и общаться с мамой и сестрой. Телефон мне так и не вернули. Забрала мобильник у Валентина. Позвонив родным, сообщила, что со мной всё в порядке. А на связь не выходила из-за того, что телефон уронила в воду. Пришлось выслушать от мамы целую лекцию о том, что нужно быть бережливой. А сестрёнка загрузила меня впечатлениями от поездки. Об отце не говорили. Мама хотела завести о нём разговор, но я тут же перевела беседу на другую тему. Вдоволь наобщавшись с родными, вернула телефон Валентину.
— Не. Не нужно. Возьми себе. Ты же свой утопила, — рассмеялся Валентин, заезжая на заправку. — Давай, принцесса, делай свои дела и поедем дальше. Нам нужно будет ещё заехать в супермаркет, затариться продуктами. Ты, кстати, как готовить умеешь?
— Ну, как тебе сказать. У нас мама готовит. Ну, картошку почистить и яйца пожарить смогу.
— Эх ты. А ещё девочка! Всему вас, баб, учить нужно. Так уж и быть, научу тебя на мангале жарить мясо и рыбу. На тебе будет простенький салат. Думаю, справишься.
— Думаю, да.
Мы с Валентином никуда не спешили. Выходили на заправках размять ноги. По пути заехали в большой магазин, купили продукты. Все, конечно же, выбирал и оплачивал Валентин. Я лишь брала то, что нам понадобится на неделю из гигиенических средств. Ну и по мелочи: шоколадки, конфеты, чипсы.
На дачный участок мы въехали уже ближе к вечеру. Пока разгрузились, пока обследовали дом и двор. Наступил и полноценный вечер. Целую неделю нам предстояло прожить в этом доме с Валентином под одной крышей. И, судя по заявлению Валентина, скучать мне не придётся.
Глава 38
Валентин действовал споро. Пока он готовил и без устали болтал. Я, держа в руках кружку с горячим глинтвейном, наслаждалась теплом и уютом небольшой кухни. За окном непроглядная тьма. Ветки деревьев то и дело скребут по стеклам. На улице холодный неприветливый ветер гонял пожелтевшую листву. По окнам стучали крупные капли дождя. Ветер уныло завывал в каминной трубе. Но в крепком кирпичном доме в компании Валентина мне была не страшна непогода. В очередной раз засмеявшись с его шутки, взмолилась:
— Ой, прекрати. Я живот надорву от твоих историй.
— А вот ещё история, — но рассказать очередную байку Валентин не успел. В дверь громко постучали. Я вздрогнула. А Валентин тут же сделался серьезным. Приложив палец к губам, парень прошептал: Иди в комнату и запрись в ванной. Нос наружу не высовывай.
Я вначале хотела заартачиться, но серьезное лицо Валентина остановило меня. Стараясь не шуметь, выскользнула из кухни и как можно тише поднялась на второй этаж. В свою комнату не пошла и в ванной не закрылась. Осталась стоять на втором этаже, прислушиваясь к звукам, доносящимся из гостиной.
— Кто? — хрипло спросил Валентин.
— Свои, — коротко ответил сильный мужской голос.
Услышала, как Валентин смачно выругался. Он явно узнал того, кто стучал в дверь. Дверной замок щёлкнул, и Валентин поприветствовал вошедших.
— Добрый вечер Станислав Степанович, какими судьбами? В такую погоду дома нужно сидеть в тёплом особняке. А вас занесло в такую глушь. С чем пожаловали?
Услышала удар и поняла, что Валентин нарвался на чей-то кулак. Вскрикнула, когда услышала, как тело рухнуло на пол. Я, не думая о последствиях, кубарем слетела с лестницы и кинулась к лежащему на полу Валентину. Удар был настолько сильным, что бровь парня оказалась рассечённой, и из неё на пол обильно полилась кровь. Метнулась на кухню и, намочив полотенце под холодной водой, кинулась обратно в гостиную. Валентин уже пришел в себя и, тихо матерясь, сидел на полу. Попыталась ему помочь, но он лишь забрал у меня полотенце, крепко прижав мокрую ткань к рассеченной брови. Поняв, что в моих услугах Валентин не нуждается, наконец-то обратила внимание на вошедших.
Двое вооруженных охранников, не обращая никакого внимания на меня и Валентина, проверяли дом на наличие угрозы. В это же время отчим Бориса вольготно расположился в кресле возле журнального столика. Станислав Степанович был элегантно одет: деловой костюм и чёрное кашемировое пальто ему невероятно шли. Ноги мужчина широко расставил, руки закинул за голову. Он внимательно наблюдал за моими действиями. Я же не знала, как себя вести в присутствии мужчин. Станислав Степанович вызывал во мне лишь животный страх. Глаза Станислава Степановича горели алчным огнем. Так хищники смотрят на загнанную в угол добычу. Я не могла сдвинуться с места, так и осталась сидеть на полу подле Валентина. Парень мне ничем, при всём желании не смог бы помочь. Охранники Станислава Степановича невольно вызывали уважение. Здоровые, подтянутые и, судя по кобуре на поясе, вооружены огнестрельным оружием.
— Ну что? Попалась мышка?
Ласковый голос отчима Бориса вывел меня из ступора.
— Зачем вы здесь? Я так понимаю, эта дача Бориса, — Станислав Степанович поднял руки вверх и потянулся.
— И что? Мы вроде как пока с моим пасынком семья, — на это ответить мне было нечего.
Повернувшись к Валентину, попыталась вновь ему помочь. Но он отстранил мою руку, и сказал:
— Лиза идти к себе в комнату.
Идея была не плохой. Нежданно нагрянувшие гости до чёртиков меня пугали. На негнущихся ногах встала и попыталась уйти из гостиной. Но путь к лестнице мне преградил один из амбалов Станислава Степановича.
— Не торопись, Лиза, — я оглянулась на сидящего в кресле мужчину. Сердце моё при этом от страха выпрыгивало из груди. Глаза мои наполнились слезами. На меня опять накатило чувство безысходности. — Я передумал тут оставаться. Пожалуй, погостишь у меня на даче. Забираем её, Андрей, и уходим.
— А что делать с Вальком, бос? Грохнуть? — я кинулась к Валентину. Станислав Степанович негромко засмеялся.
— А ты забавная мышка. Нет, возьмём с собой. Выруби их.
Я не успела ни вскрикнуть, ни подняться на ноги. Почувствовала укол в шею и тут же вырубилась. Приходила в себя очень тяжело. В ушах шумело, голова раскалывалась, в рот словно песка насыпали. Открыв глаза, не поняла, где нахожусь. В голову пришла мысль, что меня похитили инопланетяне и проводят надо мной жуткие эксперименты. Стало жутко. Открыв рот, попыталась закричать.
— Эй. Тише. Всё хорошо, — мужской голос был мне знаком. — Попей, тебе станет лучше.
К моим губам поднесли стакан и помогли сделать глоток. Живительная влага тут же оросила горло. И я с жадностью сделала ещё один глоток. Напившись, прохрипела:
— Где я? — туман через некоторое время в голове развеялся, и зрение моё восстановилось. Я уже поняла, кто рядом со мной.
— В больнице.
