но держался с достоинством человека, привыкшего вести дела.
Его взгляд скользнул по нашей группе, задержался на мне, на деде, оценил Симона, Октавию и Бланш, и что-то в его глазах изменилось. Понимание.
— Господин Р, полагаю? — произнёс он с лёгким восточным акцентом.
— Максимилиан, — подтвердил я. — А вы, должно быть, господин Фу?
— Фу Чжэньго, к вашим услугам. — Он низко поклонился. — Лянь Минжу предупреждала, что вы можете посетить нас. Проходите, пожалуйста! Добро пожаловать в мой скромный дом!
Он распахнул дверь шире, приглашающе отступая в сторону.
Мы вошли во двор, и я сразу оценил его. Чистый, ухоженный, с небольшим садиком в углу. Дом был не роскошным, но добротным, свидетельство успешного, но не чрезмерно богатого торговца. Достаточно, чтобы жить комфортно, недостаточно, чтобы привлекать нежелательное внимание властей.
Умно.
— Дорогая! — позвал Фу, направляясь к дому. — У нас гости! Важные гости!
Из дома выбежала женщина примерно его возраста, полноватая, с круглым лицом и улыбкой, которая, казалось, была её естественным выражением. Она вытирала руки о передник и уже начинала причитать:
— Гости? В такое время? Фу, ты мог бы предупредить! Я не приготовила ничего особенного! — Но её глаза светились неподдельной радостью.
— Это господин Р. и его спутники, — представил нас Фу. — Друзья Лянь Минжу.
— О! — Женщина всплеснула руками. — Друзья Минжу! Проходите, проходите же! Я госпожа Фу, или просто тётушка Фу, как все меня называют!
Она буквально затащила нас в дом, не давая возможности возразить. Внутри было тепло, уютно, пахло специями и свежеиспечённым хлебом.
Гостиная была просторной, с низким столом в центре, окружённым подушками. На стенах висели каллиграфические свитки, в углу стоял небольшой алтарь посвящённый предкам.
— Садитесь, садитесь! — засуетилась госпожа Фу. — Сейчас я принесу чай! И закуски! У меня как раз остались булочки с мясом!
— Нам не хотелось бы вас обременять… — начал я, но она уже исчезла в глубине дома.
Фу усмехнулся, приглашая нас сесть:
— Бесполезно спорить. Моя жена не может видеть гостей голодными. Это противоречит всем её убеждениям о правильном поведении хозяйки дома.
Мы расположились вокруг стола. Дед тоже устроился, изображая удовольствие, хотя сам не мог есть или пить. Видно, в этот раз не хотел выделяться.
— Минжу и Али ещё не прибыли? — спросил я, хотя уже знал ответ.
— Нет, — Фу покачал головой. — Но это неудивительно. Сегодня на КПП дежурит Приянка Наир, а у неё… — он замялся, подбирая слова. — Семейные проблемы. Вся деревня об этом гудит. Её муж, видите ли, завёл роман с официанткой из города. Она узнала сегодня утром.
— И вышла на работу? — удивилась Октавия.
— Она гордая, — пожал плечами Фу. — Не хочет показывать слабость. Но уже рассказывают, что она держит всех на досмотре по несколько часов, придираясь к каждой мелочи.
— Понятно, — я откинулся на подушку. — Значит, Али и Минжу просто застряли в бюрократической волоките.
— Именно, — кивнул Фу. — Они приедут. Просто позже, чем планировали.
Госпожа Фу вернулась с подносом, заставленным чашками с дымящимся чаем, тарелками с булочками, пирожками и какими-то местными сладостями.
— Ешьте, ешьте! — приглашала она, расставляя всё на столе. — Вы наверняка устали с дороги!
Её взгляд переместился на Бланш и Октавию, и лицо буквально засветилось:
— Ох, какие красавицы! — Она присела рядом с ними, рассматривая их с нескрываемым восхищением. — Такие юные, такие прекрасные! Вы сестры?
