– Уже нет, – ступила в кухню Коллин и пристально вгляделась в каждого из присутствующих. – Чем это вы тут занимаетесь? Лезете девочке в душу? Уходите.
– Тетя Коллин… – начала Коко.
– Я сказала – все вон. Ты возвращайся к готовке и флирту с этим здоровенным Голландцем, который по ночам тайком пробирается в твою спальню.
– Ну… я…
– Иди. И ты тоже, – тяжелой тростью Коллин угрожающе ткнула в сторону Аманды. – У тебя полно дел в гостинице, разве не так? Тебе же пора к своим сорнякам и цветочкам, – это уже приказ Сюзанне. – А ты займись переборкой двигателей.
Старуха перевела пристальный взгляд с Кики на Лилу.
– Трудно вам со мной, не так ли, тетушка? – протянула Лила.
– Иди поспи, – рявкнула Коллин.
– Вот и получила, – вздохнула Лила. – Пошли, леди, нас вышвырнули вон.
Когда за домочадцами захлопнулась дверь, довольная собой Коллин тяжело присела за стол.
– Налей мне чая, – бросила старуха Меган. – Да проверь, чтобы был горячим.
Мег повиновалась, хотя никакого испуга не чувствовала.
– Вы всегда прибегаете к грубости, чтобы добиться своего, мисс Калхоун?
– Ну… еще использую почтенный возраст и огромный капитал.
Коллин подняла поставленную перед ней чашку, отпила и неохотно кивнула, сочтя чай достаточно горячим и крепким.
– А теперь сядь и выслушай то, что я должна сказать. И не демонстрируйте мне чопорный вид, юная леди.
– Я очень люблю Коко, – заявила Меган. – А вы ее смутили.
– Смутила? Ха! Она и этот татуированный громила, как лунатики, кружат друг возле друга уже много дней. Просто слегка кольнула Коко, вот и все.
Но лукаво взглянула на Меган.
– Преданность надо заслужить, как считаешь?
– Согласна.
– И я тоже. Сегодня утром сделала несколько звонков своим друзьям в Бостоне. Влиятельным друзьям. Тихо, – остановила Коллин, когда Мег начала говорить. – Терпеть не могу закулисные игры, но иногда приходится танцевать с дьяволом. Дюмонт должен знать, что в тот момент, как только он попытается любым способом связаться с тобой или твоим сыном, подвергнет смертельной опасности свои политические амбиции. Больше он тебя не побеспокоит.
Меган сжала губы. Очень хотелось, чтобы голос звучал ровно. Независимо от того, что она говорила и как искусно притворялась, леденящий ужас от возможных действий Бакстера, словно дамоклов меч, висел над головой. Коллин одним ударом уничтожила все тревоги.
– Почему вы это сделали?
– Ненавижу слизняков. И особенно ненавижу слизняков, которые посягают на благополучие моей семьи.
– Но я не ваша семья, – тихо возразила Меган.
– Ха! Подумай хорошенько. Ты одной ногой в калхоуновских водах, девочка. Мы засасываем, как болото. Теперь ты Калхоун, хочешь того или нет.
Слезы затопили глаза, ослепляя Мег.
– Мисс Калхоун…
Коллин нетерпеливым взмахом трости прервала жалкий лепет. Посопев, Мег снова заговорила.
– Тетя Коллин, – мудро исправилась она. – Я вам очень благодарна.
– Так и должно быть.
Старуха откашлялась, чтобы прочистить внезапно пересохшее горло. Потом неожиданно громко рявкнула:
– Так уж и быть, входите! Хватит подслушивать!
Дверь распахнулась, впереди шествовала Коко. Она подошла к Коллин, нагнулась и поцеловала пергаментную щеку.
– Прекрати всю эту ерунду, – потребовала тетушка, потом отмахнулась и от двоюродных племянниц. – Желаю, чтобы девочка рассказала, как ее ухажер сбросил мерзавца в воду.
Меган засмеялась и вытерла глаза.
– Сначала Найт его избил.
– Отлично! – одобрительно стукнула тростью Коллин. – Не скупись на подробности, детка.
Глава 9
«Б. ведет себя очень странно. После возвращения на остров на летний сезон постоянно витает в облаках. Опаздывает к чаю, забывает распорядиться насчет обеда. Невыносимо. Волнения в чертовой Мексике. Уволил камердинера. Перекрахмалил рубашки».
Невероятно, возмущалась Меган, разбирая раздраженные заметки Фергуса рядом с курсом акций. Ворчал на жену, потенциальную войну и камердинера в одинаково брюзгливом тоне. Какую несчастливую жизнь, должно быть, вела Бьянка. Как ужасно попасть в ловушку управляемого деспотом брака и не иметь никакой власти распоряжаться собственной судьбой.
Но было бы намного хуже, решила Мег, если бы Бьянка любила мужа.
Частенько в тихие часы перед сном Меган просматривала страницы с колонками чисел, иногда жалея, что ни разу не поработала в библиотеке. Впрочем, Аманда могла оказаться лучшим источником информации, возможно, ей известно, имел ли Фергус счета за границей и не арендовал ли банковские ячейки. Изучая данные, Мег задавалась вопросом, не в этом ли разгадка. Мистер Калхоун владел особняками в штате Мэн и в Нью-Йорке. Может, это действительно номера разных банковских боксов. Даже комбинации к сейфам он хранил дома. Идея пришлась по душе – прямой ответ на маленькую, но неотвязную головоломку. Такой одержимый богатством и добыванием денег человек, как Фергус Калхоун, наверняка устроил несколько тайных хранилищ.
Ну, разве не приключение, мечтала Меган, обнаружить какой-нибудь пыльный депозитный бокс в старом банковском подвале? Ни разу не открытый за все эти годы. Ключ от которого потеряли или выбросили. А что внутри? О… бесценные рубины или высокодоходные облигации. Единственная пожелтевшая фотография. Прядь волос, переплетенная золотой ленточкой.
Фантазерка закатила глаза и усмехнулась над собой.
– Включила воображение, Меган, – пробормотала она. – Слишком притянуто за уши.
– Что именно?
Мег подскочила, как перепуганный кролик, очки слетели с носа.
– Проклятье! Натаниэль.
Он усмехнулся, потом закрыл за собой и запер двери террасы.
– А я-то надеялся, что будешь счастлива меня видеть.
– Так и есть. Но больше так не подкрадывайся.
– Когда мужчина ночью карабкается к женщине через окно, он и должен красться.
Мег водрузила очки на место.
– Вообще-то, это дверь.
– Ты слишком буквально все воспринимаешь.
Найт отклонил спинку стула, на котором она сидела, и жадно поцеловал любимую, словно смертельно изголодался.
– Забавно, что ты разговариваешь сама с собой.
– Ничего подобного.
– Именно этим ты сейчас и занималась. Поэтому перестал любоваться тобой и вошел.
Натаниэль прогулялся к входной двери и запер и ее тоже.
– Выглядишь невероятно сексуально, восседая за маленьким аккуратным столом, волосы подняты вверх, очки спадают с носа. В таком симпатичном простом халатике.
Мег от всей души пожалела, что практичная махровая ткань не может преобразиться в шелк и кружева. Но в ее гардеробе не было ничего соблазнительного, чтобы украсить себя, поэтому она облачилась в одежду Коко и побрызгалась ее же духами.
