мир, даже если это станет возможным. Видимо, все же не зря элины называют нас, андров, дикарями.
− Это не так, − нахмурилась Стелла. − Ты вовсе не дикарь. Дикарь не смог бы быть ректором магистериума. Во всяком случае, так успешно, как ты, работать на этом посту не один год. И мне жаль, что теперь ты оставляешь его.
− В том, что касается тебя, никем иным, как дикарем, я назвать себя не могу. Как иначе можно назвать того, кто желает сделать другого, равного себе, своей личной и безраздельной собственностью? Лишь дикарем, степным варваром, по ошибке облачившемся в одежды цивилизованного андра. Каждый раз, когда я вижу тебя в окружении мужчин, не важно, андров или элинов, мне хочется перекинуть тебя через плечо и унести в свою пещеру. И мне не важно, что ты не имеешь на них никаких планов, кроме сугубо профессиональных.
− Но ведь не уносишь же, − с улыбкой ответила Стелла.
− Порой я едва сдерживаюсь, − с шумом выдохнул Тамир.
− И я очень ценю твою выдержку. Как и все то, что ты для меня делаешь. Так много, и все для меня одной. Ведь если бы ты, будучи ректором, не утвердил мне индивидуальный план обучения, то я не смогла бы окончить магистериум экстерном. Получить диплом за один год − прежде такого никогда не было.
− С моей стороны было бы преступно сдерживать такой талант, как у тебя, в рамках стандартной образовательной программы, будь ты моей супругой или нет. Даже тот год, который тебе понадобился, чтобы получить диплом, это слишком много. Ведь я прекрасно помню, кем ты была в своем мире, госпожа профессор.
− Хочешь, чтобы и в этом мире я получила эту степень?
− А ты сама разве не хочешь того же?
− Я не хочу, чтобы ты жертвовал чем-то ради меня. Мое погружение в науку требует переезда в Эль-Орон, а это означает, что ты больше не сможешь быть ректором.
− Тебе не нужно переживать об этом. Ректорство − вовсе не вся моя жизнь. Это и получилось-то отчасти случайно. Император отправил меня контролировать Руад, но быть только регентом этого достаточно тихого города, во всяком случае, в сравнении со столичным Ораном, мне показалось недостаточно. Теперь же у Руада появится истинный правитель, и моя миссия здесь будет исполнена. Да и пост ректора есть кому передать, поэтому я покину Руад без сожалений.
− Жаль, − нарочито громко вздохнула Стелла, − это означает, что я не смогу больше называть тебя господином ректором.
− Действительно, какая жалость, − согласился с ней Тамир.
В несколько шагов преодолев расстояние между ними, он вплотную подошел к Стелле. Еще шаг − и она была вынуждена отступить назад. Теперь ее спина упиралась в стекло, а грудь была плотно прижата к груди Тамира.
− Я очень рассчитываю на то, что для вас, адептка Паэр, я навсегда останусь господином ректором, − усмехнулся андр только им двоим известной шутке, еще теснее прижимаясь к жене своим мощным телом, буквально вжимая и распластывая по оконному стеклу.
− Разумеется, господин ректор, − выдохнула Стелла, почувствовав губы мужа на своей шее. А затем еще ниже, и еще. − Надеюсь, что и вы сохраните эту уверенность в будущем.
− До конца времен, − подтвердил Тамир, накрывая ее губы своими, сливаясь в одном из множества ожидавших их впереди поцелуев.
− Ты спрашивал, скучаю ли я о потерянном доме? − уже много позже, когда они вновь обрели способность разговаривать, произнесла Стелла. − Ты же не об этом на самом деле хотел спросить? Точнее, не совсем об этом?
− Как ты хорошо успела меня изучить, жена, − вздохнул Тамир.
− На самом деле, ты хотел узнать, не сожалею ли я? − приподнявшись на постели, Стелла посмотрела в глаза своему андру.
− Да, − нехотя признался он.
− Я могла бы сказать, что глупо печалиться о том, что нельзя изменить, и впустую тосковать об ушедшем. Но это не так. Мой мир, тот, в котором я жила прежде, вовсе не потерян. И, раньше или позже, но станет возможным приоткрыть в него дверь. Но дело не в этом. Даже если эта дверь станет распахнута настежь, я не покину тебя. Потому что мой дом − там, где ты. А потому мне не о чем сожалеть.
− Знаешь, иногда я думаю, что недостоин тебя, − Тамир заключил Стеллу в свои объятия, прижимая ее к себе.
− Только иногда? − рассмеялась она.
− Твои молодость, красота, ум и преданность − и все это для меня одного. Для меня, воина и варвара, − проговорил Тамир.
− А еще волевой характер, выдержать постоянное присутствие которого рядом способен как раз таки только настоящий воин, − парировала Стелла. − Так что все именно так, как и должно быть.
− Ну, раз ты так в этом уверена, то и у меня не должно быть причин для ненужных сомнений, − на лице андра появилась улыбка.
− Вот именно, − Стелла потянулась вверх, поцеловав мужа в щеку, там, где та отозвалась ямочкой на улыбку. − Но меня действительно кое-что беспокоит, − заметила она затем.
− То, что происходит сейчас в Руаде? − предположил Тамир.
− Как ни странно, нет, − возразила Стелла. − Конечно, я волнуюсь из-за того, что происходит. Но я знаю, что у тебя все под контролем. Куда больше меня волнует, придется ли тебе по вкусу жизнь в Эль-Ороне. Это же небольшой закрытый город посреди степи. Конечно, Орихон находится не так уж далеко от него, но не думаю, что нам удастся выбираться туда слишком часто.
− Моя дорогая, − усмехнулся Тамир, − пока ты рядом со мной, скучать мне не придется, ни в каком смысле, я абсолютно убежден в этом. Я, как никто иной, знаю, что ты способна обеспечить интереснейший досуг.
− Я серьезно, − Стелла в притворном гневе хлопнув его ладонью по груди.
− Так и я серьезно, − невозмутимо ответил Тамир, ничуть не поморщившись. Ну, разве что, слегка. − Там, в Эль-Ороне, найдется подходящее занятие и для меня. В пустынных землях что-то происходит. Я не хотел тревожить тебя прежде времени, но теперь скажу. От Пустынного Змея давно не было вестей. А последнее, что я от него слышал, это то, что он собирался отправиться вглубь пустыни.
− В пустыню? − удивилась
