не выбирали свою судьбу. Почти все они были частью чудовищного генетического эксперимента Ракши по выведению идеальных боевых магов. Их использовали, ломали, выжимали из них всё.
И когда она смотрела на них, она видела Симона.
Её сына, который тоже мог бы лежать на одной из этих коек, истекая кровью, если бы не сбежал.
Она не могла позволить им умереть.
Даже если это делало её соучастницей.
Даже если это означало, что этот бесконечный круговорот жестокости будет продолжаться.
Когда последний раненый был стабилизирован, Анжи покинула госпиталь так же тихо, как и вошла.
Никто не проводил её взглядом. Никто не попрощался.
Она шла по галерее обратно к своим покоям, и вечернее солнце окрашивало белые стены монастыря в оттенки золота и розового.
Красиво.
Когда-то она любила закаты. Там, в Вийон-де-Тур, где она была ещё свободна.
Подумать только, раньше она считала, что сестра — это худшее, что может с ней случиться.
Теперь закаты только напоминали ей о том, что прошёл ещё один день. И она всё ещё здесь. Всё ещё в клетке.
Анжи свернула в боковой коридор, ведущий к самой защищённой части монастыря. Её покои находились в северном крыле, в башне, окружённой множественными барьерами и защитными артефактами.
Ракша хотел быть уверен, что она никуда не денется.
И она действительно никуда не делась. Куда ей идти? Она не знала, где Симон. Не знала, жив ли он вообще.
А Катарина… после того, что Анжи натворила, сестра точно не станет обращаться с ней лучше, чем Ракша.
От одной только мысли об этом, её сковывал ледяной ужас.
Она вздрогнула и застыла посреди коридора, прислонившись к холодной каменной стене.
Что-то было не так.
Это чувство преследовало её с тех пор, как она вышла из своих покоев. Лёгкое, едва уловимое ощущение… чужого присутствия.
Как маг жизни, особенно сильный маг Вийон, она была невероятно чувствительна к энергиям вокруг. Жизнь, смерть, баланс между ними — всё это она ощущала на интуитивном уровне.
И сегодня что-то было… неправильно.
Она почувствовала это сразу, по дороге к госпиталю. Едва заметное касание чужой энергии. Холодной. Мёртвой.
Словно… некромантия.
Но это было невозможно. В Синде некромантов не было. Как и везде. Их уже так давно стёрли из истории мира, что никто больше не помнил об их существовании…
Может, ей показалось?
Она продолжила путь, но ощущение не исчезало. Наоборот, становилось сильнее.
Кто-то… или что-то… следило за ней.
Анжи ускорила шаг, сердце забилось быстрее. Она не оглядывалась, в коридоре никого не было, она знала. Но присутствие было.
Невидимое. Неслышимое. Но реальное.
Она почти бежала, когда добралась до своих покоев. Тяжёлая дверь с руническими печатями открылась на её прикосновение, барьеры были настроены так, чтобы она могла входить и выходить свободно, но никто другой без специального разрешения войти не мог.
Анжи шагнула внутрь и закрыла дверь за собой, прислонившись к ней спиной.
Её покои были просторными, но спартанскими. Большая комната с высокими окнами, выходящими на горы. Широкая кровать с белым покрывалом. Стол, несколько стульев, книжная полка. Дверь в небольшую ванную комнату.
Всё чисто, аккуратно, безлично.
Как гостиничный номер. Как место, где живёт кто-то, кто не имеет права на личные вещи.
Она так давно здесь, что даже перестала замечать эту пустоту.
Анжи подошла к окну и распахнула его, впуская свежий вечерний воздух. Горы на горизонте окрасились в фиолетовые тона. Небо темнело.
Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться.
Может, она просто устала. Может, паранойя. Годы изоляции не проходят бесследно.
Но тут она почувствовала это снова.
Холод. Смерть. Чужая энергия, настолько противоположная её собственной, что по коже побежали мурашки.
Анжи резко обернулась к окну.
И увидела её.
На каменном выступе за окном, не дальше трёх метров от неё, сидела птица.
Маленькая, серая, обычная на вид.
Но мёртвая.
Анжи поняла это мгновенно. Её дар не мог ошибиться. Эта птица была мертва, в ней не было ни искры жизненной энергии, ни тепла живой плоти.
И тем не менее она сидела. Двигалась. Поворачивала голову.
И смотрела прямо на Анжи.
Немигающими мёртвыми глазами.
Анжи отшатнулась от окна, её дыхание участилось. Сердце колотилось в груди.
Это не может быть некромантия. Значит что-то ещё.
Но что? Откуда?
Она не знала, что Рихтеры вернулись. Она ничего не знала о внешнем мире, даже о том, что Катарина, которую она так боялась, уже мертва. Анжи держали в полной изоляции. Никаких новостей, никаких слухов, никакой информации.
Анжи медленно, не сводя глаз с птицы, отступила вглубь комнаты. Её разум лихорадочно работал, перебирая варианты.
Если не некромантия, значит это что-то новое.
Ракша.
Первая мысль, которая пришла в голову, была именно эта.
Ракша решил от неё избавиться с помощью очередного эксперимента.
Может быть, у него появились дети от какой-нибудь пиявки или вроде того, и он таким образом культивировал в них дар некроманта. Или это вообще не некромантия, а что-то ещё более страшное и жуткое. Древний артефакт, эксперименты со скверной… да мало ли что.
Ракша не из тех, кто прощает обиды. Может быть, он нашёл другую сильную Вийон ей на замену, и настало время мести за то оскорбление, которое Анжи ему нанесла.
Но, что если это всё-таки не он, а что-то иное? В конце концов, это совсем не похоже на его обычную магию.
Должна ли она сказать Канварам о том, что заметила?
* * *
Комната, которую нам предоставил старик Фу, была на удивление хорошо оборудована для совещания. Большой стол из тёмного дерева, несколько стульев, лампы на стенах и достаточно пространства, чтобы разместить всё необходимое.
Октавия достала свой ноутбук и установила его на столе так, чтобы экран был виден всем.
Её устройство уже работало на чистой энергии, а не на скверне, так что, дотронувшись до него, я мог стать связным звеном между ним и Лифэнь даже в условиях глушения связи.
Устройство ожило, и через несколько секунд на нём появилось лицо хакерши.
Она выглядела собранной и деловитой, хотя я заметил лёгкие тени под глазами. Видимо, как всегда мало спала…
— Макс, — поприветствовала она меня с лёгкой улыбкой. — Карл. Октавия. Готовы к разбору полётов?
— Всегда, — ответил я, устраиваясь на стуле. Дед расположился справа от меня, сохраняя свою обычную невозмутимость. Октавия села слева, придвинув ноутбук так, чтобы всем было удобно видеть экран.
Остальные отдыхали в своих комнатах. Симон, Бланш, Али и Минжу — все заслужили передышку после долгого путешествия. Да и смысла присутствовать на этом
