О чем только не передумала Саша в те долгие ночи! О юности своей, которую опалила война, о родных, которые ничего не знали о ней, о том, что ждет ее завтра, послезавтра, через два дня… Думала без страха, с ожесточением.
Смерть подкарауливала их каждый день. Бывали дни, когда гитлеровцы особенно лютовали. Фронт приближался, и они угоняли в Германию все трудоспособное население.
Аня и Саша ушли от хозяйки и прятались в кладовке у древней, скрученной ревматизмом старухи, дальней родственницы Лукьяновны. Однажды у дома остановились четыре конных жандарма. Трое вошли в дом, четвертый остался с лошадьми.
— Есть молодые?
— Одна я, старая.
— Осмотрите дом!
Саша замерла за деревянным корытом. Аня сжалась в ларе с картошкой. В кладовке была кромешная тьма, от запаха гнилых овощей мутилось в голове.
— Что там у тебя? — голос совсем близко. Саша слышит дыхание жандарма, их разделяет только старое одеяло, которым завешена дверь кладовой.
— Овощи на зиму храню…
На улице — цокот копыт. Ушли…
А потом в освобожденной весенней Одессе генерал вручил им обеим ордена боевого Красного Знамени. И тогда только Аня узнала, что ее подругу — маленькую веселую Сашу — зовут вовсе не Саша, а Маруся!
«Дорогие мои! — писал обеим девушкам их начальник, которого они звали «Батей». — Я знаю, придет время, и мы расстанемся с вами надолго, быть может, навсегда. И поэтому я хочу написать вам то, что подсказывает мне сердце. Рад за вас безмерно, за вашу работу, за то, что вы живы и здоровы и снова готовы на любые испытания для Родины, для нашей победы. «И коль придется снова вдруг, не испугает Новый Буг…»
Будьте счастливы, дорогие! И Вы, Аня, и Вы, Маша. Ваш Батя».
…Все это и услышал после войны о своей дочери Марусе пожилой солдат. Узнал он и о том, что дочь стала Марией Егоровной Пановой, так как вскоре после победы вышла замуж за уральца Александра Панова, бывалого солдата, провоевавшего всю войну. А потом увидал и внуков Валентина и Владимира.
* * *
Вот уже десять лет Мария Егоровна Панова работает в Челябинске медицинской сестрой.
Мы сидим с ней в лечебном кабинете, где она только что закончила прием больных. Я слушаю ее рассказ. Рассказ о долге, выполненном во имя свободы Родины, во имя жизни.
П. Усынин
220 ДНЕЙ В ТЫЛУ ВРАГА
В марте 1965 года в печати опубликовав Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении боевыми орденами Серафимы Ивановны Кляцкой (посмертно) и Владимира Михайловича Рыбоволова. Они — активные участники армейской разведывательной группы Верного, действовавшей в Крыму, в тылу врага, в период Великой Отечественной войны. Командир группы Федор Тимофеевич Илюхин (Верный) живет и работает сейчас в Донецке, на Украине. В беседе с корреспондентом ТАСС он сообщил, что переписывается со многими разведчиками группы, в том числе и с радисткой Шурой — Александрой Ивановной Поплавской (Скубенко), которая живет в Челябинской области, заведует поселковой библиотекой.
Тесная комната библиотеки Зауральского поселка. Стол со свежими номерами газет и журналов. Справа, за низенькой перегородкой, около стеллажей с книгами, невысокая симпатичная женщина. Темные волосы гладко и аккуратно причесаны. Ясные, добрые глаза. Так вот она какая — разведчица-радистка Шура, пробывшая 220 дней в тылу врага и передавшая в штаб командования 247 важных донесений! Подвиг ее отмечен высокой боевой наградой — орденом Отечественной войны 1-й степени.
Александра Ивановна все время занята. Один за другим приходят читатели обменять книгу, вновь записаться. Только слышится негромкий приятный голос хозяйки библиотеки:
— Как вам понравилась книга? Советую прочитать книги Константина Симонова или Василия Гроссмана.
Обстановка в библиотеке свидетельствует о большой заботе о читателях. Ярко оформлены стенды и витрины книг о жизни и деятельности В. И. Ленина, о моральном кодексе строителя коммунизма. Имеется стенд книг писателей Урала. Подготовлена выставка литературы, посвященной Великой Отечественной войне.
А читатели все идут и идут. В поселке пять тысяч жителей, и каждый пятый является читателем библиотеки. Наблюдаешь со стороны за работой Александры Ивановны и думаешь: неужели эта добрая и приветливая женщина когда-то была бесстрашной разведчицей? Кажется, всю жизнь она провела среди книг, среди читателей.
