Читаем без скачивания Джек Ричер, или Средство убеждения - Ли Чайлд

– Бред какой-то, – сказал я, лишь бы что-то сказать.

– Все дело в деньгах, – повторил Бек. – Ублюдки не знают, что с ними делать, вот и меняют одежду, лишь бы менять. Это как болезнь. Меняют все, в том числе и оружие. Возьмем этих самых ребят. Они были без ума от «Хеклер и Кох МП-пять-К». Теперь, если верить тебе, у них «узи». Ты понимаешь, что я хочу сказать? Для этих ублюдков даже оружие – предмет моды, такой же, как кроссовки или куртки. Или сам товар, что замыкает круг. Их потребности постоянно меняются, во всех областях. Даже в отношении машин. Эти ребята в основном предпочитают япошек, то есть, наверное, мода приходит с Западного побережья. Но на одной неделе у них «тойоты», на другой уже «хонды». Затем «ниссаны». «Ниссан максима» были в большом почете – года два-три назад. Такие, какую угнал ты. Потом будут «лексусы». Это какая-то мания. То же самое с часами. Вот эти ребята носят «Суотчи», затем все переходят на «Ролексы». Для них нет никакой разницы. Полное сумасшествие. Разумеется, поскольку я сам работаю на этом рынке и являюсь поставщиком, мне жаловаться грех. Нашей целью является постоянное обновление ассортимента, и все же порой это происходит чересчур быстро. Угнаться за всем этим становится трудно.

– Значит, вы тоже работаете на этом рынке?

– А ты что думал? – спросил Бек. – Ты полагал, я бухгалтер?

– Я думал, вы импортируете ковры.

– Да, – подтвердил он, – я импортирую ковры.

– Хорошо.

– Но на самом деле это лишь прикрытие, – признался Бек. Помолчав, он рассмеялся. – Ты думаешь, в наше время не нужно предпринимать меры предосторожности, продавая спортивную обувь подобным людям?

Он продолжал смеяться, не в силах остановиться. В его смехе звучало нервное напряжение. Я молча вел машину. Наконец Бек успокоился. Посмотрел в боковое окно, затем снова уставился вперед. Заговорил опять, словно разговор был необходим ему, как он был необходим мне.

– Ты когда-нибудь носил кроссовки? – спросил Бек.

– Нет, – сказал я.

– Я просто ищу кого-нибудь, кто смог бы мне объяснить. Ведь между «Рибоком» и «Найком» нет никакого принципиального отличия, правда?

– Не знаю.

– Я хочу сказать, скорее всего, их делают на одной и той же фабрике. Где-нибудь во Вьетнаме. Наверное, до тех пор, пока на них не проставят логотип, их не отличить.

– Возможно, – сказал я. – Но я честно не знаю. Я никогда не занимался спортом. Никогда не носил спортивную обувь.

– А между «тойотой» и «хондой» разница есть?

– Не знаю.

– Почему?

– Потому что у меня никогда не было АЛС.

– Что такое АЛС?

– Автомобиля в личной собственности, – объяснил я. – Так в армии называют и «хонду», и «тойоту». А также «ниссан» и «лексус».

– И все же что ты знаешь?

– Я знаю разницу между «Суотчем» и «Ролексом».

– Хорошо, какая же между ними разница?

– Никакой, – сказал я. – Они показывают время.

– Это не ответ.

– Я знаю разницу между «узи» и МП-пять-К.

Бек повернулся ко мне.

– Отлично. Замечательно. Объясни мне, почему эти ребята выбросили «хеклер-и-кохи», заменив их на «узи»?

«Кадиллак», мягко ворча, несся вперед. Я пожал плечами. Подавил зевок. Вопрос, разумеется, был пустой. На самом деле ребята из Хартфорда не меняли МП5К на «узи». Просто Элиот и Даффи понятия не имели о том, какое оружие в моде в Хартфорде, и понятия не имели, что Бек имеет с Хартфордом какие-то связи. Поэтому они дали своим людям «узи», вероятно просто потому, что «узи» оказались под рукой.

Но с точки зрения теории вопрос был очень хороший. «Узи» – отличное, замечательное оружие. Быть может, чуть тяжеловатое. И темп стрельбы не самый высокий в мире, что, возможно, имеет для кого-то значение. С другой стороны, оружие очень надежное, очень простое, полностью проверенное, и к нему можно раздобыть магазины емкостью сорок патронов. Отличное оружие. Но любая производная от «Хеклер и Кох МП5К» гораздо лучше. Они стреляют теми же боеприпасами, но с большей начальной скоростью и с большей убойной силой. Они очень-очень точные. В хороших руках по точности они могут сравниться с винтовкой. И очень надежные. Одним словом, лучше во всех отношениях. Шедевр технической мысли семидесятых годов по сравнению с шедевром технической мысли пятидесятых. Это справедливо не во всех областях, но в армии чем оружие современнее, тем оно лучше.

– Не могу ничего придумать, – наконец сказал я. – По-моему, это совершенно бессмысленно.

