разбег. Удар. Два предыдущих югослава били в левый от Харина угол. А Робер бьёт в правый. И зря. Потому что Дима, в отличие от двух предыдущих попыток, играет не по удару. Он не реагирует. Он гадает. И гадает на все десять из десяти.
Есть контакт.
2:2 — и у нас удар в запасе.
К мячу подходит Зыгмантович. Удар. И — да твою ж мать! — штанга. 2:2.
Следом Панчев. Югославский страйкер разбегается. И здесь уже без шансов для Харина.
Но точно так же без шансов для Ивковича бьёт Гена Литовченко. На силу, точно, умело, как надо. Счёт 3:3.
Взгляд у Харина такой, что я даже отсюда, с полполя, вижу эти абсолютно сумасшедшие, горящие и какие-то даже ненавидящие весь белый свет глаза. Дима сейчас просто на каком-то бешеном взводе. Он как будто весь превратился — ну не знаю — в чистую, концентрированную, ничем не разбавленную футбольную ярость.
Савичевич бьёт. И ведь хорошо бьёт. Но Харин… Но нет. Но на линии ворот не Харин. Совсем не Харин. Это какой-то футбольный демон, футбольный бог войны, потому что прыжок — ну просто нечеловеческий. Даже рык перекрывает восторги стадиона.
И ваше слово, товарищ Сергеев.
Пятый удар нашей сборной — мой. Я смотрю на Ивковича, Ивкович смотрит на меня. Потом я смотрю на мяч — наверное, мяч тоже смотрит на меня. Потом снова взгляд на Ивковича.
Три шага назад. Ещё три шага назад.
Глубокий вдох, выдох. Вдох, выдох. Задержал дыхание — и вперёд.
Разбег. И…
Всё. Звук как будто выключили.
Я не слышу трибуны. Не слышу Ивковича, который кричит что-то в уже стемневшее небо. И не слышу звука бегущих на меня партнёров, а они наверняка не молчат, наверняка орут как резаные.
А потом меня сбивает с ног ликующая красная волна, в которую превратилась наша сборная. Эта волна сбивает меня с ног, а потом в едином порыве кидается к Харину. И я тоже часть этой волны.
И вот здесь звук возвращается. Ровно в тот момент, когда мы подбрасываем Диму раз за разом в — теперь уже счастливое для нас — флорентийское небо.
4:3 в серии пенальти. 0:0 после ста двадцати минут. И это значит, что сборная Советского Союза в полуфинале чемпионата мира!
* * *
Ну а играть нам в полуфинале с подопечными Кайзера Франца. Немцы в своей четверти знатно зарубились с оранжевыми, и в итоге таланта Ван Бастена, Райкаарда, Гуллита и других не хватило для того, чтобы побить немецкий класс. Даже немного жалко.
Немцы немцами, соперник грозный и мастеровитый. Но с голландцами лично мне было бы играть интереснее. Не легче — когда против тебя выходят такие зубры, слово «легче» звучит даже как-то кощунственно. Но интереснее.
Голландия — это команда, которая и сама атакует, и другим даёт. Было бы очень красиво. Тем более что это была бы попытка реванша за их поражение двухлетней давности. Наверняка голландцы отдельно вложились бы в то, чтобы отомстить нам. Но нет. Не получилось. Не в этот раз.
Значит, так тому и быть. Немцы как немцы.
Глава 15
ПРАВДА
Орган Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза
№ 186 (26269) Четверг, 5 июля 1990 года Цена 5 коп.
НА ПУТИ К ЕДИНОЙ ГЕРМАНИИ
Историческая встреча в Берлине
Берлин. (Эдуард Агафонов, корр. «Правды»). 1 июля 1990 года навсегда войдёт в историю современной Европы. В этот день в столице Германской Демократической Республики состоялась встреча Председателя Государственного совета ГДР, Генерального секретаря ЦК Социалистической единой партии Германии товарища Эриха Хонеккера и Федерального канцлера Федеративной Республики Германии Гельмута Коля. Главной темой переговоров стали практические шаги на пути формирования единого германского государства на принципах конфедерации.
Встреча проходила в обстановке деловой откровенности и взаимного уважения. По её итогам стороны подписали совместное коммюнике, излагающее согласованные подходы к будущему государственному устройству объединённой Германии — Конфедеративной Республики Германии (КРГ).
В соответствии с подписанным документом, КРГ будет представлять собой союз двух равноправных немецких государств — ГДР и ФРГ, — сохраняющих свой общественно-политический строй, государственный суверенитет и международные обязательства. Объединение, как подчеркнули обе стороны, не является поглощением одного государства другим, а представляет собой свободное соединение двух частей немецкого народа на основах равенства, взаимного уважения и общей исторической ответственности и является естественным и необходимым шагом к снижению напряжённости в Европе и в мире — курс, на который был взят на исторической встрече Генерального секретаря ЦК КПСС товарища Г. В. Романова и бывшего президента США Р. Рейгана в октябре 1986 года.
Согласован ряд ключевых принципов будущего конфедеративного устройства.
В области политической предусматривается создание Конфедерального собрания — двухпалатного законодательного органа, формируемого на паритетной основе. Палата представителей будет формироваться по пропорциональному принципу, Палата федерации — по принципу равного представительства каждого из двух государств. Высшим должностным лицом конфедерации станет председатель, избираемый Конфедеральным собранием на ротационной основе сроком на два года из представителей обеих сторон.
В области экономической стороны продолжили переговоры о поэтапном формировании единого экономического пространства при сохранении в первоначальный период двух национальных валют — марки ГДР и марки ФРГ — с фиксированным курсом и свободной конвертируемостью. В перспективе предусмотрено введение единой общегерманской денежной единицы. Предложение о немедленном введении западногерманской марки в качестве единого платёжного средства, обсуждавшееся в ряде западных кругов, было отклонено как противоречащее принципу равноправия. Контрпредложение об использовании в этом качестве восточногерманской марки также было отклонено, что, безусловно, свидетельствует об известной политической и экономической близорукости западногерманской стороны.
В области внешнеполитической, как и было согласовано ранее, каждое из двух государств продолжает подготовку к поэтапному выходу из текущих военно-политических союзов. Поскольку архитектура безопасности в Европе по-прежнему остаётся ключевым вопросом, окончательное решение данной проблемы высокие договаривающиеся стороны решили сделать поэтапным и более продолжительным по времени процессом. Это, безусловно, замедляет процесс создания нового единого немецкого государства, но позволяет сделать его более управляемым и более отвечающим интересам Советского Союза. И товарищ Эрих Хонеккер, и господин Гельмут Коль подтвердили намерение будущего немецкого государства проводить нейтральную политику, основанную на принципах мирного сосуществования, взаимного уважения и невмешательства во внутренние дела других государств.
Канцлер ФРГ Гельмут Коль в своём заявлении для прессы подчеркнул, что подписанные документы «открывают путь к преодолению послевоенного раскола Германии без ущерба для интересов её соседей и без нарушения сложившейся системы европейской безопасности». Товарищ Эрих Хонеккер охарактеризовал встречу как «победу здравого смысла над холодной войной».
Особо была отмечена конструктивная