Только в обеденный перерыв удалось, наконец, начать разговор о главном — о деятельности Александры Ивановны в годы войны. Узнав, о чем будет идти речь, она смутилась:
— Что вы, какой из меня герой! Мне было тогда 18 лет. Я рядовая радистка, на задания не ходила, только передавала сведения, готовила обеды, стирала белье разведчикам. И все. Вот наш Верный (Федор Тимофеевич) и другие — это, действительно, настоящие герои.
Нет, радистка Шура была тоже отважной разведчицей.
…В военкомат пришла невысокая темноволосая хрупкая девушка.
— Хочу поехать на фронт. — Посетительница положила на стол заявление, написанное на листке из ученической тетради.
— Просьбу удовлетворить не могу, не имею права, — военком свернул заявление и протянул девушке.
— А если я очень попрошу? — твердо произнесла девушка.
Военком снова взял заявление, перечитал.
— Поплавская Александра Ивановна. Где же твои родители?
— Отец был коммунистом, кулаки убили в тридцать втором. Мать умерла в феврале сорок первого. Сестренку Октябрину отправила к родственникам. А сама хочу на фронт.
Военком молчал, раздумывал. Потом приказал оформить документы.
Так Шура оказалась на курсах радистов. Затем встреча с Верным. Аэродром. Посадка в самолет, ночной полет над морем, в Крым, в глубокий тыл врага. Наизусть Шура вызубрила задание:
«Добывать сведения о противнике, деморализовать его тыл, устраивать взрывы на железных и шоссейных дорогах в районах Джанкой — Симферополь и Джанкой — Керчь».
Темной ночью в сентябре 1943 года неподалеку от крымской деревни Тубенкой в кукурузном поле приземлились девять парашютистов — восемь мужчин и одна девушка. По условному сигналу руководителя группы Верного все собрались вместе, зарыли в землю парашюты и пошли искать парашюты с грузами — продовольствием, взрывчаткой и запасным комплектом питания для радиостанции. Эти грузы нашли в лощине уже на рассвете, когда в деревне Тубенкой пропели петухи. Целый день пришлось просидеть в кукурузе. С наступлением темноты вышли на поиски базы. Перед этим Шура передала первое донесение о благополучном приземлении.
Только через несколько дней разведчики нашли подходящее место для базы, назвали это местечко «сиреневым островком», потому что здесь, среди бурьяна, рос единственный куст сирени. Верный разделил разведчиков на две группы. Одну направил в район станции Сейтляр, другую — к станции Киличи. Через два дня Шура передала командованию:
«На дороге, ведущей в Джанкой, взорвано железнодорожное полотно. Поврежден паровоз, несколько вагонов с боевой техникой сошло с рельсов. Движение на линии приостановлено на 8 часов. Верный».
А вот донесение, переданное Шурой на другой день.
«На участке между Граматиково и Киличи, вблизи моста через речушку Булганик, произведен взрыв полотна железной дороги. Выведены из строя паровоз и 14 вагонов с техникой и живой силой противника. Верный».
Прошел еще день, и Шура вручила Верному радиограмму от командования. В ней говорилось:
«Поздравляем с первыми успехами. Желаем успехов в дальнейшей работе».
Донесения о взрывах следовали одно за другим. Но командование нуждалось в сведениях о планах противника, о его намерениях. Верный послал людей в Симферополь, Феодосию, Керчь, Джанкой с заданием: с помощью местных патриотов осторожно выискивать подробные сведения.
Вскоре Шура могла сообщить в штаб:
«Симферополь минируется, население срочно эвакуируется. Базары закрыты. В городе облавы. Задержанных увозят в неизвестном направлении».
«С трех часов 15 сентября до 5 часов 16 сентября в сторону Джанкоя прошли 14 эшелонов с войсками и техникой противника, в сторону Керчи — 6 эшелонов. По шоссе на Джанкой прошли 400 крытых груженых автомашин. Скот эвакуируется на север. Охрана железных дорог усилена. Верный».
«Идет усиленная эвакуация населения из Симферополя в Николаев. Поезда на Джанкой забиты до отказа машинами. Верный».
Проводили диверсии в тылу врага и добывали сведения смелые разведчики, друзья Шуры — Иван Аненко, Иван Мотузко, Алексей Щукин, Анатолий Добровольский, Петр Бондаренко и Александр Вуколов. Им помогали местные жители, особенно Серафима и Алексей Кляцкие, Владимир Рыбоволов и другие. Разведчики из группы Верного уже на второй неделе работы в тылу привлекли к активному участию в разведке 29 патриотов.
