- Ты в кресло или на диван, - хлопочет Тим, помогая жене забрать ребенка у отца.
- На диване, так удобнее.
- Мы быстро, а вы пейте чай, - уточняет Тим.
- Папуль, тебе сделать чай?
- Мне кофе.
Я поднимаюсь на ноги на автомате. Как будто не было девяти месяцев разлуки, как будто вчера я слышала это «Есения, кофе» и мчалась делать его. Инстинкты сработали моментально.
Вижу, что Полина поднялась со мной и застыла.
- Я сделаю. Мне не трудно.
Я подхожу к кофемашине и делаю кофе. Помню, какой он любит. Беру и ставлю перед ним. Флешбеки не просто атакуют, а захватили и правят балом.
- Папуль, а Есению пригласили пожить у нас Тим и Дина.
Артур хмыкнул, удивлённо приподняв бровь.
- Не буду мешать вашей молодой жизни. У меня полно дел в городе.
- В смысле, ты уедешь от нас? Опять туда?! - злится Поля.
- А куда ещё?
- Мог бы и не напоминать!
Девчонка белила салфетку на стол и пулей вылетела из кухни.
- У нас почти все по прежнему, - улыбнулся Артур, - Полин переходной возраст во всей красе.
- Время такое, папочка. Лучше пусть переживет его в пятнадцать, чем позже, - улыбнулась.
Кто знает, что было бы, если бы мне удалось прожить все эти кризисы вовремя. Возможно, удалось бы сэкономить деньги на походах к психологу.
- И не волнуйся, я не стану обременять. Дина и Тим пошутили.
- Мы не пошутили, - крикнул из гостиной Тим. - Папа, ты же не против?
- Развлекайтесь, мешать не буду. Что ваши годы.
Артур поднимается из-за стола, допивая кофе настолько быстро, что это даже как-то странно.
- Язык обожжешь, - замечаю, как он скривился после глотка.
И тоже поднялась на ноги. И понизила голос, чтоб любопытные уши в гостиной не подслушивали.
- Послушай, - коснулась его руки, задержав. - Не нужно побегов из собственного дома. Если тебе так некомфортно скажи, и я уеду.
- Мне все равно, здесь ты будешь ли нет.
Идёт к раковине, чтобы вымыть чашку.
- Ясно. Глупость сморозила. Ладно. Прости.
Я разворачиваюсь и выхожу из кухни. Застаю Дину и Тима за милейшей сценой. Булочка ест, мамочка кормит, папочка обнимает их, оберегая как коршун. Очень круто.
- Мне уже пора. Дин, скажи, когда будет известно что-то с крестинами. И звони, когда можно заходить в гости.
- В какие гости? Ты остаешься, точка, - возмущается Тим.
- Я не останусь, - отвечаю твердо.
- Вот и помогла, ну, чо, круто? А я вам только что говорила, что она уже не нашего уровня полета птица. У нее же карьера. Кто мы и кто она, - грызет яблоко Полина и незатейливо бросается колкими словами.
- Понятно, как знаешь, - Дина стушевались и обратила все внимание на дочь.
- Так а зачем тогда приезжала, могла бы позвонить, - едва не рявкнул Тим.
- А она взмахнула крыльями и уже не здесь, - поет Полина.
Я сцепила зубы и вскинула брови. Что ж.
- Ладно. Я останусь. Но при одном условии.
Подхожу к стеллажу у стены р открываю шуфляду. Настолки там, где я помню.
- Выиграйте сперва, - достаю поезда. - И тогда загадывайте желания. Мамасита может остаться с дочерью. Новицкие, вам спуску не дам.
- И что нам это даст? - фыркает Полина.
- Ты хочешь, чтоб я осталась, или нет? - смотрю на нее.
- А это уже манипуляция. Разве добровольно нельзя это сделать? - парирует Поля.
- Слушайте, а может достаточно мериться характерами? - прошипела Дина и ойкнула, когда дочь ущипнула ее за грудь. - Ты останешься у нас и мне плевать, кому и что не так. Всем понятно?!
- Я в твоей корзине, малыш, - смеётся Тим.
- Ой да делайте, что хотите!
Полина убегает на верх.
- Буду поздно, к ужину не ждите.
В гостиной наконец-то появляется Артур.
- Ты уверен? У нас в гостях Сеня.
