иначе чем Невероятный Синдзи просто не представляется возможным. Или вероятным, хах.
— Ты переводишь тему. — догадался я. Мы пошли вниз, по лестнице, на парковку, где Майко-чан оставила свою тюнингованную в лучших традициях отаку и босодзоку желтую гоночную «Субару». Субаристы все немного двинутые, если вы хотите знать мое мнение, совсем со своим оппозитным мотором и вращающим моментом с ума посходили. Автомобиль он для того, чтобы перемещаться в пространстве, желательно с комфортом, а не впиваться в ручки дверей и подлокотники кресла, чтобы тебя не снесло куда-нибудь к черту. Какая поездка в такси может сравниться с поездкой на этом аттракционе паленой резины и убитых амортизаторов?
— Так как ты его загасила, замочила, склеила ему ласты, намазала лоб зеленкой, ликвидировала…
— Да не убивала я его. Ну… не потому, что не хотела. — призналась Майко: — живучий гад, оказался. Я, когда ты упал — не стала тебя поднимать, уж извини, хах. — я пожал плечами, не до сентиментов было, шел бой и каждая секунда была на счету. Поднимая меня, Майко могла не успеть и тощий Сабуро мог бы прийти в себя и все вернулось бы в прежнее положение — я лежу на полу, а Майко-чан выжимают и скручивают. Или надоело бы ему развлекаться и он бы перерезал Майко водяным хлыстом пополам, или голову там отрезал. Много вариантов.
— Потому я ему позвоночник перебила, хах. — сказала Майко. Легко и непринужденно. Перебить позвоночник — это тебе не кот чихнул, это уметь надо. Хотя, с ее силой и скоростью, вероятно достаточно просто сильного удара по шее.
— Ну вот. Думала он все, тобой занялась, скорую вызвала, старикана Джиро предупредила, а он потом оказывается выжил, сволочь такая. Надо было голову ему отвертеть все-таки. Хотя… и так получилось хорошо. Этот ублюдок до конца дней своих останется парализованным ниже шеи. А проводить этот остаток дней он будет в тюрьме. Думаю, это хуже, чем просто помереть, хах.
— А. — сказал я: — так вот почему Джиро-сама говорил, что ты перегнула палку. Он думает, что ты это нарочно.
— Угу. — скривила губы Майко: — типа, «если необходимо, то подари врагу достойную смерть, но не мучай его и не издевайся над ним». Не надо ломать ему коленки и вытаскивать глазные яблоки, вот так.
— А… обычно ты это делаешь? — осторожно спросил я, не понимая, шутит Майко или нет.
— Ну вот еще! — фыркнула Майко: — не делаю, конечно. Зачем мне так делать? Я ж не садистка какая на голову больная. Само получается. — мы дошли до ее машины и Майко пикнула брелком. Двери на ее «Субару» тоже были тюнингованы в стиле «босодзоку» и взмыли в воздух двумя гильотинами по бокам.
— Спасибо. — сказал я, когда мы подъехали к дому: — за то, что подвезла и вообще.
— Что за глупости. — усмехнулась Майко: — в конце концов ты мне жизнь спас. А потом я тебе спасла, хах. Так что теперь — как там китайцы говорят — если ты спас человека, то ты становишься ответственен за все, что он натворит до своей смерти. Веди себя хорошо, Синдзи-кун, иначе все твои грешки будут на моей совести.
— А как же ты? — спросил я, выходя из машины: — ты тоже должна вести себя хорошо?
— Ничего подобного — мотнула головой Майко, закрывая гильотинную дверь своего желтого «Субару»: — то, что натворю я теперь на твоей совести. Так что я могу вести себя как захочу. Все равно отвечать тебе, хах.
— Интересная точка зрения. — заметил я, краем глаза проследив за Майко. Та устремилась вперед, не испытывая никаких сомнений. Странно, подумал я, она приготовила мне ужин, накормила меня и мою одноклассницу, даже свозила меня в больницу к Нанасэ-нээсан и подождала, отвезла меня назад. Если план действий был «присмотреть за пацаном, пока его сестричка в больнице», то этот план уже перевыполнен. Но вот она, уверено идет к нашей двери, так, как будто делала это уже сотни раз. Впрочем, кто я такой, чтобы подвергать сомнению действия самой Майко? Ну и кроме того, если она собралась ночевать у нас, то это значит я и Синдзи-кун сможем увидеть увлекательную премьеру фильма «Майко-чан переодевается перед сном». Интересно, взяла ли она с собой пижаму, или может быть она из тех девушек, которые предпочитают свободу и спят в одних трусиках? а то и без…
— Проходи. — Майко ничтоже сумняшеся открыла нашу дверь своим ключом. Не то, чтобы я не знал что у людей Джиро-сама был ключ от новых замков и новой двери (как-то же они устанавливали технику и делали ремонт, да и двери с замком меняли), но это немного покоробило меня. Все-таки это наш с Нанасэ дом. Конечно, Майко умная, отважная и красивая, она супер и вообще жизнь мне спасла… аааа, действительно, чего я завелся. Есть у нее ключ и есть. Вообще может это из соображений безопасности.
— Тадаима. — сказал я, пройдя домой и включив свет.
— Давай-ка на пальцах, кто в ванную первый. — сказала Майко, привалившись к двери: — день был не самый легкий и я уже с ног долой.
— Ступай. — пожал плечами я: — я весь день ничего не делал, так что чистый.
— Хорошо. — Майко скинула туфли и проследовала в ванную, откуда проворчала что у нас в ванной невероятно тесно. Потом зажурчала вода, зашумел душ и раздалось немузыкальное пение. Ага, подумал я, сняв пиджак и привалившись к спинке стула, и еще одна заметка — петь Майко тоже не умеет. Думаю, что если бы она жила с нами и пела бы так постоянно, то соседи бы донесли на нас в полицию что мы мучаем кошку. Или собаку. Это что же получается, все что Майко умеет делать по-настоящему хорошо — это ломать людям кости и притворятся другими людьми? Как я и думал, она прирожденный шпион. Или ассасин. Скрыться в толпе, изменить внешность, подобраться поближе… если подумать никто не сможет защититься от такой как она. Бррр… даже мурашки по коже. И откуда в нашем городе, в семье якудза такие таланты? С другой стороны и город-то у нас немаленький, столица префектуры все-таки, и кланы якудзы в нем тоже должны быть не хухры-мухры. С этими мыслями я принялся расстилать себе и Майко футоны. На приличном расстоянии, как и положено разнополым гостям. Правда приличное расстояние в нашей комнате означало только то, что ты едва мог дотянуться до другого футона рукой — больше места не было.
— Как здорово все-таки душ принять! —
