этих богатств. Тогда вожди решили, что наше племя должно остаться здесь. Прекратить скитания и стать оседлыми, дабы охранять курган от разграбления. Говорят, на этом настоял шаман племени Азан, и его поддержал главный вождь Шуга.
Старик сделал мудреные ритуальные пассы руками и выразительно поклонился кургану.
– Но не все разделили мнение вождей. Были и противники. Они называли Шугу безумцем и предлагали уйти с частью драгоценностей, а остальное закопать. Была битва, сторонники Шуги одержали победу. Его врагам пришлось убраться прочь.
– Что с ними стало?
– Сгинули. В степи всегда было неспокойно, а в те времена дикого зверья и разбойников было куда больше.
– Но как вашему племени удалось уцелеть? Я что-то не вижу вокруг селения ни стены, ни даже крепкой ограды.
– Сын мой, ты забыл про шкуры. С этой удивительной защитой, которая делает нас почти неуязвимыми, нам не нужны ни заборы, ни крепкие стены.
– А как вы узнали о силе этих шкур?
– Случайно. Мальчишки из озорства завернули в шкуру кого-то из своих приятелей. Тот отбивался и кричал, что ему больно, что шуба жалит его своими иглами. А затем он начал их бить. Расшвырял пятерых и погнался за шестым, чуть не убил его. К счастью, подоспели взрослые, которые с огромным трудом уняли его. В шкуре мальчишка был невероятно силен! Тогда наши предки поняли, что за могучее оружие попало в их руки. С тех пор воины нашего племени стали ходить на охоту в шкурах из кургана. Они голыми руками расправлялись с волками. Легко догоняли косуль и ломали им хребты. Облачившись в волшебные шкуры, даже женщины могли за один день вспахать большое поле. Из поколения в поколение передавались шкуры, которые делали нас могучими. Но со временем людей в племени стало намного больше, чем шкур. Появилась необходимость хранить и выдавать их по мере необходимости – для защиты от врагов, охотникам, строителям хижин. Так возникли мы – жрецы, хранители шкур. Только мы знаем, как правильно ухаживать за ними. И только нам, жрецам, ведомо главное откровение нашего племени, которого мы ждали очень давно.
– Что за откровение?
– Знак вождя. Уже много лет наше племя живет без поводыря. С тех пор как в бою погиб бесстрашный вождь Чаха, нет спокойствия в нашем народе. Нет достойного, кто мог бы его заменить. В племени начались распри. Зависть и недоверие овладели людьми. Они потребовали от нас, жрецов, чтобы мы назначили вождя своею силой. Но мы не могли этого сделать. Нам было известно, что следующим нашим вождем станет человек из другого племени, которого спасет конь.
Произнеся последние слова, старик повалился ниц и уткнулся лицом в ноги Джучи.
– Погоди, ты хочешь сказать, что я теперь ваш вождь?
– Именно, – выдохнул старик.
Джучи вспыхнул от гнева.
– Если все так, то почему жрецы не остановили кровавую битву? Сегодня я потерял больше тридцати своих верных воинов!
– Мы не сразу поняли, что случилось, – поднял голову старик. – А когда до нас донеслась весть о сражении, один из жрецов тут же поспешил на поле брани. Но будь спокоен, всех твоих воинов похоронят с величайшими почестями.
Джучи помолчал.
– А если я не захочу стать вашим вождем?
Старик улыбнулся.
– Вижу, как неспокойна твоя душа. Здесь обретешь ты то, что тебе нужно.
Тайны предков
– Что это за шкуры такие?
– Куда делись сокровища?
– Как называлось племя?
– Где это место?
Вопросы сыпались на Баева, словно те стрелы.
Парень-ирокез ошалело тер голову, думая: «Вот бы такую шкурку заиметь. Нехилым крутяком можно заделаться».
Растревоженный академик вскочил, тут же сел. Булькнул себе в бокал коньяку.
– Чушь, Чагатай не уводил у Джучи жену! Откуда вы это выкопали?
Со всех сторон бубнили, изумленно восклицали.
– Итак, я продолжу, – сказал Баев.
Он медленно двинулся вокруг стола, посматривая на гостей. В его взгляде, внешне рассеянном, на самом деле мерцала цепкость. Так радар, монотонно прочесывающий пространство, мгновенно откликается сигналом на малейшую рябь в эфире.
Кира хорошо знала этот взгляд. На теннисном корте Володя часто убаюкивал ее этой мнимой расслабленностью. После чего внезапно следовал резкий кросс, и мяч вонзался в площадку на ее половине. Она не успевала даже вскинуть ракетку.
– Я продолжу, – повторил Владимир Романович. – Мы подходим к самой важной части моего рассказа. По воле случая Джучи попал в чужое племя, которое жаждало признать в нем своего вождя. Но его тянуло в родной улус. Он хотел помириться с братом. Если бы Чагатай согласился вернуть ему жену, он простил бы его. Но Джучи не смог покинуть септеков.
– Кого?
– Септеков. Так называлось племя шкур.
– Ему что-то помешало? Или, может быть, кто-то? – высунула из-за бокала приклеенную улыбку героиня многочисленных сериалов.
– Я восхищен вашей интуицией, сударыня. Именно кто-то, – усмехнулся Баев. – Накануне отъезда из племени он увидел Агу, дочь Гузы, одного из славных воинов септеков. Ага была удивительная девушка. Когда в одном из боев Гуза был тяжело ранен и не смог держать в руках оружие, она явилась к хранителям шкур и заявила, что готова сражаться с неприятелями вместо него. Ей тогда было всего пятнадцать лет. Она была рослой и сильной, к тому же отец научил ее ловко обращаться с саблей и копьем, а из лука она стреляла лучше всех в племени. Известно, что Ага много раз участвовала в сражениях и снискала себе такую славу, которой завидовали многие мужчины. В одной из битв она потеряла руку. Когда ее увидел Джучи, он был потрясен: наездница без руки ловко подстрелила из лука птицу, натянув тетиву зубами.
В то время как она познакомилась с Джучи, ей было уже девятнадцать, она была красива и стремительна. Джучи вскочил на коня и погнался за необычной всадницей. А когда настиг и заглянул в ее яростные глаза, понял, что пропал. В ту секунду словно иное пространство разверзлось перед ним.
Он сделался главным вождем септеков, Ага стала его женой. Он ничего больше не хотел – ни славы, ни богатств. Любовь к Аге и долг перед племенем шкур перевесило все то, к чему готовил его отец и чем сам Джучи жил до сих пор.
Узнав о том, что произошло с его сыном, Чингисхан пришел в такую ярость, что решил немедленно покарать его. Десять тысяч воинов собрались в путь, чтобы пригнать Джучи в оковах. Отца-основателя Великой империи можно понять. В улусе Джучи, оставшемся без хозяина, начались разброд и шатания. К тому же Джучи был старшим сыном, и Чингисхан рассчитывал, что именно ему курултай
