от зависти! Узрите!
Искренний Ли выложил на бархат три талисмана с таким благоговением, словно держал в руках мощи небожителей. Обычная желтоватая бумага не давала ни свечения, ни видимых потоков ци.
Оценщик замер. Его левая бровь медленно поползла вверх. Наклонившись вперед, старик шумно принюхался, после чего его физиономию перекосило от искреннего омерзения, будто вместо товара на полированное дерево шлепнулся кусок свежего навоза.
— Бумага? — голос старика зазвенел от ярости. — Обычная, дешевая волокнистая бумага⁈ Вы притащили этот мусор на Теневой Аукцион Цзиньяня⁈ Вы, грязные рыночные крысы, решили, что можете тратить моё время на детские каракули⁈ Охрана! Вышвырните этих мусорщиков на улицу и переломайте им ноги!
Стражники у дверей угрожающе шагнули вперед. В этот самый миг Чжао и Ли разыграли спектакль, достойный столичных подмостков. Мошенники синхронно ахнули и рухнули коленями прямо на ворс дорогих ковров, принявшись исступленно колотиться лбами о пол перед носками сапог. Правда не оценщика… а своего спутника! Нацепив при этом на лица маски животного ужаса.
— Грандмастер Хао, пощадите! — завыл Искренний Ли, пуская настоящие слезы. — Умоляем, не гневайтесь! Этот невежда слеп, как крот в полдень! Он не ведает, что творит!
— О, великий мастер! Сдержите свой гнев, прошу! — вторил ему Чжао, судорожно вцепившись в подол чужого халата. Развернувшись к опешившему клерку, он выдал полную фанатичной ярости тираду: — Ты… слепой кусок идиота! Ты имеешь глаза, но не видишь горы Тайшань! Ты смеешь оскорблять работу самого Грандмастера Хао⁈ Молись, чтобы он не испепелил твою ничтожную душу прямо здесь!
Оценщик подавился воздухом. Театральность происходящего сбила с толку даже повидавшую всякое охрану, заставив их неуверенно замереть на полпути. Стоявший неподвижно Мин наконец соизволил поднять голову. На старика уставился взгляд, напрочь лишенный немощи, и юноша просто перестал сдерживать свою истинную ауру, не проронив ни единого слова.
С огромным трудом открытые и заполненные меридианы распахнулись. Ци хлынула наружу, отчего воздух в роскошном кабинете стал густым и вязким. Пространство вокруг посетителя ощутимо исказилось. Прокатившаяся по комнате волна давления заставила стражников у дверей с хрипом отшатнуться, судорожно цепляясь за собственные воротники в попытке вдохнуть. Сила, которая могла принадлежать какому-нибудь клановому гению ударила их так внезапно, что они даже не успели подготовиться к подобному.
Оценщик вдруг осознал, что невидимая рука намертво сдавила его сердце. Собственная ци старика в панике свернулась внутри каналов, полностью отказываясь подчиняться приказам, и вжавшийся в кресло мужчина лишь часто моргал расширившимися зрачками, пока по его лбу катились крупные капли пота.
Дорогая тушечница из кровавого нефрита громко хрустнула, не выдержав плотности выпущенной энергии. Покрытый сеткой трещин артефакт взорвался прямо на столе, щедро разбрызгав чернила по разложенным документам.
Мин наклонился вперед и постучал пальцем по желтоватой бумаге талисмана.
— Если твои глаза не способны увидеть суть за дешевой оберткой, — сказал Мин голосом, пустившим ледяной сквозняк по чужой спине, — возможно, мне стоит выколоть их, чтобы они больше не позорили твоего хозяина?
Старик мелко затрясся. Привыкший смотреть на просителей свысока практик отчетливо осознал свою полнейшую беспомощность перед этим человеком, чья аура напоминала присутствие решившего примерить человеческую шкуру монстра.
