Анха чуть задержалась на границе уютного зелёного садика, чтобы увидеть, куда собираются садиться принц и другие. Было бы неловко, схватись она и Елена за один и тот же стул. Слуг тут не было.
— Какой удивительный здесь аромат. Я не вижу, что за цветы так пахнут? — спросила Анха.
Она всего лишь хотела оправдать свою задержку, но аромат цветов был тонок, приятен и активен, так что ей действительно было интересно.
— О, это магические орхидеи «Ночная звезда», — похвастал принц, явно довольный реакцией Лунной княжны. — Можете поискать их в траве, — милостиво разрешил он и даже подошёл, чтобы помочь в поисках. Его друзья остались сидеть за столиком, а мороженое стояло перед ними.
— Я видела эти орхидеи только на картинках, читала о присущем им тонком аромате, но была бы рада увидеть вживую.
— Да, «Ночная звезда» — большая редкость, и не в каждом саду приживается. А вы знаете, что аромат «Ночной звезды» помогает упорядочивать мысли?
— Да, — активно закивала Анха. — Рядом с ней рекомендуется устраивать рабочее место и пользоваться им, когда скопилось много отчётов.
— Мы так и сделали, — улыбнулся принц, — это же закрытая часть сада и по утрам здесь работает мой отец, а я прихожу сюда вечерами, чтобы выполнить его поручения.
Анха понимающе закивала головой, и как только они с принцем нашли и рассмотрели невзрачные орхидеи, прячущиеся в специально разложенных коряжках в траве, то подошли к столу и стали пробовать подтаявшее мороженое. Откуда-то тихо зазвучала музыка. Никто не обратил на неё внимания, но Анхе стало интересно:
— Это же флейта?
— Что? Ах, это? — принц показал на ухо. — Надо же, мы так привыкли к музыкальному артефакту, что уже не замечаем его. Да, вроде флейта, — неуверенно подтвердил он.
Анха ела мороженое — и чувствовала подступающую тошноту. Музыкальный артефакт звучал едва слышно, но для неё это всё больше напоминало навязчивый комариный писк. Она бы выкинула этот артефакт, но, похоже, никто не обращал на него внимания. Действительно привыкли?
— Почему вы не едите? Не понравилось? — вежливо спросил молодой защитник, умявший свою порцию и с жалостью наблюдающий, как княжна Лунных гоняет растаявшее молоко по розетке.
Анхе надо было бы быстро доесть и улыбнуться, но она привыкла к открытым диалогам с дедом, поэтому честно призналась:
— Запах «Ночной звезды»… он мне очень понравился, но сейчас его… много… удушающе много… — девушка приложила руку к горлу, — … даже подташнивает.
— О, вряд ли это из-за орхидеи, — нахмурился защитник и с сожалением посмотрел на принца, который посмурнел. — Видимо, вы особо чувствительны к императорскому дару и у вас разболелась голова.
Анха с недоумением посмотрела на него.
Голова? Императорский дар?
Но не спорить же с ним, не имея конкретных доводов! Из-за её признания все нахохлились, а «прекрасная Елена» скорчила недовольную рожу, но именно что скорчила, так как в её глазах затаилось злорадное удовлетворение от оплошности провинциальной княжны.
Анха нахмурилась и расфокусировала зрение, чтобы посмотреть, что тут с магическим фоном.
«Ночная звезда» известна не только своей способностью структурировать знания в голове, но ещё она самый отзывчивый партнёр в создании разных симбиозов. И последнее мало изучено по причине редкости самой орхидеи и отсутствия научной базы. А поскольку орхидея —магическое растение, то она может сочетаться с самыми непредсказуемыми вещами.
— Ах, вот оно в чём дело! — воскликнула Анха. — Однообразное повторение звуков создаёт чёткие специфические вибрации, которые улавливает орхидея и её запах меняется, да ещё набирает силы. Мы сейчас буквально окутаны им!
Анха говорила, продолжая отслеживать происходящее магическим зрением.
— Это вредно? — сразу же спросил насторожившийся защитник, оглядываясь по сторонам, но Анха понимала, что он не видит магический фон, так как она.
