Мне казалось, что мы уже объяснили все, что могли, но сейчас я в этом уже не уверен. Настроение портится; невольно забываешь даже о том, что мы сыты и вымыты. Череда рассказов нарушена.
Нелл раскидывается на кровати.
— Обсудим. Но надо и отдохнуть. Дамы? — Она смотрит на девочек. — Вы же здесь главные, верно? Вместе с Учителями?
— Спим, — отвечают девочки. — Остальное потом.
— Приглуши огни, — просит мой двойник. — Режим сна или как его там.
Корпус подчиняется. Огни под куполом отсека, похожего на палатку, тускнеют, и мы оказываемся в золотистом полумраке.
— Напомни еще раз, кто я такой? — спрашиваю я у двойника, пока мы укладываемся рядом. Друг друга мы не касаемся. Если честно, то он мне даже не нравится.
— Санджей, — отвечает он.
— А ты… Санджим.
— Точно.
Я закрываю глаза… и всего лишь буквально миг спустя Нелл толкает меня в бок.
Мы с Санджимом встаем.
— Шум, — говорит женщина. — Хруст на корме.
Теперь все слышат эти звуки — низкие, резкие, громкие. От них у меня лязгают зубы. Палуба вибрирует, вращение корпуса замедляется, и мы начинаем скользить. До тросов и перекладин далеко, поэтому мы прижимаем руки к гладкому полу, хватаемся за кровати или — как распустивший иглы Циной — цепляемся за переборки.
Девочек нигде не видно.
Ким с Томчином ползут в нашу сторону. Корпус дергается, снова раскручивается, затем замедляется. Снова хруст. Весь корпус содрогается.
— Следовало бы взглянуть на центр управления — попробовать что-нибудь узнать, а затем и сделать, — предлагает Ким. — Они пришли быстрее, чем мы думали.
— Кто? — спрашиваю я, еще сонный.
— Плохие твари.
Большой обзор
Корпус сильно дрожит — вот-вот развалится на части. Возможно, все это намеренно. Возможно, это последняя часть Корабля, которую они еще не контролируют, и поэтому они собираются полностью его уничтожить. С другой стороны, что тогда останется им, кем бы они ни были?
Они ведь не готовы разрушить весь Корабль просто для того, чтобы избавиться от нас, верно?
Однако у нас есть Циной — и он понимает, где мы находимся, — и Ким, у которого чувство ориентации явно развито сильнее обычного. И с нами Нелл, которая разбирается в инженерии и том, как функционирует корпус, — и которая отчаянно стремится восстановить все свои знания.
Скрежет и вибрация утихают — этого времени нам хватает на то, чтобы выбраться через люк, пересечь зону погрузки и вернуться в носовой отсек. Раскрутка так ослабла, что мы почти парим. Мы уже привыкли к тому, что все идет не так, и почти не напуганы. То, как мы движемся, как помогаем друг другу — я даже хватаю Циноя за лапу, чтобы протащить его через узкий люк, — означает, что мы наконец действуем как одна команда.
Томчин следует за нами. Мы тянем друг друга к носовому отсеку, где все еще мягко светятся квадраты, прямоугольники и овалы — очертания не до конца сформировавшихся приборов. Мы надеемся, что из них вырастут пилоны и панели управления, — если мы об этом попросим.
— Прикажите ему! — кричит Нелл мне и двойнику, зацепившись ногой за кабель и вытягиваясь во весь свой невероятный двух с половиной метровый рост.
— Покажи нам звезды, дай управление, — говорит мой дубль.
Прежде чем он успевает закончить фразу, корпус уже выполняет распоряжение. Появляются новые «капли», они принимают форму горизонтальных панелей управления — становятся толще, расширяются. Панели, закрывающие иллюминаторы, отъезжают вверх и в сторону. Снова перед нами вселенная: сияющие завитки и бесконечное полотно алмазной пыли — бесчисленные миллионы звезд.
Однако чего-то не хватает.
Циной тонко стонет — это совсем ниже его достоинства. Постепенно до меня доходит, и я тоже начинаю волноваться. Сероватые туманные линии и выдвинутый вперед «зонтик»-щит больше не видны.
— Отражательный конус, — говорит Циной. — Его нет.
— Отлично, — отзывается Нелл.
— Что это значит? — спрашивает Ким.
— Мы движемся слишком быстро, — говорит Циной, и у него начинается неконтролируемая дрожь. Он почти не может сдержать разочарование и ярость. — Межзвездное вещество — частицы пыли, газ…
— Мы в центре шторма, и мы голые, — объясняет Нелл. Она подходит к дальнему краю иллюминаторов и пытается посмотреть вниз и назад. Далеко заглядывать не приходится. — Корпуса не защищены, но вокруг того бугорка на луне еще что-то есть — и луна тоже прикрыта. У них есть щит.
— Это Штурманская Группа. Они хотят нас отскрести, — говорит Ким.
Нелл перешла к самой передней панели, в центре которой находится небольшая синяя полусфера. Нелл кладет на полусферу руки. Мы с двойником присоединяемся к ней, а сбоку от нас встает Томчин — на его, в общем, бесстрастном лице появилось какое-то новое выражение.
— А ему-то что известно? — спрашивает Ким сзади.
Нелл ненадолго прерывает контакт с полусферой, оглядывает нас, затем призывает вернуть руки на место.
— Все вместе, — говорит она.
Мы подключаемся к корпусу, становимся приемниками в океане информации. Абстрактная картина кажется знакомой, именно такой, какой мы себе ее представляли, но здесь слишком много темных уродливых пятен, похожих на обугленности, — они обозначают пробелы в памяти корпуса. По грубым прикидкам более девяноста процентов воспоминаний повреждены, недоступны или просто исчезли.
Томчин с нами — он управляет частью дисплея, ведет поиск, предоставляя нам возможность осваивать собственные области… опыта? инстинкта? программы?
— Ненавижу это, — говорит мой двойник. Голос доносится сбоку, однако его образ мерцает передо мной в пустоте — он что-то ищет, повторяет мои движения. — Здесь нужен десяток людей!
— Только если знания, которые можно распределить, еще сохранились, — говорит Томчин. Его сознание находится в одном из дальних закоулков. Он, похоже, ведет досмотр, ищет основные вехи.
Затем он возвращается и тащит за собой некую нить для подключения, похожую на инкрустированный сверкающими самоцветами кабель. Доступ к удаленной области памяти корпуса.
— Неисправен, — говорит Томчин. — А раньше вел напрямую к генофонду, к Биопланированию.
Да! Эти слова, эти названия…
— Можешь проследить, куда он идет? — спрашивает его Нелл.
Не говоря ни слова, Томчин снова уходит — физически он по-прежнему рядом, однако его сущность мгновенно удаляется.
«Охотник» тоже рядом — очевидно, он подключился через другую панель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
