речь идет не о пустых страшилках. Чтобы смысл сказанного дошел до каждого, я просто обязан сказать хотя бы пару слов о Джучи, об этом удивительном человеке своего времени. В конце концов, именно из его свиты вышел наш истинный предок, основатель племени саяров.
Гул изумления ударил Кире в уши. Она отпрянула от вентиляционного окна.
– Кем был Саяр-основатель? Кем? – наперебой переспросили несколько человек.
– Сподвижником Джучи, великим багатуром Золотой Орды, – возгласил Баев.
– Ни фига себе цветочки, – вытаращился ирокез. – Так мы монголы?
– Нет, – отрезал Баев. – Слушайте!
1205 год. Бегство
Солнце сползало к горизонту, бесстыдно рыжее и наглое. Сотня всадников во весь опор неслась на запад, кликами и нагайками понукая лошадей, словно пытаясь догнать светило, сползавшее в лоно Великой степи.
Впереди, оторвавшись от кавалькады на тридцать саженей, мчался багатур в ханской одежде, расшитой золотом. Он не кричал и не подгонял своего коня нагайкой. Гнедой рысак Калам и без того легко уходил от преследователей. Доверившись коню, всадник с закрытыми глазами подался вперед. Так он пытался отрешиться. Сердце грызла острая досада.
«Отчего ты так слаб, Джучи? – думал он. – Почему так легко оказалось смутить тебя, такого решительного в схватке и одного из сильнейших воинов отца Темучина? Что произошло с тобой, наследником великого хана? Твою жену увели в чужой шатер, а ты смолчал. Слишком любишь своего брата Чагатая. Поэтому просто побледнел, как молоко кобылицы, и побрел в степь. Какой же ты после этого багатур?»
Джучи содрогнулся от приступа ярости. Но, вообразив на секунду окровавленного брата Чагатая, он со стоном ткнулся лицом в гриву Калама. И едва не слетел с коня – тот резко встал, словно упершись в стену.
«Шайтан!» – мысленно обругал Джучи своего жеребца и занес нагайку. Но рука повисла в воздухе.
Перед всадником на расстоянии пятнадцати локтей стояло удивительное существо. Его тело и конечности покрывала шерсть, но лицо выглядело по-человечьи, над бородой розовели обветренные щеки. Получеловек вскинул лук и натянул тетиву.
Джучи дернул коня в сторону, но лучник оказался проворнее. Калам спас хозяина, взвившись на дыбы, стрела прошила его шею. Бедняга захрипел и трепетно осел, щадя своего господина.
Джучи метнулся к спасительным кустам. Перевернувшись, ловко метнул нож. Но и здесь он опоздал: его оружие вонзилось в уже пораженное тело. Из человека в шкуре торчала дюжина стрел. Верная сотня приветствовала сына хана победными кликами.
Но конь… Бедный Калам!
Он бросился к нему, упал на колени перед бьющимся в агонии другом. Жгучая горечь затопила сердце.
Его подняли, усадили на чью-то лошадь. Верный слуга Саяр хотел отереть кровь с его лица, Джучи отмахнулся.
Вдруг раздался изумленный возглас кого-то из воинов. Его подхватили другие:
– Смотрите! Гайхамшиг!
Джучи повернул голову.
Человек в шкуре, насквозь пронзенный стрелами, убегал от них прочь. Он припадал на одну ногу и тяжело дышал, но был жив.
Не успели они опомниться, как из-за кургана вынырнули два десятка таких же косматых с луками. Началась кровавая сеча…
– Как это возможно? Что за диковинная кольчуга на ваших воинах?
Взволнованный Джучи уже в четвертый раз задавал этот вопрос длиннобородому старцу, который сидел на камне и казался дремлющим. На самом деле тот любовался огнем.
Джучи не сиделось на месте. Он ходил вокруг костра, над которым висел котел с варевом. Мысли его метались туда-сюда, словно грива необъезженного коня.
Добрая треть его воинов полегла в бою с невиданным неприятелем. Эти люди, даже много раз пронзенные, продолжали сражаться. Падали лишь после того, когда их удавалось рассечь мечом.
На плечо Джучи легла рука. Саяр.
– Это не кольчуга, господин. Шкура. Мы сняли ее с одного из них.
Саяр протянул своему господину мокрую, свалявшуюся от крови шкуру. Она была продырявлена во многих местах.
Джучи отдернул руку.
– Больно.
– Ворс у нее остер, как иглы чертополоха, – заметил Саяр.
– Что это?
– Ты на самом деле хочешь знать? – проскрипел длиннобородый жрец.
– Да.
Небо вздрогнуло, на нем беззвучно протанцевала молния.
А затем произошло странное. Вырвав кровавую шкуру из рук Саяра, старик набросил ее себе на плечи. И тут же вскочил с легкостью серны. Двумя молниеносными движениями он выхватил из-за поясов Джучи и Саяра мечи и наставил на них. Четыре расширенных глаза уставились на старика, пожирая вечность.
Старик отшвырнул мечи. Стащил с себя шкуру и бережно протянул ее Джучи. Тут же плечи старика опали, ноги подогнулись. Он обнял сына хана.
– Я убедился: ты тот, кого мы ждали. Пророчество сбылось. Теперь я могу рассказать тебе все без утайки.
– Расскажи лучше о чуде, которое ты только что сотворил. Что за страшная сила таится в этой шкуре?
– Сейчас все узнаешь.
Старик осторожно опустился на свой камень, знаком показал Джучи и Саяру, чтобы те тоже сели. Подбросил в костер веток.
Старик рассказал о племени, которое в давние времена шло из южных земель на север. Оно занимало территорию, которая постепенно освобождалась от ледника.
– Они сумели одолеть высокие горы и дойти до этих земель, – повел рукой старик. – Встали здесь большим лагерем. Это племя – предки нашего рода, основатели поселения. Они решили остаться, поскольку обнаружили здесь находку. Предание гласит, что на нее наткнулся сын вождя.
– Что за находка?
– Погребальный курган. Вон там, на холме, который только что осветила молния, наши предки нашли захоронение с людьми и драгоценностями. Очень большое захоронение, тысяча локтей в ширину и полторы тысячи в длину. На всем этом пространстве рядами, словно бревна, лежали люди. Все они были в таких же шкурах, как эта. Вернее, в шкурах лежали одни кости и черепа. Рядом с их останками покоились несметные сокровища – золото, жемчуг, драгоценное оружие, сосуды, наполненные монетами. Отчего эти люди погибли, неизвестно. Все кости и черепа людей были целы, а если и повреждены, то лишь временем. Да-да, по неведомой причине дикие звери не посмели тронуть их.
– Может быть, ушедший ледник внезапно вернулся и накрыл их? – предположил Джучи.
– Я думал об этом. На самом деле никто этого не знает, – покачал головой старик.
– А почему они улеглись рядами, как ты говоришь, «словно бревна»? Откуда взялись сокровища и куда они делись?
– Откуда взялись – большая тайна. Но нет тайны во втором вопросе. Все сокровища по-прежнему покоятся здесь.
Старик ткнул пальцем в сторону кургана.
– На совете нашего племени было решено, что курган – это знак. Вожди сочли, что их долг – похоронить мертвых и сберечь сокровища. Но как это сделать? Они несметны, мы не смогли бы унести с собой и десятой доли
