Они сидели у него в комнате, пили чай, смотрели на снимки Сатурна и Луны.
Гера разглядывал фото ярко освещенных лунных городов и говорил:
—Хочу жить в космосе! Ходить в скафандре по кратерам, летать на крыльях…
Тайка бродила возле полок, перебирала всякую всячину. Там лежало старое зеркало от телескопа, пара метеоритов, шапка розовых кораллов и даже несколько бумажных книг. Гера расспрашивал: у всех ли в астрономическом кружке есть телескопы?
—Телескоп иметь необязательно, — сказал Илья. — Если хочешь, в воскресенье вместе пойдём во Дворец.
Гера безоговорочно хотел.
—Тайка, пойдёшь? — спросил он. Та, не оборачиваясь, молча кивнула.
В глубине парка прятался старый дворец, к которому вела потёртая каменная лестница. У двери на доске красовалось:
МЕЖПЛАНЕТНОЕ НАУЧНОЕ ОБЩЕСТВО УЧАЩИХСЯ (МНОУ)
Сбоку мраморной доски приделан то ли насмешливый, то ли надменный бумажный рукописный плакат:
«Межпланетное общество вундеркиндов».
В холле Дворца висело расписание целой кучи секций: от археологии и биохимии до теоретической физики и социолингвистики. Гера отметил самые интересные для себя.
Метеоритный отдел. Руководитель — Алекс Милановский. Судя по голографическому фото — здоровенный мужик. Стоит на фоне египетских пирамид, гордо держа в руках оплавленный чёрный камень.
Астрономическая секция. Руководитель — Василий Румянцев (фото нет), директор обсерватории — бородатый Тимур Крячко, сфотографирован возле телескопа.
Илья сказал:
—Пошли в Совет. А потом зайдём в обсерваторию.
Совет МНОУ был просто большой комнатой, где сидели, стояли и галдели два десятка подростков.
С Ильей все здоровались, причём Гера обратил внимание, что рукопожатие было необычным — пожимались не ладони, а большие пальцы. «Во дают вундеркинды!» — озадаченно подумал он.
Они с Тайкой сели в стороне — осмотреться и послушать информационный шум.
Невысокий мальчик с белокурым чубом рассказывал:
— Пришёл к нам новый учитель математики. А наш класс — математический и весь записан в общество вундеркиндов. Учитель этого не знал. Говорит: «Откройте учебники на десятом параграфе. Сегодня изучаем векторное произведение…» Вася поднимает руку и лениво говорит: «Это детство мы миновали два года назад. Сегодня у нас по плану группы Ли!» Учитель покраснел, проверил по компьютеру и говорит: «Извините, я сегодня не готов к уроку».
— Ха-ха-ха! Учитель — и не готов?!
— Ага! Но он быстро нашёлся — вызвал того же Васю на учительское место, и тот целый час про групповую алгебру рассказывал. Получил сразу две пятёрки.
— Уравнения Киллинга — очень красивая вещь!
— А у нас из секции математики один мальчик ушёл в филологический кружок.
— Старая история: для математика у него была слишком бедная фантазия, и ему пришлось уйти в поэты. Ха-ха!
— Чему ты так рад? Узнал, как решить бином Ньютона?
— Что сегодня будем обсуждать на Совете?
— Нас пригласили в Миасскую школу — рассказать о нашем обществе.
— О, это будет интересно! Как-то мы на два дня поехали в Коркинскую школу: местный учитель попросил помочь организовать филиал нашего научного общества. А сами школьники встретили нас свистом и смехом: «Ботаники приехали! Будут уговаривать нас цветочки собирать и бабочек ловить. Давайте лучше в волейбол сыграем!» А мы неожиданно соглашаемся: «Давайте!»
Кто-то в комнате захихикал.
— Выставили коркинцы свою мужскую сборную. А у нас парней на команду не набиралось, так что мы парой своих девчонок доукомплектовались. Никто из нас особенно в волейбол не играл, но мы разгромили эту школьную сборную как детей. Андрюха у нас был рослый, а Светка прыгала как кенгуру… На последней игре мы так разошлись — почти всухую хозяев обидели. Очень они расстроились…
— Вечером на танцах они расстроились ещё больше — когда наши Володя с Аней на глазах всего восхищённого зала оторвали сногсшибательный акробатический рок-н-ролл! Анины ноги взлетали под потолок, а у местных мальчиков рты были открыты, как при хоровом пении.
— А их девочки при расставании шмыгали носами и просили приезжать ещё…
— Да, встречали нас как последних ботаников, а провожали как первых космонавтов!
— Ну и секция общества в школе возникла мгновенно — даже с некоторой давкой в дверях…
— А когда будет обсуждаться программа весенней конференции? У меня целых два доклада — по химии и теоретической физике.
— Физику у вас по-прежнему профессор Свирский ведёт?
— Да, старик ни одного воскресенья не пропускает. В прошлый раз мы пробовали построить теоретическую модель электрического сопротивления металлов и диэлектриков. С учётом магнитного поля.
— А не знаете — будет ли в этом году экспедиция за метеоритами?
— Конечно, будет. Хорошо бы не в Казахстан, а в Египет — там легче камни искать.
— А ни у кого нет лишнего бумажного сборника конференции за прошлый год? Надо в школьную библиотеку отдать.
— Кто поменяется со мной днями дежурства на телескопе? У меня послезавтра день рождения. Если не найду замену — придётся гостям есть мой торт без меня.
— Готов поменяться, но только отдашь мне за это лишний час своего наблюдательного времени.
— Ах ты сквалыга! Хочешь первым комету найти? Ладно, согласен, только если признаешься — в каких спектральных линиях ты предпочитаешь искать кометы?
Гера слушал в три уха и смотрел в четыре глаза. Тайка тоже не упускала ни слова. Перед ними открылся совершенно другой мир. Их школа неплохая, и ребята там неглупые, однако немыслимо подойти на перемене к какому-нибудь однокласснику и сказать: «Уравнения Киллинга — очень красивая вещь!» или спросить: «В каких спектральных линиях ты предпочитаешь искать кометы?»
Одноклассники тебя могут неправильно понять!
А эти ботаники ведут себя так, будто они-то и есть гордая соль земли. Они в полный голос — не боясь и не стесняясь! — говорят об алгебраических группах, радиохронологии, о каком-то гексафторплатинате ксенона и о какой-то вакуумной пропитке древесины.
Рослый белокурый красавчик-атлет не принимал участия в общем гаме, он увлечённо читал книгу. Тайка заглянула через его плечо и увидела какие-то сложные диаграммы и схемы ядерных реакций.
«Этого в школе не проходят!» — ошарашено подумала она. Куда они с Герой попали?! За соседним столом две девчонки рассматривали какой-то камень. Из обсуждения Тайка поняла, что это метеорит, найденный одной из школьниц — той, у которой рыжие косы. Она относила камень к какому-то особому классу, а подружка с сомнением хмыкала. Рыжая девчонка довольно сказала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
