И не собираюсь.
- Правильно, - одобрила Свята. – А то ж никаких нервов не хватит!
Вот-вот, тем более, что у меня нервов изначально немного было.
- А тебя и вправду с конкурса сняли? За незаконное использование секретного артефакта?
- Нет.
- Вот! Я так и написала, что чушь это. И выдумки.
Мир встал за князем и делал вид, что слышать нас не слышит, хотя наверняка слышит распрекрасно. Я же…
Не успела додумать, как раздался удар гонга. И что? Никакого шоу? Объявлений там и прочего? Хотя что это я…
Князь поднялся.
И Маверик наклонился, коснувшись чего-то на пиджаке. Князь же оперся на трость и обвел площадь взглядом. Клянусь, сразу стало как-то тише, что ли.
- Сегодня, - голос его, усиленный магией, разнесся над городом. Он не был громким или оглушающим, но даже я замерла, боясь пропустить хоть слово. – Мне выпала великая честь…
Пауза.
Всего на один удар сердца. И сердце пропускает этот удар.
- Время идет. И многие традиции остаются в прошлом. Я не возьмусь судить, к добру это или к худу. Всяк решит по-своему. Но впервые за многие годы здесь и сейчас раздастся голос родового горна, который возвестит начало поединка. Согласно старому Праву… подойдите.
Буран покосился на Зара.
И сделал шаг к помосту.
И еще один. Он остановился, глядя на князя снизу вверх. И поклонился, низко, с уважением.
- Рад приветствовать доброго сына Зимы на землях моих, - произнес князь.
- Благодарю, - Буран разогнулся. – И прошу простить меня, что пришел не с миром. Но если родич твой отступится, то не будет в том позора.
- Зар?
Зар тоже подошел. И тоже поклон отвесил, пожалуй, даже более низкий. А потом разогнулся и покачал головой.
- Вам обоим мила одна дева…
Дева сидела, обеими руками вцепившись в стул. И кажется, с помоста её с этим стулом и унесут.
- Мила, - буркнул Буран, но как-то не особо искренне.
Зар снова склонил голову.
- Может, стоит спросить, кто милее деве…
- Нет, - Буран тряхнул гривой волос, которую тут же перехватил, собрав в хвост. – Сердце девы, что ветер по весне, сегодня в одну сторону дует, завтра в другую… пусть будет по обычаю.
Зар кивнул, соглашаясь.
- Только… - Буран поглядел на Зара, перевел взгляд на князя и опять на Зара. – Я… я не хочу его покалечить.
Фыркнул уже и Мир.
- Видно, что родич твой болел. И еще не оправился. Но и отложить поединок тоже не могу. Я дал слово отцу…
- И это достойно.
- А потому, коль будет у твоего родича желание, пусть поставит кого-то вместо себя. Я согласен на замену. Это… не противоречит правилам.
- Надо же, - пробормотала я. – Он не такая скотина, какой показался.
- Кто? Буран? – Свята подвинулась ближе. – На форуме пишут, что это ты их стравила.
- Зачем?
- Чтобы убрать лишних претендентов… хотя, конечно, не очень логично. Тогда бы дяде надо было… и Буран ведь на тебя не претендовал?
- Нет.
- Вот! Я напишу, что они идиоты?
- Только вежливо!
- Ай, не поможет…
- Спасибо, - ответил князь. – И я не забуду твоего благородства, Буран, сын Зимы…
- А почему он сын Зимы? – поинтересовалась я шепотом, отвлекая Святу, которая быстро что-то набирала.
- Потому что он и есть сын Зимы… то есть, по легенде северяне возникли, когда дыхание Зимы опалило снежные скалы и все такое… их сила связана с зимой. И это хорошо.
- Почему?
- Потому что сейчас-то лето, - ответила Свята, поглядев на меня с удивлением. – И солнце вон. А дядя Зар все-таки болел долго. Вот на кой ему эта тощая?
Понятия не имею.
Но вот чую, что, может, Стужа ему и не нужна особо, но и Бурану он её не отдаст. После всего, что услышал. Ладно…
- Что ж, таков твой выбор, - провозгласил тем временем князь. И я поняла, что от замены Зар отказался. Вот… бестолочь!
Выживет, кисточки на ушах оборву, чтоб неповадно было!
Наверное.
И… и почему я волнуюсь? Я с ним едва-едва знакома. И до того только в рысьем обличье, считай, и видела… и все равно волнуюсь.
Ерзаю вот.
- Что ж, пусть начнется бой… - вдох. И выдох. Нелегко говорить князю, но он говорит. – И пусть будет он честен. Дозволено использовать силу свою, что дана землею и родом. Дозволено менять обличье, ежели в том будет нужда или желание. Дозволено использовать оружие, если будет о том договор…
Оба покачали головой.
И я выдохнула с облегчением. Все же без оружия шансов выжить у Зара как-то побольше, что ли.
- …но не силу заемную и вещевую волшбу.
- Это он о чем?
- Артефакты нельзя, - отозвалась Свята, не отрывая взгляда от мобильника. – Все-таки идиоты! Пишут, что ты хочешь всех извести и сама за князя замуж выскочить…
Точно, идиоты.
А князь, о моих коварных планах не ведая, продолжил:
- В таком случае бой будет длится до тех пор, пока один из вас не отступит, признав себя проигравшим, - князь замолчал, явно собираясь с мыслями, затем все-таки произнес. – А если нет, то… до смерти.
Слово было сказано.
И услышано.
Тишина над площадью стала звонкой-звонкой…
- Пишут, что Зар тощий и болел долго, и наверное, совсем умом двинулся, если… ага, а еще пишут, что он был сильным. И вообще в лесу жил. А в лесу зверь крепче становится.
Маверик подал князю шкатулку, простую и черную, но я чуяла исходившую от нее силу. В шкатулке оказался рог. Обыкновенный, разве что двумя серебряными полосами перепоясанный. Бычий? Турий? Понятия не имею.
Князь поднес его к губам.
И дунул.
- Стойте! – голос Стужи перекрыл их. – Я… я вернусь! Не надо никого убивать, Буран… слышишь…
Хриплый рев рога заглушил иные звуки. Он полетел-понесся над площадью и, отразившись от домов, вернулся, чтобы рассыпаться пылью да на брусчатку. Вдруг стало так… спокойно.
И выдохнула Свята.
А из глаза скользнула слезинка. И я подумала, что ей-то Зар знаком куда лучше, что она переживает за него больше, и если с ним что-то да случится, больно будет ей. Снова.
Звук еще не стих, когда Буран с оглушающим ревом бросился вперед. Он явно рассчитывал сбить
