Дрожь наслаждения пронзила их тела, сплетенные в древнейшем из танцев. Губы прильнули к губам, дыхание смешалось, два сердца забились в едином отчаянном ритме.
— Софи, кажется, я… — Рид умолк, не закончив фразу.
Оба они знали, что не пришло еще время облекать в слова свои мысли и чувства.
Через минуту Рид с Софи на руках уже поднимался в спальню.
— Не говори моей сестре, что я проделывал в ее постели.
— А что ты собираешься вытворять? — спросила Софи, когда он опустил ее на кровать и вытянулся рядом.
— Все, что только придет в голову, — признался Рид и, перекатившись на бок, поцеловал Софи в плечо. — Прежде всего подвергну тебя самому внимательному осмотру, на какой только способен врач. Я хочу изучить каждую клеточку твоего тела.
— А как насчет тебя? — усмехнулась Софи, поворачиваясь к нему. Ее ладонь скользнула по груди, гладя упругие мышцы.
— Можешь делать со мной что захочешь. Я весь твой. — Его губы приникли к шее Софи, руки пустились в волнующее путешествие по телу, исследуя, лаская, пробуждая желание.
Три часа спустя, обессиленные, задыхающиеся, бесконечно счастливые, они лежали, тесно прижавшись друг к другу, не расцепляя влажных от испарины тел.
— Найди для нас дом, — прошептал Рид ей на ухо сквозь наплывающую волнами дрему.
— Я поищу для тебя жилье, — выдохнула Софи, не открывая глаз. Никогда в жизни ей не было так хорошо. Рядом с этим мужчиной, чьего лица она еще не видела, все казалось возможным. Софи чувствовала себя всесильной. Она готова была покорить весь мир. Ей хотелось, чтобы эта ночь длилась вечно. Чтобы их объятия никогда не размыкались.
— Для нас. Для нас с тобой.
— М-мм, — только и смогла пробормотать в ответ Софи. Уютно свернувшись в клубок рядом с Ридом, касаясь спиной его обнаженного тела, она на мгновение закрыла глаза. В жизни Софи были и другие мужчины, но прежде ей не приходилось испытывать ничего подобного. Она никогда не проводила ночь с мужчиной, довольствуясь краткими часами, которые удавалось урвать. Ей вечно приходилось куда-то спешить, бесконечные обязанности почти не оставляли свободного времени.
Рид нежно поцеловал ее в затылок и крепче прижал к себе.
— Мы могли бы вместе снять жилье, если ты не против.
Софи наконец-то осознала смысл его слов.
— Я хотела бы переехать из дома Ким. Мне неловко оттого, что я вторглась сюда без приглашения. Но жить вместе… Нет, еще рано говорить об этом.
— Конечно, все произошло слишком быстро, но я в себе уверен. Когда чувствуешь, что поступаешь правильно, не испытываешь сомнений. Просто понимаешь: именно так и должно быть. У меня не было недостатка в… Я встречал немало женщин, но всегда меня что-то останавливало. — Рид не стал пускаться в объяснения, Софи в этом не нуждалась. Она знала ответ. Однажды Рид доверился женщине, поделившись самым сокровенным, а та отвергла его. Швырнула драгоценный дар ему в лицо. Нелегко пережить подобное предательство — Софи знала об этом по собственному горькому опыту. — Софи, ты пробудила во мне все лучшее. Благодаря тебе я стал… добрее к людям.
Софи не смогла удержаться от смеха.
— Но ты ведь и вправду очень добрый.
— Вовсе нет, но не в этом дело. Я хочу, чтобы ты узнала меня лучше. Настоящего меня.
— А это разве не ты? — шутливо спросила Софи, гладя Рида по плечу.
— Нет, — без улыбки ответил он. — Ты вскоре узнаешь обо мне нечто такое, что тебе не понравится.
— Я украла поваренную книгу, — выпалила Софи и тут же испуганно зажала ладонью рот.
Рид негромко рассмеялся:
— Не думаю, что кража в магазине серьезный повод…
— Нет! — Софи повернулась в кольце его рук. Темнота мешала видеть лицо Рида, но Софи чувствовала, что он смотрит на нее. — Настоящее имя Эрла — Льюис Картер Третий Триборн. Он наследник состояния Триборнов, а я похитила их семейную реликвию.
Рид недоуменно нахмурился, но тотчас понял:
— Ты говоришь о знаменитой поваренной книге Триборнов, в которой, как утверждает реклама, собраны их семейные рецепты?
— Да, — призналась Софи. Тело ее напряглось. Ощутив вдруг смущение и скованность, она попыталась отодвинуться, но Рид еще крепче сжал ее в объятиях. Софи сама не знала, зачем рассказала о книге. Наверное, теперь он с ужасом отвернется от нее.
— Должно быть, в посылке, которую ты хотела отослать, та самая книга?
Софи кивнула.
К ее удивлению, Рид рассмеялся.
— В этом нет ничего забавного! Я воровка!
Рид притянул к себе Софи, стараясь подавить смех.
— Ты говорила, он назвал ваши отношения…
— Летним романом.
— Кажется, все это время у него была другая женщина.
— Да. Девушка по имени Трейси, ее отец — приятель мистера Триборна.
Рид посерьезнел, начиная понимать, что случилось с Софи. Избалованный сынок богатых родителей использовал ее, а когда зашла речь о серьезных отношениях — отшвырнул, как надоевшую игрушку.
— Мне очень жаль, — произнес Рид. — Такого никому не пожелаешь. Ты сделала копию поваренной книги?
— Нет, разумеется! — возмущенно воскликнула Софи. Потом добавила, понизив голос: — Вдобавок записи зашифрованы.
— Зашифрованы?
— Похоже на то. Или же книга написана на незнакомом языке. Даже не представляю, что это за язык.
— Разве женщина, что оставила рецепты, не итальянка?
— Так уверяют Триборны, но кто знает.
Рид немного помолчал, гладя Софи по волосам. В комнате было довольно тепло, они лежали, накрывшись одной лишь простыней.
— Думаешь, Картер последует за тобой?
— Возможно, если пронюхает, где я скрываюсь. На самом деле я его совсем не знаю. Думала, что знаю, но ошибалась.
— А мне кажется, ты хорошо его знаешь, — возразил Рид. — Он бессовестный лжец. Марионетка в руках властного, деспотичного отца. И вдобавок он жаден. В надежде заполучить долю в компании, он готов ухаживать за кем угодно и жениться хоть на крокодиле, если это принесет дивиденды. Похоже на правду?
— Да, все верно.
— Так где же книга?
— Там, где проще всего ее найти. В среднем ящике письменного стола Ким. Я вздохну с облегчением, избавившись от нее.
— Я об этом позабочусь.
Софи улыбнулась в темноте. Слова Рида успокоили ее, и усталость взяла наконец свое. В теплых объятиях Рида Софи чувствовала себя защищенной. Веки отяжелели, она начала медленно погружаться в сон.
Рид лежал рядом, прислушиваясь к ровному дыханию Софи. Спать не хотелось. Беспокойные мысли теснились в голове, прогоняя сон. События последних дней проносились перед глазами, стремительно сменяя друг друга, словно узоры в калейдоскопе.