— Это навязчиво, но… — что княжна могла сказать, если орхидея мало изучена? Но от неё ждали ответа, и мяться было бы неправильно, — … но думаю, что это дело вкуса. Для меня запах орхидеи стал раздражителем… — Анха говорила, а сама зацепилась за слово «вкус» и, посмотрев на мороженое, продолжила уже несколько отстранённо, погружаясь в рассуждения и стараясь уловить что-то важное:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И знаете, есть такая философия о пяти органов чувств. Это когда привычные запахи, картинки, музыка, касания, вкусовые ощущения меняются и воздействуют иначе, если подобрать им партнёров. Так можно стимулировать работоспособность или заметно ускорить выздоровление…
— Какая чушь! — прервала её Елена.
— Почему же, я что-то где-то читал об этом, — заступился принц, но было видно, что ему не нравится эта тема — или не нравится компания? Лёгкость в общении с ним ушла и, кажется, зря они все сюда пришли.
— Очень интересная философия, — задумчиво произнёс защитник. Он явно теперь чувствовал себя некомфортно. — Так ведь можно воздействовать не только на пользу, но и…
— Молодёжь! — фыркнул внезапно появившийся на полянке дядя императора. Анхе показалось, что до этого он стоял за кустами и слушал их разговоры. — Вместо того, чтобы танцевать, теряете время здесь, — укорил Великий князь по-отечески.
Анха сидела, как будто палку проглотила. Устремлённый на неё взгляд Великого князя Бориса Острова, главы клана Меча, жёг и явственно говорил, что тебе здесь не место. Тут обосновались те, кто близок императору, а ты чужая, ты выскочка, возомнившая о себе слишком много!
Этот взгляд был не только неприятен, но и неожидан. Дед всегда говорил, что кланы Великих князей достойны уважения, потому как они испокон веков первыми встают на пути врагов.
Это воины, готовые положить свою жизнь за народ Империи! И Анха привыкла думать о том, что Великие князья защищают её (она же народ!) от ужасного зла, а тут — как пощёчина.
За что? Если неугодна, то можно же намекнуть, ведь она не грязь под ногами, а глава княжеского рода!
Внучка великого князя Елена Острова приободрилась, поднялась, как будто вслух было сказано, что все должны идти в зал, но защитник принца задержался. Он всё ещё хмурился и о чём-то думал, с подозрением глядя на несчастную розетку с мороженым.
В его голове крутились основные привычки императорской семьи. Они, как и все менталисты обожали сладкое, но не всегда удобно (можно) его есть. Этикет не позволяет за общим столом взять лишнюю конфетку, зато в саду, где отец и сын полюбили работать… полюбили запах магической орхидеи, тихую флейту-артефакт, сласти, которые часто приносят сюда… и это известные постоянные, а если есть ещё, то как…
— Ваша светлость? — обратился защитник к Анхе, но обернулись все. — Я правильно понял, что вы видите потоки магии?
— Да, конечно. А вы не видите? Ой, простите! — Анха вспомнила, что одарённые не любят делиться информацией о себе, а магию все видят, но по-разному. Это она узнала в первые дни своей учебы.
— Какими вы видите потоки магии?
Анха почувствовала себя неловко, потому что защитник спрашивал не дружески, а так, как будто она подозреваемая и к тому же при свидетелях.
— Миха! — одёрнул его принц, а Великий князь Остров многозначительно протянул: — Да-а-а.
Получилась странная заминка. Княжна Елена Острова взяла под локоть его высочество, собираясь последовать наказу деда, но тот выдернул локоть, и Анхе показалось, что с его уст чуть не сорвалось: «Надоела!»
Елена пыхнула магией и по её пепельным волосам пробежались серебристые искорки. Это было красиво. Миндалевидные глаза княжеской внучки потемнели, черты лица заострились, но это тоже было красиво. Девушка походила на валькирию. Воздух вокруг неё заискрил.
— Ленка! — грозно рявкнул Великий князь — и девушка сдулась.
Волосы потеряли блеск и на краткий миг превратились в седые пакли, глаза сузились в щёлочки, а лицо перекосило от гнева и ненависти, которая предназначалась княжне Луневой. Принц даже прикрыл её собою, недвусмысленно гневаясь на свою атакующую.