— Нет, — улыбнулась Бланш. — Просто… подруги.
— И спутницы в путешествии, — добавила Октавия.
— Как романтично! — Госпожа Фу вздохнула. — Я всегда мечтала о дочке. Представляете, пятеро сыновей! Пятеро! — Она всплеснула руками. — Конечно, это замечательно для бизнеса. Они сейчас все в разъездах, трое в деревне помогают, двое в городе дела ведут. Крепкие, работящие мальчики. Но дочки… — она мечтательно улыбнулась, — дочки не случилось.
Бланш тепло улыбнулась:
— Ваши сыновья, уверена, заботятся о вас не хуже любой дочери.
— О, конечно, конечно! — Госпожа Фу закивала. — Но всё равно… девочки особенные. С ними можно поговорить о… — она понизила голос заговорщически, — о женских вещах. О красоте, о нарядах, о чувствах!
Октавия хмыкнула, но я заметил, как уголки её губ дрогнули в улыбке.
Симон, сидевший рядом со мной, вдруг напрягся:
— Господин Фу, а нам не стоит… поехать им навстречу? Или послать кого-то проверить?
Фу покачал головой:
— Дорога одна, господин… простите, как вас зовут?
— Симон.
— Господин Симон. Если они едут, вы их встретите на полпути. Если они застряли на КПП, вы ничем не поможете, только привлечёте ненужное внимание. Лучше подождать здесь. Они приедут, не волнуйтесь.
Симон сжал челюсти, явно не слишком довольный ситуацией, но кивнул.
Фу был прав. Паника и суета только навредят.
— Пейте чай, — мягко сказал старик. — Это успокаивает нервы.
Следующие несколько часов прошли в странной смеси напряжённого ожидания и уютной домашней атмосферы.
Госпожа Фу не давала нам скучать, постоянно подкладывая еду, рассказывая истории о своих сыновьях, расспрашивая Бланш и Октавию об их путешествиях. Девушки отвечали уклончиво, но вежливо, и старая женщина, похоже, даже не замечала, как мало они на самом деле рассказывают.
Фу обсуждал со мной торговые маршруты, цены на различные товары, политическую ситуацию в регионе. Умный человек. Он не задавал прямых вопросов о цели нашего визита, но я видел любопытство в его глазах.
Дед рассказывал какие-то байки о старых временах, заставляя госпожу Фу ахать и охать.
Симон молчал, периодически поглядывая на дверь.
Я тем временем продолжал расширять сеть своих разведчиков. Все они уже медленно и осторожно перемещались в направлении монастыря.
В сам монастырь я их пока не заводил. В таких делах спешка необоснована. Сначала нужно прощупать возможную магическую защиту и понять как её обойти.
Небо за окном потемнело окончательно. Фонари в деревне зажглись, отбрасывая тёплый жёлтый свет на улицы.
И вдруг, откуда-то издалека, донёсся звук.
Музыка.
Громкая, бодрая, совершенно неуместная для тихой ночной деревни.
Все в комнате замерли.
— Что это? — спросила Бланш.
Музыка становилась громче. Ближе.
Затем послышался рёв двигателя.
Я вышел во двор, и остальные последовали за мной.
По узкой улице, освещённой фонарями, медленно ехал грузовик. Из его динамиков на всю округу неслась какая-то местная мелодия с избытком барабанов и духовых инструментов.
Из окон соседских домов начали доноситься возмущённые крики:
— Вы что, совсем офигели⁈
— Ночью музыку врубать⁈
— Да я сейчас спущусь и…
— Детей разбудили, скоты!
Грузовик продолжал медленно ползти по улице, игнорируя крики, и направлялся прямо к дому Фу.
Я узнал машину. И, судя по музыке, понял, что произошло что-то весьма любопытное.
Грузовик остановился у ворот. Двигатель заглох.
Музыка продолжала играть.
Грузовик въехал во двор и остановился в глубине, скрытый от посторонних глаз высоким забором. Фу