– Вот именно! – подхватил Бек. – Все дело в моде. Дань мимолетной прихоти. Непреодолимое влечение. Все при деле, но можно сойти с ума.

Тут у него зазвонил сотовый телефон. Выудив аппарат из кармана, он ответил, произнеся свое имя четко и отрывисто. И нервно. «Бек». Получилось похоже на кашель. Затем Бек долго слушал. Заставил звонившего повторить адрес и указания, после чего отключил аппарат и убрал его в карман.

– Это был Дьюк, – сказал он. – Он навел кое-какие справки. Наших ребят в Хартфорде нет. Но у них есть одно местечко за городом, к юго-востоку. Дьюк считает, они, скорее всего, затаились там. Так что мы едем туда.

– И что будет, когда мы туда приедем?

– Ничего особенного, – сказал Бек. – Большого шума мы поднимать не будем. Ничего мудреного, ничего затейливого. В такой ситуации я предпочитаю просто скосить их, как траву. Создать ощущение неизбежности, понимаешь? Но без личной обиды. Показать, что, если кому-то вздумается шутить со мной, наказание будет скорым и неизбежным, но особенно напрягаться я не собираюсь.

– Так можно потерять клиентов, – заметил я.

– Всегда можно будет найти новых. За моим товаром стоит очередь. Вот что мне больше всего нравится в нашем деле. Между предложением и спросом наблюдается сильный перекос в сторону спроса.

– И вы собираетесь заняться этим сами?

Бек покачал головой.

– Нет, это сделаете вы с Дьюком.

– Я? Я полагал, что мне предстоит только вести машину.

– Двоих из них ты уже пришил. Еще пара не должна тебя беспокоить.

Привернув ручку отопителя, я постарался держать глаза открытыми. «За кровавые войны», – мысленно произнес я.

Мы обогнули по большой дуге Бостон, после чего Бек приказал мне повернуть на юго-запад и проехать через Масс-Пайк до I-84. Мы сделали еще шестьдесят миль, что заняло у нас около часа. Бек не хотел, чтобы я гнал слишком быстро. Не хотел привлекать внимание. Фальшивые номера, на заднем сиденье сумка с автоматическим оружием – дорожная полиция была бы совсем некстати. Тут я был с ним согласен. Я вел машину как автомат. Я не спал уже в течение сорока часов. Но я не жалел о том, что отказался от возможности вздремнуть в мотеле у Даффи. Я был рад тому, как провел там время, хотя Даффи и не разделяла моих чувств.

– Сворачивай на следующей развязке, – бросил Бек.

Как раз здесь I-84 проходила прямо через Хартфорд. Огни города окрашивали в оранжевый цвет низкие тучи. Свернув с шоссе, мы очутились на широкой дороге, которая через милю сузилась и углубилась в безлюдные поля.

Повсюду вокруг была сплошная темнота. Кое-где встречались закрытые магазинчики, заправки, а потом не осталось ничего, кроме темных силуэтов деревьев.

– Следующий поворот направо, – через восемь минут сказал Бек.

Я свернул на проселочную дорогу. Покрытие было ужасное, дорога то и дело петляла. Темнота повсюду. Я был вынужден сосредоточиться. Меня совсем не радовала мысль о том, что еще предстоит возвращаться назад.

– Езжай прямо, – сказал Бек.

Мы проехали еще восемь или девять миль. Я понятия не имел, куда мы направляемся.

– Отлично, – наконец бросил Бек. – Скоро мы увидим впереди Дьюка. Он нас ждет.

Через полторы мили мои фары высветили задний номер машины Дьюка. Она стояла на обочине, накренившись в кювет.

– Остановись за ним.

Я подъехал вплотную к «линкольну» и перевел рукоятку коробки передач на парковку. Мне ужасно хотелось спать. Пять минут сна стали бы огромным облегчением. Но Дьюк выскочил из машины, как только узнал нас, и поспешил к окну Бека. Бек опустил стекло, и Дьюк, присев на корточки, просунул голову в салон.

– Их хибара в двух милях впереди, – сказал он. – Грунтовая дорога плавно поворачивает налево. Половину можно будет проехать на машине, если не шуметь и не зажигать свет. Остальное придется идти пешком.

Бек промолчал и поднял свое стекло. Дьюк вернулся к своей машине. «Линкольн» выехал из кювета и выпрямился. Я поехал следом за ним. За сто ярдов до грунтовой дороги мы погасили фары. Дальше поехали очень медленно. Светила луна. «Линкольн» впереди вздрагивал и раскачивался, наезжая на рытвины. «Кадиллак» повторял его движения в противофазе: поднимался, когда «линкольн» нырял вниз, крутился вправо, когда «линкольн» извивался влево. Мы ползли с черепашьей скоростью. Сократили разделявшее нас расстояние. Вдруг ярко вспыхнули стоп-сигналы «линкольна», и машина застыла на месте. Я остановился позади него. Развернувшись, Бек схватил спортивную сумку и расстегнул молнию. Протянул мне один из МП5К и два запасных магазина по тридцать патронов.