который буду помнить даже при смерти.
— Похищение прошло великолепно. Всё шло по плану. Кроме одного. Зачем вы предупредили девушку? Договор был о том, что жертва не знает о похищении, — один из похитителей, крупный мужчина, сдернул с себя маску.
Шатен мне был совершенно незнаком. Зато его явно хорошо знали все остальные. Мне хотелось спросить, что здесь происходит? Почему похитители привезли меня в особняк Бориса. Но, кажется, он всё уже сказал. До меня начало доходить, что эта была игра. Братья в очередной раз меня использовали. Израненное сердце дало сбой. Я некоторое время в шоке смотрела на Бориса. Он же не удостоил меня даже мимолётным взглядом. Губы Бориса были поджаты, и сам он излучал недовольство. Кем он недоволен? Мной? Я что-то сделала не так?
Слова Бориса говорили об очередной подставе. Мне было больно и обидно. За что он так со мной? Почему вытирает об меня ноги. Разве он не понимает, что я его люблю? Или для него это в порядке вещей так использовать людей? Мне хотелось бить, крушить и рыдать. Когда? Ну, когда это закончится? И сама себе ответила: скоро. Осталось не так много времени. Нужно ещё немного потерпеть. А потом? Что будет потом? Меня оставят в покое?
— Ты как? — рядом с креслом, в котором сидела, сидел на корточках Валентин.
Отвечать не стала, закрыла глаза и откинулась в кресле. Сердце всё ещё бешено колотилось в груди. Ни Борис, ни Артём ко мне и близко не подошли. Это сделал охранник. Который, как оказалось, помнил обо мне и по своему заботился. Для того, кого я любила, я была лишь инструментом, который использовали, когда он был нужен. И только. И только…
Нужна ли мне такая любовь? Нужны ли мне такие отношения? Но как же сложно вырваться из этого омута. Валентин был прав. Оставшись здесь, меня и дальше будут использовать. Я буду получать дорогие подарки, меня будут одевать, как куклу. Я буду исполнять то, что мне скажут. Но разве это любовь? Насколько моей любви хватит? Уверена, что ненадолго. Какая же я всё-таки бесхребетная романтичная дура. Доверившаяся не тому человеку. Мужчине, которому я и на хрен не нужна.
— Никто её не предупреждал. Девушка о похищении не подозревала. Все, как и было раннее обговорено. Мы с Артёмом честно расплатились с вами за проигрыш. Так что, вы удовлетворены?
— Но жертва не кричала. Она не умоляла освободить её и не билась в истерики. И ты, Борис, говоришь, что вы её не предупреждали? Да ты на неё посмотри! Она растеряна, в шоке, немного зла. Но и только. На её лице, по-твоему, есть страх? Нет! Его там нет. А значит, вы не полностью оплатили свой проигрыш.
— Да не пошел бы ты! Вы заказали идиотское похищение, Сергей! — взвился Артём. — Мы его организовали. Что тебе ещё нужно? Ну, извини, что твоя больная фантазия не удовлетворена. Хочешь, я закачу истерику и на тебя поору?
Я не хотела больше здесь находиться. Я просто не могла слушать то, о чём они говорили. Кажется, мне перестало хватать воздуха. Я хотела домой, к маме. Но кто же меня отпустит? Открыв глаза, дотронулась до руки Валентина и тихо прошептала:
— Унеси меня отсюда. Куда угодно, только не в его спальню.
— Борис, Лизе не хорошо. У неё шок. Я отнесу её в западное крыло в гостевую комнату?
— Зачем? Чем моя спальня не устраивает? — недовольно буркнул Борис.
— В том крыле ей будет спокойнее. Вы же наверняка закатите вечеринку. И в этой половине дома будет шумно, — Валентин говорил скучающим голосом. — Да и девочки скоро приедут. Всё, как ты просил.
Девочки? К ним приедут девочки? После слов Валентина стало так гладко и больно на душе. Что я тихонько взвыла. Последние слова Валентина высосали из меня все силы. В глазах потемнело, и я отключилась.
Глава 35
Я плыла на волнах блаженства. Тело моё купалось в приятной неге. От наслаждения я застонала. Мне было так хорошо, так чудесно, что не хотелось просыпаться.
— Ещё, — выдохнула с хрипотцой в голосе, почувствовав влажные губы на своей шее.
— Я бы с удовольствием, детка, да думаю, бос мне голову за тебя оторвёт, — мужской грубый голос вырвал меня из сладкого сна. И я, заворочавшись, пыталась освободиться от навалившейся на меня тяжести. — Отнести тебя в ванную, Лиза? — почти нежно спросил мужчина.
— Что? — блаженный сон как рукой сняло.
Открыв глаза, ошалело уставилась на Валентина. Мои пальцы, до этого наглаживающие каменные бицепсы мужских рук, тут же остановились. Краска неловкости моментально залила щёки и шею. Я только сейчас поняла, что бесстыдно терлась о тело охранника. Моё платье задралось до пупка, а микроскопические трусики не спасали от неловкого положения. Валентин чуть отстранился, а моё тело невольно потянулось вслед за ним. Мужчина хмыкнул и с усмешкой посмотрел мне в глаза.
— Ты такая страстная цыпочка, — от слов Валентина заалели и уши.
Видимо, пока была без сознания, меня на руках нес Валентин. А когда он меня начал укладывать на кровать, я в него вцепилась, словно клещ, не желающий отпускать свою жертву. Валентин не был джентльменом и слыл тем ещё ловеласом, поэтому не стал отказываться от неожиданной ласки. Его молодое горячее тело тут же ответило мне взаимностью. Я чувствовала характерную давящую тяжесть на своём лобке. Мужчина поерзал и к своему стыду, ощутила, что мои трусики намокли. Или они уже были влажными. Да, в горячке сна я этого не заметила?
Чёрт! Я как мартовская кошка, кидаюсь на любого доступного кота. Или это так сказывается адреналин после стресса? Так как я до сих пор ощущала на своей ключице мужское горячее дыхание, то мелкая дрожь пробежала по телу. Целомудренными и невинными прикосновения Валентина не были.
Громко сглотнула и гневно посмотрела на мужчину. Он попросту воспользовался моим состоянием, и это меня возмутило. В комнате стоял полумрак, и лицо Валентина имело нечёткие очертания. Но даже так я прекрасно видела, что в затуманенных глазах парня читалось желание. Была бы его воля, я бы уже была полностью в его власти.
— Что ты делаешь? — шёпотом спросила я.
Кричать не собиралась. Мне не нужно было лишнее внимание со стороны прислуги и Бориса. Уверена, обслуживающему персоналу, если они видели, как меня нес Валентин, будет о чём поговорить. Я в этом доме и так в центре пересудов.
— Доставляю тебя до кровати, конечно же. А на что это, по-твоему,
