Глаза её посмотрели на сына, и в них мелькнуло странное выражение.
- Галат, помнишь - я нагадала однажды на костях, что в пятнадцать твоих зим открою тебе имя отца? Вот… посмотри на этот старый бурдюк с дерьмом, что ещё не так давно звался великим Сульди.
- Вот тебе и вторая причина, старик - сыну нужен отец и учитель. Даже такое презренное ничтожество, как ты.
* * *
Двенадцать вождей - двенадцать гордых и сильных вождей степных кланов сидели в Круге. И сумрачны были лики их, ибо великий огонь в центре не горел. Выложенное грубо подогнанными плитами место в центре, где на время совета пылал не дающий копоти колдовской огонь, пустовало. Зажечь его мог только Первый шаман. Но старый Сульди из клана Серого Орла потерял свою силу, а новый их шаман был не настолько хорош.
По заветам предков, нельзя вести речи, пока в Круге не пылает огонь доверия. Потому-то вожди и молчали, упрямо склонив головы и исподтишка, недоверчиво поглядывая друг на друга непроницаемыми раскосыми глазами. За плечом каждого сидел шаман, и лишь у вождя Вольного Ветра место за спиной пустовало. Нагит где-то задерживалась, и пребывающий в одиночестве вождь еле заметно нервничал.
Время текло медленно, но никто и не думал роптать или уходить. Уж что-что, а жизнь в ровной как стол северян Степи приучает к неспешности. Да и не хотелось никому из вождей прослыть нетерпеливым юнцом.
Ветерок, приятно охлаждающий вспотевшие тела, донёс издали топот копыт. На лицах собравшихся в Круг мелькнуло облегчение, ибо перестук иноходца Нагит, резко отличающийся от сладостного звука нормальных коней, различался привычным ухом так же явно, как голоса родных.
Из-за зарослей высоких, ещё не высохших после весенних ливней степных трав вымахнули двое всадников. Подскакав на дозволенное расстояние, явно различимая своей статью шаманка спрыгнула с коня, бросив поводья неразлучному спутнику - своему сыну. И на чуть кривоватых, характерных для кочевника и старого наездника ногах поспешила к собравшимся.
Вождь Светлобородых отвлёкся от своих невесёлых мыслей и поднял взор от пыльных сапог.
- В чём дело, женщина? - буркнул он. - Тебя давно не били палками?
Та в ответ, подбоченившись, посмотрела на могучего мужчину, что даже сидя ненамного уступал ей ростом.
- Закрой то смердючее отверстие, что у тебя по недоразумению называется ртом, Ахмет. И не извергай на достойных людей нечистоты из него.
Она отвернулась, не обращая более внимания на потерявшего дар речи Ахмета, и прошла в центр круга, неслышно ступая по камням мягкими кожаными сапожками с загнутыми носками. Небрежно воздела руку - и покорный её воле Огонь вспыхнул на голом месте. Желая чуть проучить этих кичливых вождей, Нагит сделала шаг, другой - и вошла в неистово полыхающие языки колдовского пламени. Раскинула руки, постояла некоторое время, наслаждаясь течением Силы, а затем, словно сжалившись над сидящими вокруг мужчинами, вышла из огня - целая и невредимая.
Спокойно подошла к своему месту за плечом вождя своего клана Вольного Ветра и уселась.
- Круг замкнулся, и огонь доверия горит в нём, - произнесла она положенную фразу, ощущая, как с верхней губы скатилась солёная капелька волнения.
Сильным и неробким мужчинам потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя и справиться с удивлением. Никогда ещё на памяти предков Первым Шаманом не была женщина - и всё же это свершилось.
Поначалу обсуждали обычные дела. Совершалась меновая торговля и заключались договора, рассказывались новости, принесённые со всех концов Великой Степи всадниками на мохнатых неутомимых лошадях. Обменивались невестами и подарками, и многое другое. Но каждый из присутствующих нет-нет, да и посматривал на брошенную Нагит почти к самому огню плеть - знак того, что у неё есть вести первостепенной важности. По традиции такое обсуждалось в конце, когда с повседневной мелочёвкой будет покончено и разум очистится для важных мыслей.
- Как вы помните, часть земель Серых Орлов по договору отходит к нам, клану Вольного ветра. Как шаманка, я обязана осмотреть их, прежде чем пастухи пригонят туда стада, а кочевники раскинут шатры. И тем сильнее было моё удивление, когда я обнаружила там потерявшего рассудок и Силу старого шамана, - Нагит говорила неспешно, медленно, словно вколачивая каждую фразу в головы с бесстрастно повёрнутыми к ней лицами.
Шаман клана Серых Орлов степенно кивнул.
- Сульди совсем обезумел от последнего камлания. Порешил двух воинов, поносил вождя бранными словами. Лишить его жизни мы не решились - оставили помирать на брошенном стойбище.
Нагит посмотрела в непроницаемые глаза, покивала своим мыслям.
- Всё верно. Старик прошёл Тропой Демонов.
Глухой ропот удивления был ей ответом. Из собравшихся здесь каждый знал, чем грозит смертному выйти прогуляться на недоступные иным дороги. Потерять всего себя - и даже душу, которая не попадёт на вечные пастбища небесной Кобылицы. А навсегда будет порабощена в мрачные бездны Падшего бога. И редко кто из шаманов решался на такое, причина должна была быть уж очень серьёзной.
- Да, почтенные вожди и шаманы - старый Сульди прозрел страшные опасности. И не его вина, что не хватило сил сообщить нам о них. К счастью, я подоспела вовремя. Нашлась, нашлась ниточка, чтобы удержать его дух по эту сторону непознаваемого. У шамана-женщины есть свои слабости - но и свои преимущества…
Витиеватым ручейком журчала и текла её речь. И внимательно слушающие мужчины помрачнели, узнав новости. Прищурились в гневе глаза, закаменели лица со стиснутыми от гнева губами.
- Первая новость, что Сульди увидел оттуда. Змея обрела ядовитый зуб. И Великая мать-кобылица в тревоге бьёт копытом. Почитающие змееголового бога бритоголовые жрецы добыли нечто, что они называют "глаз Сета". Пока что они изучают его, пробуют. Но если они научатся получать силу непосредственно от своего тёмного покровителя…
Дальнейшие слова были не нужны ни вождям, ни дышащим им в затылки шаманам. Уж что-что, а дураки долго не живут и в вершителях судеб не задерживаются. По всему выходило, что живущие на закате темнокожие обитатели Стигии стали неимоверно сильны. Никогда не было мира с ними - лишь так, иногда война прекращалась из-за нехватки сил и подспудно тлела, когда обе стороны ограничивались мелкими пакостями да наскоками, копя воинов на будущее.
- Да что тут думать? - вспылил Мехрат, молодой вождь Степных Волков. - Собрать все кланы да пройтись по змеёнышам, втоптать их в пыль!
Он обвёл собравшихся яростным взглядом. Но старый Архаб, что не потерял в бесчисленных походах ни руки и даже ни глаза, только покачал головой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
