– Ни в коем случае. Ну как, заметано?
– Будь ты проклят, фритци!
Она поджала губы, нацепила на лицо задумчивое выражение, пытаясь сделать вид, что мозг вот-вот взорвется, а сердце бессильно трепыхается.
– Можешь поклясться, что, если все пройдет как надо, мне не придется покинуть Рика? В конце концов, он мой пропуск к богатству и успеху!
– Если все обойдется, никто ничего не узнает. Я дал тебе эту возможность как профессионал профессионалу и из уважения к Мартину. Ну? Согласна? Или он – труп.
Мысленно скрестив пальцы, Саманта кивнула.
– Будет забавно снова поработать с Мартином. Я в деле.
Вайтсрайг снова ухмыльнулся.
– Я так и знал, что только притворяешься, будто встала на путь праведный. Дай мне телефон, по которому тебя можно застать.
Она дала ему номер сотового.
– Я пробуду в Нью-Йорке еще неделю. Если придется задержаться, сообщи, чтобы я заранее изобрела подходящий предлог.
– Ты окажешься в уютном Палм-Бич точно в срок, – пообещал Николас и, сжав подбородок Сэм тонкими, длинными пальцами, запрокинул ее лицо. – Больше никто ничего не должен знать, Сэм. Если я что-то услышу, отошлю в полицию снимки нашей сегодняшней встречи. И не вздумай блефовать: малейшая ошибка, и Мартин мертв. А за ним последует твой богатенький бойфренд и уж потом – ты. Ясно?
Саманта даже не пробовала вырываться.
– Ясно. Но если не выделишь мне долю или утаишь денежки, помни: тебе это с рук не сойдет.
– Вот и хорошо, – кивнул он, отпустив ее. – Значит, договорились. Увидимся в субботу. Я изложу детали и уточню сумму твоего процента.
– Если эта сумма не будет меньше десяти, проблем не возникнет.
Николас с кивком и хитренькой усмешкой направился вниз по улице. Саманта перевела дыхание. А она думала, что худшего утра, чем сегодня с Риком, в ее жизни не было!
Теперь придется во всем признаваться ему и Стоуни. Они должны знать, что ее ожидает.
Саманта прошла пешком еще один квартал, после чего демонстративно посмотрела на часы. Николас вряд ли блефовал, утверждая, что пошлет фотосвидетельства их встречи в полицию. Это означало, что за ними наблюдали его люди. Кто знает, может, наблюдают и сейчас.
Ладно, значит, теперь она знает, на кого работает Мартин и за кем охотится Интерпол. Но Николас взял из дома всего одну картину. Вопрос в том, на кого работает он сам. И кого ей придется ограбить, чтобы купить пропуск в шайку?
Господи, в какое же дерьмо она вляпалась!
Но старый знакомый адреналин уже бурлил в мышцах. Да, такова уж она. Опасность для нее – наркотик. Что бы там ни было, она только что согласилась на кражу, достаточно крупную, чтобы привлечь внимание Интерпола, плюс на маленькое грязное дельце, выполнить которое ей предстояло самостоятельно. А если ее поймают, значит, притащат к Горстайну, и на этот раз ей так легко не отвертеться.
Подумать только, всего два дня назад она сожалела, что на этот раз визит в Нью-Йорк для человека, ставшего на путь исправления, будет нестерпимо скучен!
* * *
Зрелище, открывшееся ей в кафе, было настолько необычным, что Саманта остановилась как вкопанная. В глубине большого зала сидели Рик и Стоуни. Оба, нагнувшись над листом бумаги, что-то обсуждали. Вероятно, строили планы убийства. Вполне возможно, намеченной жертвой была она.
– Привет, мальчики, – пробормотала она, осторожно приближаясь к столу. Схватка с Риком вымотала ее, а милая беседа с Вайтсрайгом довела до крайности. Так что пусть лучше они ведут себя прилично, иначе никому несдобровать!
Рик встал, как всегда, когда она входила в комнату.
– Успокоилась? – тихо спросил он, выдвигая для нее стул.
– И да, и нет. Что вы делаете? – поинтересовалась она, указав подбородком на листок бумаги.
– Двенадцатиэтапная программа по удалению тебя из Нью-Йорка, – объявил Стоуни.
– Неужели? Кажется, вы успели подружиться, вероятно, с целью надуть меня… или вообще избавиться.
– Ничего подобного. Он по-прежнему мне не нравится, – объявил Рик, погладив ее по руке. – У нас просто общее дело.
– Ну конечно!
Все еще подстегиваемая адреналином, она и не подумала рассердиться и украдкой оглядела кафе. Оно было расположено в вестибюле административного здания фирмы Рика, так что там обычно обедали служащие, которые сегодня предпочитали держаться подальше от его стола. Конечно, все исподтишка наблюдали за ними, но вряд ли кто-то осмелится подслушивать! И это прекрасно, поскольку никто из команды Николаса не подберется к ним достаточно близко, не вызвав подозрений.
– Итак, насколько мы понимаем, – начал Рик, заказав проходившей мимо официантке три бокала диетической колы, – обвинений тебе не предъявили.
– Пока еще нет, – кивнула она.
– И не предъявят по крайней мере до той минуты, пока шайка не осуществит свою большую операцию, о которой упоминал твой отец. До этого времени никто не помешает нам покинуть страну. Как только мы окажемся в Англии, оттуда легче легкого улететь туда, где не существует экстрадиции.
Саманта притянула его к себе за лацканы пиджака и поцеловала в губы.
– Ты молодец, брит.
– Я тоже так думаю.
Саманта грустно взглянула ему в глаза.
– Но есть кое-что такое, что ты должен знать.
Появилась официантка с кока-колой, и Сэм припала губами к стакану. Рик заказал сандвич с ветчиной, а Стоуни – салат. Сэм не хотела есть, но все же попросила начос.
После ухода официантки Сэм игриво улыбнулась и уселась поудобнее.
– Никаких серьезных взглядов и заговорщического шепота, пока я буду говорить. За нами могут следить.
– Кто именно? – пробормотал Рик с ответной улыбкой, сжимая ее пальцы. Бизнесмен или нет, но у него была душа вора.
– Стоуни, ты когда-нибудь имел дело с Николасом Вайтсрайгом?
– Раза два. Он всегда сам связывается с клиентами. И любил… любит большие, можно сказать, пафосные операции.
– Угадайте, кого Мартин собирается сдать Интерполу?
– Святой Моисей!
– Не то слово. Продолжай улыбаться, Стоуни.
– Может, кто-то позаботится просветить меня? – вмешался Рик, вскинув брови.
Стоуни старательно прихлебывал кока-колу, поэтому объяснить случившееся предстояло именно Сэм.
– Он обычно работает с командой из четырех-пяти человек, как правило, европейцев. Как сказал Стоуни, они обожают масштабные операции. Это они ограбили Лувр в прошлом году и едва не стащили «Мону Лизу». Но пришлось убить охранника.
– Зато они украли картин на пятьдесят миллионов, – кивнул Рик. – Интерпол связался со мной, чтобы узнать, не предлагали ли мне что-то краденое. Но грабители ко мне не обращались.
– Возможно, все покоится в потайной комнате какого-нибудь крупного гонконгского бизнесмена, – цинично заметила Саманта. – Так или иначе, сейчас команда Вайтсрайга прибыла в Нью-Йорк. И они попросили у Мартина помощи с наводкой.
