Но мне было плевать, как и когда. Хотелось тупо выжить.
С того момента я впервые смог более – менее спокойно спать ночами, не опасаясь какой-то неведомой хуйни. А до этого спал с открытыми глазами: вечно на стрёме от любого движения или шороха. И не безосновательно. Пару раз меня крепко пиздили именно ночью, что с утра походил на еле живую отбивную. Никогда не был ссыклом и размазнёй, но именно в стенах тюрьмы в полной мере прочувствовал свою никчёмность и своего рода беспомощность.
Я прекрасно осознавал, что когда выйду, то так, как прежде, уже не будет. Как не крути, как не изгаляйся. Часть жизни просрана. Пусть это всего полтора года, но последствия и отголоски растянутся на всю жизнь. Будут преследовать, идя по пятам.
Не просто так я тогда сказал Кире забыть. На хрена молоденькой девчонке такой ворох говна в моём лице? Уверен был, что если по началу её и будет крыть и разрывать, то со временем отпустит. Я же каждый грёбаный день травил в себе чувства и воспоминания о ней. В какой-то момент мне это даже удалось. Попытался вычеркнуть и вроде смог. Но, видимо, ошибся. Сам себя переиграл.
Уверен был, что она живёт своей жизнью. Матери запретил говорить о ней. По началу она постоянно порывалась что-то рассказать о Кире. Но после пары жёстких пресечений тему больше не поднимала. И я смирился. Отпустил.
Да бля… нихуя я не смирился. Вот сейчас, именно в этот момент понимаю, что от смирения не осталось и следа. Идиот. Теперь только и думаю, а что дальше? Я же как полуфабрикат в морозилке. Чего с меня взять? Чего я дать-то могу? И так в жизни устроиться толком не успел, а сейчас и подавно. Бывший уголовник без особых перспектив.
Пока лежал и варил в голове кашу из мыслей, Кира перевернулась на другой бок и прильнула вплотную ко мне. Закинула на меня ногу и обхватила рукой. Жмётся, как котёнок. Милая такая. Аж дыхание перехватывает.
Неужели так бывает? Неужели реально ждала и до сих пор любит? А я?! А я себя вообще не понимаю. Вроде бы вот она. Рядом. Бери и не отпускай. А вроде и барьер какой-то. Не проходят совсем бесследно самовнушения по вычёркиванию человека из жизни. И в то же время отпускать-то не хочется от слова совсем.
Честно, охренел, когда увидел её у себя дома. Словно током прошибло. Двести двадцать через себя пропустил. Мать с Асей ни слова не сказали. Тихушницы. Хоть предупредили бы, а то стоял и смотрел на неё, как баран на новые ворота. И она в ответ наградила потерянным и испуганным видом.
Весь вечер, пока сидели за столом, гасил в себе злость и раздражение. Сам не понимал из-за чего и на что. Но крыло не хило. И главное: я понятия не имел, что со всем этим делать. Я вроде и рад в душе, но одновременно с этим безумно напряжён. Хотел сбежать поскорее. Знал, что ещё немного и просто раздавлю Кнопку. Словно катком пройдусь.
У меня внутри всё закипело, стоило воздух свободы вдохнуть полной грудью. Хотелось куда-то бежать, до конца не понимая куда. Думал: встречусь с парнями из той своей прошлой жизни, зависнем где-нибудь, пар спущу. Да, сука, тот же сексуальный напряг. А тут такой «сюрприз». Но забил на все внутренние метания и связался с парнями. Когда озвучил свои планы на ночь, Кира словно потухла. Плечи опустились, глаза заблестели, пальчики заламывать начала. Стояла с видом побитой собаки. Да, я тот ещё мудак. Ощутил это как никогда явственно.
Переборол себя внушая, что так правильно. Так надо. Ага, как же. Идиот. Когда Кира с мамой и Асей ушли, выдохнул полной грудью. А тяжесть так и не ушла. Висела мёртвым грузом.
Быстро принял душ и пошёл одеваться. Охренел малость, когда раздался звонок в дверь. А после охренел уже конкретно сильно, когда за дверью обнаружилась Кира. Стояла тряслась и дышала так, словно марафон пробежала. А после начался откровенный пиздец.
Держался изо всех сил. Но когда она сбросила с себя одежду, сорвался. Как пёс цепной сорвался. Сам хреново помню, как и что было. Словно волной накрыло.
Где-то на задворках сознания понимал, что делаю Кнопке больно. А остановить себя не мог. Тормоза отказали, контроль потерян. Меня несло на скорости двести и по встречке.
Когда услышал от неё, что ждала, что никого к себе не подпускала. Всё. Дальше пелена. Накрыло с головой. Не выплыть. Сам тону и её за собой ко дну тяну. Эгоист конченый.
Но я совру, если скажу, что ничего не дрогнуло. Капец как пробрало. Всё нутро наизнанку, словно через мясорубку пропустило. Маленькая Кнопка стойко принимала всё, что я давал. Боль вперемешку с наслаждением. Слёзы от близости или близость до слёз. Наверное, всё и сразу. Именно этого я и опасался, когда хотел трусливо сбежать из собственного дома.
Прекрасно помнил это ощущение: когда себя толком не контролируешь и инстинкты берут верх над разумом. Будто это было не в другой жизни, а буквально вчера. С ней так и было раньше. Только тогда было лишь наслаждение без привкуса горечи. Без ощущения, что вместо крови кислота бежит по венам.
Отправил её после в душ, а сам ушёл курить. Стоял на балконе и смолил одну за одной. Будто это как-то поможет и облегчит груз от произошедшего. Понимал, что не облегчит, но целенаправленно продолжал себя травить.
А потом, когда ощутил на своём теле её маленькие и тёплые ладошки, накрыло по новой. Только на этот раз другой гаммой чувств и эмоций. Какой же мразью я себя почувствовал. И не вспомнить: считал ли я себя ещё когда-то такой тварью, как именно в тот момент.
Хер знает, как заслужить прощение. За слова, поступок, грубость. Она ведь, как цветочек: нежная, хрупкая. А я чуть не сломал. Надеюсь, что только чуть, а не основательно. И уверен, что она-то меня простит и забудет. Тут вопрос стоит иначе: как самого себя простить? Да за тот же игнор, длинной в полтора года.
Жаль, нельзя время назад отмотать. Хотя, кто его знает, смог бы иначе? Не уверен. Да и прощение даже самого себя, к сожалению, прошлого не изменит. Но ведь оно в какой-то степени даёт шанс на будущее. Попробовать построить это будущее? Наверное, да. Надо только для начала в себе окончательно разобраться. А то я хуже бабы истеричной. Тут
