Затем, выключив меч, Люк рывком всплыл на поверхность, ловя ртом воздух и вытирая глаза. Как только меч оказался надежно пристегнутым к его поясу, Люк вытянул руку и потащил освобожденный лист за собой к берегу.
Он еще раз ненадолго воспользовался мечом, чтобы проделать небольшое отверстие в задней части листа. С помощью тонкого страховочного троса он прикрепил их средство передвижения к сталагмиту на берегу.
- А вот это может сойти за весла! - крикнула Принцесса. Она стояла дальше на берегу на небольшом возвышении. Люк подошел и встал рядом.
Здесь с крыши на пол пещеры свешивалось множество кристаллов селенита. Каждый был выше человеческого роста, толщиной сантиметра в два. Фосфоресцирующие наросты делали их похожими на витражи в церкви, а в некоторых местах заостренный, как нож, минерал сиял багряным светом.
- Слишком красивы, чтобы их ломать, - в восхищении сказал Люк. - Но ты права... весла из них выйдут хорошие. Снова пользуясь бесценным мечом, Люк срезал четыре лезвия нужного размера и голубым лучом придал им такую форму, чтобы их можно было держать. Затем они отнесли "весла" к воде и осторожно положили их на чешуйчатую лилию, которая, как они надеялись, перевезет их через озеро.
- Готова плыть? - наконец, спросил Люк. Лея поколебалась и взглянула на хронометр на своем запястье.
- Мы идем уже почти шестнадцать часов, Люк, - она указала на озеро. Если мы собираемся сделать попытку пересечь его, лучше это сделать после хорошего ночного сна.
- Или дневного сна, - согласился Люк. У них не было возможности определить, был ли в наземном мире день или стояла ночь.
Люк нашел кусок гниющего листа водяной лилии, выбросил его на берег и потащил вверх по склону. Лист вполне мог сойти за более или менее приемлемый матрац.
- Ты спи, - сказал Люк, когда они вытянулись на мягком "матраце", - я что-то еще не очень устал. - Лея кивнула и попыталась устроиться поудобнее на влажной пористой массе.
Через две минуты оба уже крепко спали.
Люк проснулся как от толчка, быстро сел и, моргая, стал осматриваться по сторонам. Ему послышалось какое-то движение. Но ничего не было, только журчание ручья, вливавшегося в озеро, да звук капель, падавших в воду сверху.
Проверив свой таймер, Люк разбудил Принцессу. Она протерла глаза, прогоняя сон, и спросила:
- Как долго мы спали?
- Почти двенадцать часов. Похоже, я тоже вымотался.
Они открыли свежие концентраты и с жадностью набросились на них. Люк принес воды из ручья в складной чашке. Они ели, сидя у прозрачного ручья и наблюдая за водяными жуками, суетливо сновавшими взад-вперед.
- Я и подумать никогда не могла, что концентраты могут быть такими вкусными, - заметила Принцесса, покончив с остатками кубика и запив их несколькими глотками воды.
- А мой аппетит улучшится, когда мы снова увидим солнечный свет, ответил Люк. Исчерпав все объяснения, он стал пристально смотреть на воду. - Надеюсь, это озеро не так широко, каким кажется. Не люблю путешествовать по воде.
- Неудивительно, - успокоила его Принцесса, зная, что на пустынной планете Татуин, где вырос Люк, открытый водоем был такой же редкостью, как и вечная зелень.
В молчании они уселись в свой лист-лодку. Каждый взял в руки по длинному селенитовому веслу. Люк отвязал трос от сталагмита, свернул его и пристегнул назад к поясу, затем оттолкнулся. Они заскользили по озеру так, словно лодка была смазана жиром.
Люк испытал откровенный ужас, когда они гребли через это озеро, напоминавшее бездонный кратер. Дно в действительности могло быть в каком-нибудь метре под ними, но черная вода была буквально непроницаема.
Беспокойные мысли роились в мозгу Люка, как водяные жуки в ручье. Что, если озеро тянется на сотни километров? Или, например, разветвляется в нескольких направлениях? Без видимой тропы они легко могут затеряться навечно.
Самым лучшим шансом для них было держаться левой стены, где тропа исчезала в воде. Маловероятно, чтобы она тянулась через все озеро, более реальным было бы, если бы она шла поблизости от стены, где, как можно было предположить, более мелко.
Люк представил себе неведомые ужасы. А вдруг огромный подземный водопад осушит озеро, водопад, который неизбежно приведет к их гибели в одиночестве на скалах, никогда не видевших дневного света. Но пока они неуклонно продвигались вперед, эти страхи частично потеряли остроту. Водопад, например. При идеальной акустике пещеры они непременно услышали бы громовой рокот.
После того, как они медленно и с трудом гребли в течение часа, Люк обнаружил, что ему уже все равно, что они найдут на дальнем берегу озера, - лишь бы его найти.
Его плечи стали немилосердно болеть. Люк знал, что Принцесса испытывает такую же боль, если не хуже. Но она ни разу не пожаловалась, не сказала ни слова протеста, пока они продолжали свое невероятно медленное продвижение по воде. Восхищаясь ее твердостью, Люк задумался над тем, не смягчили ли ее испытания, через которые они прошли здесь, на Мимбане. Сказать наверняка он не мог, но тем не менее был благодарен за это.
- Почему бы тебе не отдохнуть, Принцесса? - наконец, посоветовал Люк. - Я могу немного погрести один.
- Не говори глупостей, - отозвалась Лея мягко, но решительно, правда, в голосе ее не было особого энтузиазма. - Глупо будет, если ты станешь тянуться на этой штуке то туда, то сюда. И потом, я не слишком уверена в ее плавучести. А если ты будешь сидеть на одном месте, мы будем двигаться по кругу. Оставайся там, где сидишь, и береги силы.
Люк сдался на доводы здравого смысла, может быть, менее приятные, чем проявленная им галантность, зато более практичные. Время от времени они отдыхали. Полдня прошли в монотонном движении, а противоположный берег так и не показался. В стоячей черной воде они перестали грести, чтобы перекусить содержимым разноцветных кубиков.
Далеко-далеко вверху Люк увидел, что потолок пещеры увешан обломками сталактитов, по сравнению с которыми те, что они видели до сих пор, казались карликами. Некоторые из них, должно быть, весили многие тонны. Там были и тонкие, длинные сталактиты, длиной в десятки метров, но не толще человеческого большого пальца. Все они были сплошь покрыты светящимися лишайниками-грибами, заполнявшими огромное помещение успокаивающим желто-голубым светом.
Люк усмехнулся, вспомнив то, что говорила о воде Халла. Тут она была права! Было что-то магическое в том, чтобы погрузить в черноту чашку и смотреть, как она наполняется, потому что цвет озера был таким чистым и богатым, что сама чернота казалась частью этой воды.
Сама вода была свежее и чище любой воды, какую когда-либо доводилось пить Люку. Пока они в молчании ели и пили, он вспомнил, как ему не хватает крохотного ручья, который вел их все это время. Его ровное журчание было большим утешением. Теперь им приходилось свыкаться с прерывистым и не таким живым звоном капель, падавших со сталактитов у них над головой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