- У вас в гостях, - поправил отец и прикоснулся к волосам Марго, - у меня есть личные дела, поэтому прошу меня извинить.
- Не извиняйся, мы не вправе тебя задерживать.
Ну правда ведь? Я же готовилась и к такому варианту. Не важно, что я там болтала и чему осталась верна. Он свободный человек. Взрослый. Красивый. Имеет право на личную жизнь.
Я говорила об этом, когда уезжала. Если вещи, которые мы говорили друг другу, правда, то всегда будет шанс. А на нет и суда нет. Я же хотела ему только счастья. Мне придется смириться с тем, что не со мной.
Вот Полина - другое дело.
- Если вы не против, я догоню Полю.
Я не жду их одобрения и иду наверх. Помню, где находится ее комната, и иду туда.
20 глава
Есения
Стучу прежде чем войти.
- Это Сеня. Можно?
- Уже уходишь? Пришла попрощаться?
- Нет. Пустишь? Или будем перекрикиваться через дверь?
- Дверь не заперта или тебе открыть?
Полина распахивает дверь и смотрит на меня дерзко.
- Предупреждаю, я уже не та наивная девочка, что год назад. Эти месяцы научили меня многому. А в частности одному: всегда будь на стороне папы.
- Я не буду даже спорить с этим. Знаешь, чему время научило меня? Не вестись на эмоции и не отказывать себе в истинных желаниях. И сейчас, нравится тебе это или нет, я сделаю то, что хочу с тех пор, как вошла.
Я делаю шаг к девчонке, заключаю ее в крепкие объятия и звонко целую в лоб.
- Я скучала по тебе, маленькая ты чертяка.
- А я нет. Знаешь почему?
Смотрит иронично и пытается вырваться.
- Он едва не рехнулся тет-а-тет со своим горем.
Я не отпускаю.
- Горем? О чем ты, Полинка?
Едва ли она обозначила таким словом и интонацией мой отъезд. Что-то внутри ухнуло.
- Она сделала аборт, пыталась ускорить свадьбу, папуля ничего даже не подозревал. А потом он просто перестал с нами разговаривать, - вырывается из моих объятий.
Я застыла посреди комнаты словно вкопанная. Нахмурила брови, сердце забилось быстрее и сжалось.
- Боже мой, - выдохнула.
Взяла себя в руки. Подошла к Полине, усадила ее на кровать, села напротив.
- Расскажи мне, пожалуйста, больше. Я умоляю тебя, Поль.
- Я не буду ничего тебе рассказывать, потому что все, что знала, рассказала. Об остальном история умалчивает. Иди с ним на контакт, если сможешь.
Поля изучает носочки тапочек, а на меня не смотрит.
Я трогаю ее за колено и привлекаю к себе внимание.
- Думаешь, у меня есть шанс?
Мне правда интересно ее мнение. Она любит папочку и хорошо его знает. А общую закрытость и отстраненность я и сама заметила.
- Вряд ли, он почти не говорит о посторонних женщинах. А когда-то сказал, что ждёт от Тима побольше детей. Кажется, что он теперь отрывается на Марго, потому что не израсходовал свой отцовский потенциал.
- Ну, мне бы хотелось думать, что я не просто посторонняя женщина, - хмыкаю негромко.
Дети, значит. Хочет восполнить то, что у него отняли. Неправильно возмещать утерянное так. Ну да ладно.
- Ты можешь думать обо мне, что хочешь, но я хочу, чтобы ты знала. Я люблю его. Время не изменило это.
- Зачем тогда бросила его в сложный момент?!
- Потому что если бы осталась, у нас не было бы будущего. Я бы все испортила. Я понимаю, что это сложно объяснить, но иногда до определенных вещей нужно… дорасти. У нас были зависимые отношения с отягощающими обстоятельствами. Я уехала не потому, что не хотела его поддержать. Я уехала потому, что я не могла его поддержать. Последнее, что ему было нужно тогда - это мои истерики.
- В трудные времена всегда лучше быть вместе, несмотря ни на что. Но тебе виднее, - пожимает плечами.
- Это не всегда так работает.
Я не могу объяснить ей, что у меня ушло 9 месяцев работы с психологом только для того, чтобы находиться в этом доме снова и разговаривать со всеми ими. Этого не понять, когда нет проблем. А ее папа любит ее больше жизни и обеспечивает ей жизнь без проблем.
