знаю, но звучит, по-моему, здраво.
— Ну почему все вы думаете, что Амос Декер ходит по воде? — Нэтти от досады вдарил себе кулаком по бедру.
— Послушай, у этого парня свои заморочки. Ни для кого не секрет. Но когда дело доходит до поимки негодяев, ты можешь назвать кого-нибудь, у кого это выходит лучше?
Она вернулась к работе, оставив Нэтти за разглядыванием своих ботинок.
Глава 29
На обратном пути в город Декер хранил молчание.
Марс время от времени на него поглядывал; несколько раз казалось, что он вот-вот что-то спросит, но всякий раз он отводил взгляд и молчал.
— Ты хочешь что-то сказать? — спросил наконец Декер.
Марс усмехнулся:
— А что, у меня это на лбу написано?
— В некотором смысле.
— Этот засранец Нэтти имеет на тебя зуб. С чего бы?
— Ему не нравилось, что мы с Ланкастер раскрывали в Берлингтоне убийства. Большинство их. Да можно сказать, почти все. Нэтти был в отделе восходящей звездой, пока в детективы не перевели меня. Его тогда поставили на более мелкие преступления, и я думаю, что он в этом винит меня. А потом он сильно облажался в деле Харгроува. Пропажа человека обернулась убийством. Это дало крен карьере Нэтти. И с той поры как я уехал, он, видимо, пытается взять реванш. И лижет задницу Питу Чилдрессу, хотя тот и вывесил его на просушку, когда пошли нестыковки по делу Харгроува.
— В нем есть хоть какой-нибудь толк как в детективе?
— Так-то он ничего, вполне на своем месте. Но всегда тяготеет к простым решениям. И ляпает ошибки. Иногда откровенно неряшливые. Делает выводы, каких не следует.
— Как ты с теми убийствами много лет назад?
Декер бросил на него быстрый взгляд.
— Я ту кару заслужил.
— Да брось ты, я тебя сейчас просто за ниточку подергал. Говорю тебе снова: будешь себя держать под таким вот давлением, однажды точно лопнешь.
— Дни хлопушек для меня, пожалуй, миновали.
— А что сейчас на повестке дня?
Декер взглянул на циферблат посреди приборной доски.
— До встречи с Салли Бриммер, у которой надо взять флешку, еще есть время.
— Тогда куда двинемся?
— К дому Сьюзан Ричардс.
* * *
Примерно через два часа Декер остановил машину на подъездной дорожке, и они вышли. При взгляде на дом Агаты Бэйтс ему показалось, что он видит, как старушка сидит у себя на веранде и почитывает книгу.
Марс окинул взглядом дом.
— По-твоему, Ричардс мертва?
— Следов насилия в машине нет. Снаружи тоже. Тело пока никто не нашел. Но все равно, в живых ее может и не быть.
— Как мы попадем внутрь?
— У меня есть ключ. Мэри Ланкастер дала мне его, когда мы занимались обстоятельствами исчезновения Сьюзан Ричардс.
Декер вставил ключ в замок, намереваясь повернуть.
— Постой-ка. Ты, случайно, не нарвешься на неприятности? Ты ведь должен просто наблюдать?
— Войду в дом — буду «просто наблюдать».
Декер провел Марса в переднюю часть жилья.
— Итак, Ричардс загружает чемоданище и делает отсюда ноги сразу после того, как вы ее притягиваете на допрос об убийстве Хокинса.
— И алиби у нее тоже не подлежит подтверждению. Других соседей в это время дома не было. А старушенция напротив, которая видела отъезд, не может дать четкий хронометраж по Ричардс на момент убийства Хокинса.
— Что, возможно, и объясняет причину ее побега. Она мужика и порешила.
— Да как она вообще узнала, что он снова в городе? — усмехнулся Декер.
— Может быть, случайно на него наткнулась. Или увидела и проследила за ним до гостиницы. А что, такое тоже возможно.
— Возможно, да, но маловероятно.
— Тогда что мы здесь делаем?
Декер первым поднялся наверх и вошел в спальню. Здесь он направился прямиком к стенному шкафу. Судя по всему, комната была перестроена и увеличена: вряд ли дом такого почтенного возраста мог изначально иметь столь просторный гардероб. Он был забит одеждой на вешалках, свитерами и обувью на полках, сумочками и клатчами на крючках.
Декер встал посреди комнаты и огляделся.
— У Харпер тоже есть шкаф, раза в четыре больше этого, — тоже оглядываясь, произнес Марс. — И забит по самые жабры. Не знал, что одному человеку может требоваться все это барахло.
— Общество требует, чтобы женщины заботились о своей внешности больше мужчин.
— Ого познания.
— Это не я. У меня жена так говорила.
— Сдается мне, Сьюзан Ричардс держала в сердце именно этот принцип.
Декер заприметил несколько пустых вешалок, брешь на полке размером в две пары туфель и свободный от сумочки крючок.
От шкафа он прошел к комоду и, осматривая, поочередно выдвинул ящики. Затем настал черед ванной, где он осмотрел каждый дюйм, включая и мусорные ведерки под раковиной.
В настенной аптечке стоял разномастный ряд мензурок и пузырьков. Декер брал и осматривал их все поочередно; один бутылек он продержал чуть дольше, после чего задумчиво поставил на место.
— Дамочка сидела на лекарствах? — предположил Марс.
— Вся Америка на них сидит, — резонно заметил Декер.
Они спустились на первый этаж в гостиную, где Декер подошел к камину и стал разглядывать выстроенные на каминной полке фотографии.
— Ее семья? — спросил Марс.
Декер кивнул:
— Муж, двое детей. В идеальном мире Сьюзан Ричардс могла бы уже стать бабушкой.
— Наш мир идеальным не назовешь, — печально вздохнул Марс.
Декер обвел взглядом комнату, вбирая глазами все, что нуждалось в усвоении.
— Что ты замечаешь, Амос? — спросил Марс, тоже оглядывая пространство гостиной. — Что-нибудь пропало?
— Да нет, ничего. В этом и загадка, Мелвин.
Глава 30
Плавно смеркалось, и к заходу солнца температура понизилась до уровня, когда различается парок от собственного дыхания.
Марса Декер оставил в машине, припаркованной у обочины. Салли вряд ли одобрит, если при не вполне законной передаче служебных файлов будет присутствовать кто-то посторонний. Через небольшой парк Декер зашагал к кругленькому пруду, расположенному в его задней части, куда можно было попасть по извилистой кирпичной дорожке. В данную минуту там никого видно не было.
Как раз когда за последним поворотом показался пруд, в поле зрения появилась и Салли Бриммер в длинном плаще, шляпе и перчатках. Завидев Декера, она поспешила мимо пруда, посредине которого с тихим журчанием взбрасывал струи фонтан.
«Даже хорошо, — подумал на ходу Декер, — если что, никто и не подслушает разговор».
Она подошла, держа одну руку в кармане. И неожиданно вздрогнула.
— Зима близко[21], — с улыбкой сказал Декер.
— Дело не в погоде, — сказала она с ноткой нервозности. — Просто какой-то мандраж. То, что я тут делаю,
