеми вытекающими последствиями.
Организацию этого важного мероприятия Рейвенор с чистой совестью спихнул на меня как на свою супругу, и теперь за мной бегали наперегонки носатый устроитель праздников и коротконогий пузатый повар в белом колпаке. Каждый из них очень сильно и настойчиво хотел услышать мое мнение. Один тряс перед моим лицом списком приглашенных, другой — бумажкой с королевским меню. И то, и другое надо было утвердить.
После выбора изысканных кушаний мне предстояло решить, какими цветами украсить парадный зал — белыми лилиями или чайными розами, а еще — сколько свечей закупить для вечернего освещения, каких пригласить музыкантов и стоит ли звать полуголых экзотических танцовщиц со змеями.
Бедная я несчастная. Жизнь меня к такому не готовила.
Тем временем мой дорогой супруг, умывший от всего руки, только вздыхал со страдальческим видом, пока я отдувалась за нас двоих.
Заветный вечер приближался. Взволнованная, я готовилась к роли хозяйки замка. Очень не хотелось ударить в грязь лицом, но что-то подсказывало: император не одобрит выбор наместника, как бы я из кожи вон ни лезла. Сомнительно, что в этом мире найдется еще один ценитель хитрых непосредственных землянок с неуклюжими манерами.
Впрочем, над своими манерами я работала, в ускоренном режиме пытаясь освоить дворцовый этикет. Муженек в этом деле, к слову, совсем мне не помогал. Казалось, он, наоборот, жаждет увидеть, как при встрече с его женой у императора вытянется лицо от шока.
«Вытянется, вытянется, — обиженно думала я. — Но не от шока, а от восхищения».
Воспитание мое, конечно, хромало, зато своим внешним видом я озаботилась особо тщательно. Платье, которое мне пошили, мерцало голубыми оттенками льда, кружева на лифе напоминали морозные узоры на окнах, а пышная юбка-колокол шелестела при каждом шаге, как крылья ангелов. Из зеркала на меня смотрела невероятная красавица с осиной талией — спасибо корсету, в котором нельзя было ни плотно поесть, ни глубоко зевнуть.
Если я явилась на бал разодетая в пух и прах, то мой супруг-социопат напялил на себя привычную черную мантию монаха и закрыл лицо железной маской. Сегодня я даже немного завидовала этому его аксессуару. Когда двери перед нами распахнулись и мы с Рейвом ступили в парадный зал, я остро почувствовала себя главным экспонатом этого вечера. Гости пожирали меня глазами. Еще бы! Всем было любопытно посмотреть на жену сурового правителя острова, дракона и колдуна.
— Его Темнейшество наместник Эрлинг-Веста Рейвенор Черный из рода Огненных драконов с супругой, — объявил распорядитель хорошо поставленным голосом, и мы чинно, под руку двинулись по живому коридору к возвышению с тремя тронами.
Насколько я поняла, император задерживался.
Мы с мужем заняли свои места на помосте, и это послужило сигналом для музыкантов — над залом полилась простая чарующая мелодия арф и фортепиано. Гости разделились на пары и закружились в танце, похожем на вальс.
А мы что? Неужели не примем участия в общем веселье? Так и просидим весь вечер на троне, наблюдая за тем, как другие развлекаются?
— Ваше Темнейшество, позвольте пригласить вас на танец, — с улыбкой я повернулась к супругу и
