Розанна представила себе пятнадцатилетнего мальчишку, которого силой принудили к браку. Ей стало мучительно жаль его.
Вздохнув, Роджер стал рассказывать дальше:
— Она умерла в родах. Бедная леди Агнес! Мне до сих пор жутко вспоминать об этом, хотя я и не любил ее. Но ведь она так мучилась! И я поневоле чувствовал себя виновником этих мучений и ее безвременной смерти!
— Я понимаю вас, милорд, и глубоко сочувствую вашему горю! — проникновенно произнесла Розанна.
— Это было давно.
— А что случилось с вашей второй супругой? — робко спросила она.
— Не стоит об этом! — холодно ответил он и снова замкнулся в молчании.
Розанна поняла, что больше не услышит от него ни слова. Кушетка скрипнула: Рэвенспер повернулся к стене. Он притворился спящим, но воспоминания о трагических событиях прошлого не давали ему сомкнуть глаз.
Решив во что бы то ни стало сочетаться вторым браком с девушкой, которую выберет он сам, Роджер взял в супруги смазливую девчонку из простонародья. Все уговоры родителей оказались тщетными, и он гордо повел свою избранницу к венцу, рассудив, что уж она-то доставит ему удовольствие на брачном ложе. Так оно и вышло. Беда была лишь в том, что уж слишком щедро расточала новая баронесса Рэвенспер свои дары! Удовольствие на ложе делили с ней почти все его рыцари, если верить всезнающей молве! И вскоре произошло убийство…
Роджер запретил себе предаваться дальнейшим воспоминаниям о своей неверной жене и о ее ужасной кончине. Вместо этого он в который уже раз задался вопросом, стоило ли ему, нарушив собственную клятву — никогда больше не жениться, — вступать в третий брак? При мысли об этом губы его тронула улыбка, и он снова с уверенностью ответил себе: да, стоило! Розанна создана для него, и рано или поздно она поймет это!
Розанна долго лежала без сна. Она с тоской думала о сэре Брайане. Боже, какие муки он испытывает сейчас, представляя себе возлюбленную в хищных объятиях Рэвенспера! Девушка была несказанно горда тем, что избежала этой участи и осталась верна любимому.
Лишь к середине ночи веки ее смежил чуткий сон. Ранним утром она проснулась, словно от толчка, и со страхом взглянула на кушетку, где спал Рэвенспер. Его там не оказалось! Она поспешно вскочила на ноги, опасаясь, что он успел перебраться на супружеское ложе и вот-вот схватит ее своими цепкими руками.
— Неужто вы опасаетесь, что в кровати, кроме вас, притаилось еще несколько змей? — усмехнулся Рэвенспер, наклонившись к ней. — Или вас по-прежнему снедает ужас перед супружескими объятиями?
Розанна глядела на него снизу вверх. Боже, и этот исполин с лицом древнегреческого бога — ее муж! При этой мысли она невольно содрогнулась. Рэвенспер, не сводя с нее взгляда, процедил сквозь зубы:
— Поскольку вы продолжаете вести себя, как испорченный ребенок, вас следовало бы хорошенько отшлепать!
— Только попробуйте! — прошипела Розанна, но Роджер уже схватил ее за талию и, сев на постель, уложил девушку животом вниз к себе на колени. Он решительно задрал до самых ее плеч подол ночной сорочки, и при виде ее округлых ягодиц, стройных бедер и тонкой талии злость его мгновенно улетучилась. Розанна, как ни пыталась, не могла положить конец унижению, которому он ее подвергал. Ее попытки высвободиться из его рук лишь веселили Роджера.
Услышав голоса за дверью новобрачных, Кейт Кендалл кивнула Элис, и обе служанки, негромко постучав, вошли в спальню. Они принесли Розанне новый наряд для верховой езды. Ноги их словно приросли к полу, когда женщины увидели, как их новый господин, склонившись над обнаженным задом своей молодой супруги, покрывает его нежными поцелуями. Розанна была смущена и раздосадована нисколько не меньше их. Не без труда приняв вертикальное положение, она улыбнулась зардевшейся Элис и как ни в чем не бывало проговорила:
— Какой восхитительный наряд! И как хорошо, что вы принесли его мне!
— Это — еще один подарок по случаю вашего бракосочетания, — пояснила Кейт.
— Его заказал для вас барон Рэвенспер, — добавила Элис, но Кейт смерила ее столь неприязненным взглядом, что девушка вконец смешалась и потупилась.
Розанна скороговоркой произнесла:
— А впрочем, лучше я надену сегодня другой костюм. Тот, что не так давно подарил мне отец. Вы подадите его мне, Кейт?
— Мисс Противоречие! — пробормотала Кейт.
— Ведь вы не лишите меня права самой выбирать, во что одеться? — ангельским голоском спросила Розанна, взглянув на Рэвенспера.
Его рука под одеялом легонько сжала ее обнаженное бедро. Девушка вздрогнула.
— Одевайтесь, как вам угодно, — с улыбкой проговорил он. — Меня, по правде говоря, гораздо больше занимает процесс раздевания!
Элис покраснела до корней волос.
— Око за око… — пробормотала Кейт, отводя глаза.
Роджер достал из шкафа плащ и, перебросив его через руку, собрался уходить.
— Если я попрошу вас поторопиться, — сказал он Розанне, все еще сидевшей на кровати, — чтобы успеть дотемна добраться в Рэвенсворт, то вы, надо полагать, намеренно станете медлить. Но в этом случае нам придется заночевать на каком-нибудь жалком, унылом постоялом дворе. Так что выбор за вами!
— У меня много недостатков, милорд, но медлительность не входит в их число! — воскликнула она, выскакивая из постели.
— Превосходно! — произнес Роджер, обращаясь более к самому себе, чем к кому-либо из находившихся в комнате. Розанна с трудом подавила искушение запустить в него тяжелым канделябром.
Кейт поспешно подошла к кровати и принялась разглядывать белоснежную простыню. Не обнаружив на ней ни пятна крови, ни следов пролитого семени, она выпрямилась и поджала губы.
Женщина прекрасно понимала, что Розанна играла с огнем. Разве можно будить в мужчине зверя, пытаясь заставить его подчиняться нелепым женским капризам, отказывая ему в супружеских ласках! Да, но как втолковать это упрямой, своевольной девчонке? Ведь барон Рэвенспер может стать опасен, и тогда горе его юной жене! Похоже, они с Ро-занной стоят друг друга!
— Я еще проучу его! — воскликнула Розанна, едва дверь спальни за Рэвенспером закрылась.
— Кишка тонка! — усмехнулась Кейт.
Словно не расслышав ее реплики, девушка продолжала:
— Ах, если бы мы ехали в Лондон, а не на север! Я так много слыхала о придворной жизни в Вестминстере! Если бы хоть одном глазком взглянуть на королеву и самой решить, правду ли о ней болтают!
— Если бы да кабы…
— Кейт, еще одна твоя дурацкая присказка, и я закричу! Мне надоело целыми днями слышать от тебя: «Побольше поплачешь, поменьше пописаешь» и «Смех до обедни — слезы к вечерне». Ты что, нарочно злишь меня, да?!