— П-пощадите, Грандмастер… — выдавил старик, клацая зубами. Его дрожащие руки потянулись к переговорному амулету на столе. — Я… я недостоин… Я немедленно вызову Мастера Аукциона! Только он… только он вправе оценивать товары такого уровня! Вы поймите, я же принимаю товары только на первый блок, а там ведь…
— Мне сойдет и первый, — холодно бросил Мин.
Старик тяжело сглотнул, понимая, что этот молодой господин принес что-то что даже не собирается продавать в главных лотах.
Мин втянул ауру обратно, позволив воздуху со свистом вернуться в помещение. Стражники у дверей принялись судорожно вдыхать. Чжао и Ли отлично знали о готовящемся плане, но это не помешало им вытирать дрожащими руками вполне настоящую испарину со лбов.
— Я жду, — поторопил старика Мин.
Спотыкающийся клерк умчался за начальством, а троицу гостей спешно проводили в отдельный зал ожидания, где царила приятная тишина, изредка нарушаемая легким звоном нефритовых чаш. Мин опустился в глубокое кресло. Мошенники тут же вытянулись за его спиной, выпятив груди с таким невозмутимым видом, будто этот роскошный город принадлежал им по праву рождения.
Идиллия вскоре нарушилась. В зал ожидания вплыл молодой человек в ослепительных одеждах из золотого шелка, чью талию оттягивали артефакты стоимостью в годовой бюджет Фэнси, а за ним семенила целая свита слуг. На лице аристократа застыла гримаса крайнего омерзения.
Проходя мимо кресла начертателя, господин в золоте брезгливо взмахнул расписным веером, словно отгоняя назойливых мух, и жесткий край инструмента больно щелкнул Честного Чжао по запястью.
— Уберите от меня эту нищету, — манерно процедил юноша, обращаясь к своим слугам. — Теневой Аукцион совсем скатился, раз пускает в эти залы бродяг, от которых разит базарной кислятиной. Если их блохи перепрыгнут на мой шелк, я прикажу сжечь этот диван вместе с ними.
Чжао стиснул зубы и благоразумно опустил глаза.
— Это наследник торгового клана Цзинь, — едва слышно шепнул Искренний Ли, наклонившись к уху Мина. — Денег больше, чем ума. Любит скупать всё самое блестящее.
Юноша даже не открыл глаз, лишь позволил уголку губ дрогнуть в хищной полуулыбке, поскольку этот напыщенный золотой мешок с деньгами буквально сам напрашивался на основательное потрошение ради спонсирования будущих покупок.
Впрочем, внимание начертателя привлекло совершенно другое. Незримо скользящее по залу Духовное чутьё наткнулось на вязкое сопротивление в тени дальних колонн, где устроилась троица в потертых кожаных доспехах. Воздух вокруг этих людей пропитался тошнотворным духом застарелой крови, а колючие и нестабильные ауры с головой выдавали приверженцев запретных техник.
— Клан Кровавого Клинка, — одними губами произнес Чжао, заметив, куда направлено внимание старшего. — Мелкая, но отбитая наглухо секта стервятников. Скорее всего их наняли в защиту кого-то из гостей
Убийцы откровенно пялились на книжника в компании дрожащих торгашей. В их тяжелых взглядах читался лишь волчий голод, присматривающихся к отбившейся от стада хромой овце, и эти ублюдки явно прикидывали, чем именно сможет поживиться их шайка.
Боец с уродливым шрамом через всё лицо перехватил направленный взгляд. Плотоядно облизнувшись, убийца демонстративно провел большим пальцем по горлу.
Мин спокойно поправил широкий рукав шелкового халата. Сперва следовало основательно выпотрошить карманы того заносчивого золотого петуха, а уж затем можно будет наглядно продемонстрировать местным стервятникам последствия попыток проглотить кусок мяса с раскаленным гвоздем внутри.
Бесшумно распахнувшиеся двери впустили в зал Мастера Аукциона. Заметив фигуру начертателя, тучный мужчина с глазами-щелочками немедленно согнулся в поклоне, едва не приложившись лбом о паркет.
— Грандмастер Хао… — благоговейно прошептал он. — Прошу, следуйте за
