а свой, он оставил на столе. Увидев, папа попросил ребят подать нож, они там стояли всем классом и наблюдали. Так там пятеро потянулись в карман и достали три кнопочных и две бабочки, — Клим озадачился, — И самое интересное, что никто даже не придал этому значение, — а теперь уже удивился Женя, — о республике Ловъеко, было много разных слухов и историй, так что, такое было уже не удивительно слышать для некоторых людей.
— Кстати! — возгласил Дэриэл, — У меня тоже есть одна история, — Женя вслушиваясь, параллельно попросил Диму, взять себе совёнка. Дима передал его и тот, посадил Веру, себе на плечё и продолжил слушать, — Неделю назад, у пациента отца, была операция. Случай это был очень тяжёлый, только десять процентов, что пациент выживет. Об этом пациента оповестили. И перед вводом наркоза, он резко начал говорить. Попросился, рассказать историю, ну и из-за того, что он действительно может не выжить, конечно, дали ему выговориться. Пересказываю по памяти: «Знаете, у меня была очень яркая и занимательная жизнь. Где я только не был… один раз, я ездил в командировку и случайно познакомился с девушкой. Она была изумительно красивая. Вино, рестораны, все дела… её квартира… и знаете, утром просыпаюсь. А её — нет. Дверь закрыта, на столе ключ. Ну, я в полном шоке стою. Ищу по квартире, хоть какие-то зацепки. И вот, на кухне записка. И как думаете, что там? Не знаете? Так вот. Если выживу — узнаете! Всё, я мотивацию дал, остальное за вами. Я готов к операции!», — все с изумлением, раскрыв рот, слушали Дэриэла, — Так что, вот так нужно мотивировать врачей, — Дима, не выдержав высокой планки интриги, вскрикнул.
— Ну! Что он рассказал то?
Дэриэл осмотрел всех и изрёк: — Да умер он. Я же говорю десять процентов. Не вышло спасти мужика.
— Тфу, — Дима сымитировал плевок, и с большим сарказмом, добавил, — Ахренительно!
Все остальные тоже не ожидали такого поворота событий. Женя посадил Веру на стол и взял колоду карт, в руки. Ми́лан засмотрелся на совёнка и кое-что вспомнил: — Клим, получилось вымыть его от крови?
— Да…
— Сильно запачкала?
— Ну так… средне…
— Стоп, ты уже им поведал? — Клим озадачено поднял голову, на слова Димы.
— Ты про Лизу? — и не дожидаясь ответа, закончил, — Аа… да! Рассказал.
Все поняли, о чём говорит Дима и согласились кивками в его сторону, Женя же параллельно ещё и раздавал карты.
— Отлично тогда. Жека, раздавай на меня, — Женя передал ему карты и продолжил раскладывать по кругу остальным, — И между прочим, если ты конечно, помнишь, я ещё в школе, говорил, что ты ей нравишься. А ты, отрицал! — Дима начал смехотворно пародировать Клима, — «Не может быть; я такого не замечал; посмотри на меня, это не возможно!», — Ми́лан заулыбался, слушая и складывая карты в руке в красивый веер, — Если бы ты хоть на секунду перестал, тревожиться о всякой этической и эстетической херни и увидел, как она, на тебя смотрела — ты бы понял, это сам! Так что, слушайся всегда меня и с тобой, будет всё отлично, — закончил и тут же походил семеркой, на Женю.
— Хэх, хорошо, — согласился Клим, — В следующий раз, постараюсь прислушаться к тебе.
— Оо, Клим опять проиграет, — спустя пару секунд, констатировал Дима с каменным лицом.
— Что козырь вновь хреста? — Дэриэл.
— Да, не везёт мне с хрестой, — вздохнул Клим.
— Дэриэл… Дэриэл… Дэриэл! — Элай кричал, заходя в комнату.
Дэриэл полностью погряз в воспоминания и не слышал его. И уже после седьмого выкрикивания его имени, он машинально, увёл взгляд от столешницы и перенаправил его на входной проём, где стоял Элай.
— Что?
— Ты почему не отзываешься, я тебе уже минуту ору. Мне Элиас звонил, — Дэриэл заинтересовался, — Ты говорил, что хотел бы встретиться со всеми, посидеть, пообщаться. Так вот, они не прочь. Только присутствие Элиаса — будет не долгим.
— Отлично, — он приподнялся со стула, — Ты с тумбочкой закончил?
— Да, но там ещё немного досок осталось. Нужно их тоже выбросить.
— Ну тогда, ты звони и договаривайся, где встретимся, а я к доскам, — Элай кивнул, начал набирать номер выйдя в коридор.
Дэриэл взял в руки чашку и пошёл на кухню. Где Джына с моющим средством, в резиновых перчатках, на коленях, мыла старую электрическую плиту. Дэриэл увидев её, остановил на ней взгляд и начал наблюдать. Его завораживали её ярко-рыжие волосы, так что, в любой удобный момент, Дэриэл незаметно для неё, не спускал с них глаз. У него было только где-то семь секунд, после чего, Джына его заметила и ему пришлось, перестать за ней следить и искать глазами, выше перечисленные доски.
Кухня была маленькая. В правом углу стояла эта же плита, на полу много разного мусора, состоящий в основном из содранных, старых обоев. И слева от Джыны, куча разных, длины и ширины, досок. Дэриэл подошёл к ним и уже хотел брать, как услышал голос Джыны: — Ты за досками?
— Да, их же на выброс?
— Да, но… я могу и сама их выбросить, — и улыбнулась.
— Кхм… — он кашлянул, параллельно поднимая все доски, — Я всё равно, буду уходить, а так хоть полезное дело сделаю.
— Уже? — она расстроилась.
— Да, хочу со всем встретиться. Такое ощущение, что уже пару лет, не собирались вместе…
Она поднялась, сняла перчатки и с грустью в голосе спросила:
— Как там Элиас? Есть какие-то новости?
— Элиас? Говорит, что пока всё тихо… но как оно на самом деле… — отрицательно закивал.
Левой рукой, Дэриэл подровнял доски, чтобы они не запачкали его куртку.
— А ты? — Джына решила начать вопрос издалека, медленно поднимая на него свои глаза.
— Что я? — он понял вопрос, но надеялся, что Джына спрашивает не о том, о чём он думает и старался не встречаться с ней взглядами.
— Ну… как ты себя чувствуешь после… — он её перебил.
— Я понял… нормально.
Джына увидела, что он сказал это, только для того, чтобы закрыть тему.
— В общем, я хотела сказать, что если тебе захочется с кем-то об этом поговорить, то ты знаешь где меня найти, — милая и сострадательная улыбка так и пестрила из неё, — И… завтра придёшь? — неуверенно.
— А ты сомневаешься? — слова вылетели из его уст, без какой-либо эмоции.
Джына, стояла и всматривалась в его совершенно пустое, измотанное, но уверенное лицо. Он задумчиво кивнул, она же постаралась его обнять на прощание, но ей помешали довольно широкие доски, у него в руках. Состоялась забавная сцена, закончившаяся неловкими улыбками обоих.
Немая пауза длилась ровно столько, сколько шёл
